Бункер: дожить до конца света

Бункер: дожить до конца света

Выживальщиков часто не отличишь от обычных людей: инженеры, менеджеры, экономисты втайне готовятся к апокалипсису.

В пять утра 4 ноября 2004 года корреспонденту Newsweek пришла SMS: «Взрыв на Балаковской АЭС. Закрывайте форточки. Пейте йод». Уже через два часа полумиллионную Пензу охватила паника. Соседка не пустила детей в школу. Друг вывез всю семью в деревню. Глава местного управления МЧС появлялся на телеэкранах каждые полчаса и почти кричал: никакого взрыва не было, реактор в порядке. К обеду в магазинах исчезли красное вино и водка, а в аптеках – йод. Взрыв оказался уткой, но жители Пензы, Самары и Саратова успокоились только через два дня.

А недавно паниковали уже в Москве. Утром 24 июня в районе «Нагорный» завыли сирены воздушной тревоги. Перепуганные жители стали звонить в МЧС, но вскоре выяснилось, что таким образом охрана местного завода пыталась привлечь внимание хозяйки иномарки, которая перекрыла въезд на его территорию. Напугать людей несложно: атака 11 сентября, наводнение в Новом Орлеане, блэкаут в Москве наглядно показали, как мегаполис за считанные часы превращается в гигантскую ловушку. Но из нее можно выбраться. По крайней мере, так считают те, кто называют себя выживальщиками.

Напугать людей несложно: атака 11 сентября, наводнение в Новом Орлеане, блэкаут в Москве наглядно показали, как мегаполис за считанные часы превращается в гигантскую ловушку.

 

Кризис подпитывает это разношерстное движение, и кажется, что оно постепенно становится все более популярным. Эти люди готовятся во всеоружии встретить любой апокалипсис, будь то война, природная катастрофа или народный бунт. Они закупают коробками макароны, тушенку и охотничьи патроны, разрабатывают пути эвакуации из городов или вовсе перебираются жить в деревню, стремясь свести к минимуму контакты с цивилизацией. Целее будешь.

Никто не считал, сколько в России выживальщиков. На профильных интернет-форумах всего несколько сотен пользователей. Но те, с кем удалось поговорить корреспонденту Newsweek, уверены: их десятки тысяч, если не сотни. Ведь выживальщики считают за своих и таежных охотников, и отшельников-староверов, и даже адептов апокалиптических сект.

БП NOW

Считается, что движение выживальщиков появилось в США в разгар холодной войны. В ответ на нефтяной кризис 1973 года и дикую инфляцию американец Говард Рафф выпустил справочник «Голод и выживание в Америке». Там он со знанием дела давал советы: как строить убежище, сохранять припасы и защищать свою семью.

Те, кого можно причислить к выживальщикам, действуют по-разному. Американские мормоны запасают на своих складах продукты, а миллионеры-сайентологи строят себе подземные убежища. Члены секты Петра Кузнецова, которые укрывались в 2007 году в землянке под Пензой, – тоже выживальщики. Корреспондент Newsweek видел запасы кузнецовской группы – сложенных в сарае мешков с макаронами и картошкой хватило бы на год.

У психологов есть даже специальный термин – люди повышенной тревожности. «Когда человек живет в ожидании апокалипсиса, он подстраивает под это всю свою жизнь», – объясняет Сергей Ениколопов, руководитель отдела клинической психологии Научного центра психического здоровья РАМН. Выживальщики не спорят – да, им тревожнее, чем другим людям, зато у них больше шансов уцелеть.

У российских выживальщиков тоже есть специальный термин – БП (большой п…). Все, что свидетельствует о скором наступлении БП, они называют звоночками. Звоночков в этом году уже было хоть отбавляй: колебания доллара, безработные гастарбайтеры, массовое освобождение зэков, севших в 90-х, пандемия свиного гриппа… Люди на интернет-форумах всерьез обсуждают, как поставить печку-буржуйку в московской квартире и защитить деревянный дом от коктейля Молотова.

Самая обсуждаемая тема на популярном форуме «Школа выживания» – что делать, если в городе начались беспорядки. «Люди совсем расслабились, – говорит Newsweek администратор форума 27-летний петербуржец Александр. – На случай ЧС любой нормальный мужик должен иметь точку опоры – приклад ружья или запас провианта». Александр живет по своим заветам. У него в кладовке запасы крупы, сахара и консервов на пару месяцев, а также резерв воды в 120-литровых бутылях. «Жена называла меня параноиком, но однажды в районе отключили воду, а в магазинах раскупили все запасы воды. Нам надо было купать ребенка, и она оценила», – рассказывает он. Александр не верит в третью мировую или столкновение с астероидом – угроза взрыва на ближайшем хладокомбинате куда реальнее.

ВИНТОВКА И КОЛЮЧАЯ ПРОВОЛОКА

Самый известный российский выживальщик называет себя крестьянином, но сути дела это не меняет. Его семья живет на полном автономном обеспечении: огород, колодец, генератор, вместо газа – дрова из леса. «Выживание было в Москве, на Рублевке, а тут – настоящая жизнь», – говорит Герман Стерлигов, приподнимаясь в стременах. Интервью Newsweek он дает, не слезая с лошади.

Пять лет назад Стерлигов – бывший миллионер и кандидат в президенты – продал бизнес, особняк на Рублевке и свою зарубежную недвижимость. Переселился в слободу в глухих можайских лесах. Первый дом, построенный по типу сибирского острога, у Стерлигова сожгли. Он отстроился заново.

В его просторном бревенчатом доме висят английские луки, арбалеты, винтовки, нагайки. В углу стоит пулемет максим, правда, он не работает. «А вот автомат стреляет», – говорит Стерлигов, отстегивая у АКСУ магазин. На дворе конюшня, два трактора, теплицы. В летней кухне, под навесом, бородатый мужичок в шапке-горшке кладет печку: «Вот настоящий выживальщик, мой друг Александр, на все руки мастер, а я еще не все науки освоил», – говорит Стерлигов.

Не так давно бывший олигарх посеял рожь и пшеницу на своем дальнем участке. Комбайн через лес не прошел – распутица. «Купил серпы, пошел в деревню искать мужиков, кто бы мог убрать. Никого не нашел, ни стара ни млада – никто не умеет», – сожалеет Стерлигов. В магазине семья покупает только крупы и макароны, рассказывает Алена, жена Стерлигова, а остальное готовят сами: запасов целый подвал. «Хозяйство должно начинаться с колючей проволоки и винтовки», – уверен Стерлигов. Прикрыв тылы, он снова в деле со своим новым офисом в Москве и целым антикризисным центром. В рубахе и сапогах он жарит на чугунной сковороде картошку и командует по Blackberry: «Позвони Ивану в Лондон, пусть проинструктирует Гонконг».

ОСТАТЬСЯ В СИСТЕМЕ

Вообще-то к богатым людям у большинства выживальщиков «классовая ненависть», говорит москвич Дмитрий, финансовый аналитик в крупной компании, которая занимается слияниями и поглощениями. Он тоже называет себя выживальщиком и к кризису подготовился основательно: у него есть запас продуктов на четыре месяца, внедорожник, двухместный параплан и еще четыре места, куда можно в случае чего переехать жить. «Это не паранойя, а предусмотрительность», – говорит аналитик, уплетая свинину в кисло-сладком соусе в одном из московских ресторанов.

Дмитрий, респектабельный господин в светлой костюмной паре, – человек рациональный и обстоятельный. Он не хочет уезжать из Москвы, как Стерлигов. Он уверен: подготовка к БП не должна мешать жить, зарабатывать и строить карьеру. После любой катастрофы останется система общественных взаимоотношений и в нее надо будет вписаться: «Если ты взял ружье и ушел в лес, ты вне системы. Будь ты хоть Рэмбо, все закончится охотой на тебя». Зря выживальщики испытывают недоверие к состоятельным людям, говорит он, ведь в элитных поселках есть все что нужно: охрана, оружие, генераторы, ветряки, автономное водоснабжение и канализация. «Были бы у меня лишние деньги, я бы вкопал себе бункер на участке», – Дмитрий проверяет, не капнул ли он случайно соус на пиджак.

«Лишние деньги» – это 3 млн рублей. За столько продает бункеры гендиректор компании «Спецгеопроект» Данила Андреев. Правда, показывать свои объекты Данила не хочет. Говорит, что подписывает с клиентом договор о неразглашении и даже рабочие не знают до конца, что строят. Посмотреть можно только красочные картинки на сайте: библиотека, ванная с джакузи, рабочий кабинет и спальня – все под землей и надежно защищено от внешнего мира. По словам Андреева, в подмосковном поселке Раздоры недавно построили бункер двойного назначения: при БП выдержит ядерный взрыв, а в мирное время функционирует как винный погреб. «Другой клиент говорит, что боится не ядерной войны, а кредиторов, – рассказывает Андреев. – Хочет заказать бункер, чтобы было где пересидеть визит незваных гостей в камуфляже».

У большинства выживальщиков возможностей меньше. Недалеко от подмосковной станции Осеевская есть место для посвященных – Джокервиль. По замыслу это автономное поселение с натуральным хозяйством, оборудованное для жизни после БП. На практике – обычная лесная поляна со столом и мангалом. Здесь собираются московские выживальщики. Недавно они отмечали тридцатилетие своего товарища Евгения. Ему подарили мачете, фильтр для очистки воды в походных условиях, огниво и устройство для забивки охотничьих патронов.

Стас, крепкий мужчина средних лет, один из частых гостей Джокервиля, утверждает, что все его товарищи делают припасы, но избегает подробностей: «Есть группа людей, которые мне помогают, которым я помогаю. В случае кризиса я могу на них положиться. А про свои “нычки” я вам ни за что не расскажу». Выживальщики готовятся к апокалипсису так, чтобы об этом по возможности не узнали посторонние. Потому что если каждый будет в курсе, как кто собирается выживать, уцелеть будет гораздо труднее.

 

БОМБОУБЕЖИЩЕ ДЛЯ ИЗБРАННЫХ

Компания Данилы Андреева строит частные бункеры на Рублевке

Предприниматель Данила Андреев дарит своим клиентам необычный корпоративный подарок — оранжевую аптечку АИ-2. Такие раньше пылились под стеклом в кабинетах ОБЖ. Внутри — препараты, которые нужно принимать при  поражении радиоактивными или отравляющими веществами. И это не шутка. Компания «Спецгеопроект», которой руководит Андреев, проектирует, строит и обслуживает частные убежища — железобетонные бункеры.  В год компания выполняет пока 3-4 заказа, но количество частных убежищ в России будет расти, уверяет предприниматель.

— Убежища, бункеры – это больше смахивает на паранойю времен холодной войны.  Каких угроз вы ждете?

— У современного человека притупилось чувство опасности. Меня иногда спрашивают, выдержит ли наш бункер прямое попадание ракеты или удар метеорита? Я честно отвечаю, что если упадет нормальный метеорит — разнесет полпланеты. Наши убежища  рассчитаны на другие угрозы: теракты, техногенные катастрофы, стихийные бедствия. Это не паранойя, а предусмотрительность. Вот простой пример. Этим летом во время лесных пожаров дымом и продуктами горения дышали все: и богатые, и бедные. Один из наших клиентов — у  него двое маленьких детей — несколько раз спускался с семьей в бункер.

— И как ему?

— Остался доволен. Внутри это выглядит как нормальная квартира с евроремонтом. Там есть спальное место, кладовая с запасами воды и продуктов, душевая и командный пункт управления: мониторы, системы видеонаблюдения, интернет и связь. Наши клиенты привыкли контролировать ситуацию даже в момент опасности. Это ваша личная подводная лодка, закопанная на участке.

— А кто они, ваши клиенты?

— В основном бизнесмены и политики. Раскрыть имена клиентов мы не можем из соображений конфиденциальности. О бункере должны знать только те, кто там будет укрываться. Даже строители до конца не знают, что они строят.

— Как возник такой бизнес?

— С 2003 года наша компания «Спецгеопроект»  занимается  проектированием, строительством и обслуживанием гражданских сооружений типа «А» — убежищ гражданской обороны. Наш первый частный клиент несколько лет прожил в Америке и, вернувшись в Россию, попросил нас спроектировать и построить ему бункер. В США количество частных убежищ перевалило за десятки тысяч, особенно много их появилось после 11 сентября. Тогда многие избавились от ложного чувства безопасности. В СССР частных убежищ не было — считалось, что  государство само позаботится о гражданах. Так что нам пришлось адаптировать оборудование и технологии, которое применяется для коллективных убежищ гражданской обороны под частного заказчика. Сейчас мы единственная компания в России, кто этим профессионально занимается.

— И много заказов уже выполнили?

— Десяток частных бункеров построили. Территориально наши заказчики живут на западе Московской области: Рублевское и Ново-Рижское шоссе. Хотя есть заказчики из Новосибирска, с юга России, Украины.

— А в мирное время бункер простаивает?

— Все наши  защитные сооружения имеют двойное назначение. Например, защищенная переговорная. Есть серьезные люди, которые используют бункер для конфиденциальных переговоров. Войти туда нереально, жучков никто не понаставит. Снаружи любое прослушивание невозможно. Другое новое направление — частные депозитарии. Клиенты делают в бункере галерею. Тут мы дополнительно заказываем мощнейшие банковские двери в Швейцарии или Австрии. Система биометрического контроля доступа — отпечаток пальца, сетчатка глаза. Еще одно направление, очень популярное на западе, — Panic Room. При нападении на дом семья по системе скрытых переходов может со второго этажа или из подвала зайти в бункер и там укрыться. Запускается автономная система вентиляции — ни газом, ни гранатами их выкурить невозможно.

— Что, даже штурмом не возьмешь?

— Стенки убежища — это отлитый из бетона марки В-45 кубик-моноблок толщиной 40 см. Крышка — 60 см. Внутри есть система фильтрации и регенерации воздуха, как на подводных лодках или космических кораблях. Ставится система контроля внешней среды: видеокамеры по периметру участка и дома, датчики по вредным испарениям, погодная метеостанция, радиометрический контроль. Запасов топлива, еды и воды хватит на несколько месяцев.

— А что в меню?

— Понятно, что в убежище никто суши крутить не будет. Хотя у некоторых из наших клиентов черная икра в банках лежит.  А так все стандартно: крупы, макаронные изделия, тушенка, замороженные овощи, полуфабрикаты.

— Какова цена безопасности?

— У нас есть три исходных проекта площадью от 35 до 90 кв. м. Бюджетный вариант — от 4,5 млн рублей. Кроме того, мы делаем ежегодное комплексное обслуживание объекта, это порядка 60 000 рублей.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ИСТОЧНИК: RUSSIAN NEWSWEEK, FORBES

Зона затопления

Зона затопления

 

Богучанскую ГЭС ускоренно достраивают всем миром – гидростроители, металлурги и даже заключенные. Зачем, пока неясно

Девятнадцатилетний Витя украл у соседа пилу. Теперь он на лесоповале. «Судьба твоя, Витек, такая! Вы с пилой теперь неразлучны », – подшучивают над ним другие зэки. Заключенные не просто валят лес – они готовят дно для будущего Богучанского водохранилища, которое должно было появиться в Сибири уже в этом году. После аварии на Саяно-Шушенской ГЭС премьер Владимир Путин потребовал поскорее завершить строительство Богучанской ГЭС – советского долгостроя, начатого еще в 1980 году. В 80-х лес на берегах Ангары уже вырубали. Но с распадом СССР стройка была заморожена, и лес вырос заново. Найти деньги на повторную вырубку деревьев, которых по документам уже и нет, оказалось сложно. Выручили зэки.

В 80-х лес на берегах Ангары уже вырубали. Но с распадом СССР стройка была заморожена, и лес вырос заново. Найти деньги на повторную вырубку деревьев, которых по документам уже и нет, оказалось сложно. Выручили зэки.

 

Со времен гулаговского лесоповала технология изменилась мало. «Вальщик пилит, помощник смотрит, чтобы ему на голову ветка или глухарь не свалились. Остальные рубят сучья и оттаскивают », – объясняет осужденный Юрий Минаев, отбывающий срок за хранение наркотиков. Сейчас на лесоповале уже не помнят, что такое советская пила «Дружба». Ее заменили модные оранжевые инструменты Stihl и Husqvarna.

Полностью очистить затапливаемую территорию от леса все равно не удастся – на это нет времени и денег. Если верить письму главы Росводресурсов Марины Селиверстовой к главе Ростехнадзора Николаю Кутьину (имеется в распоряжении Newsweek), то после того, как запустят станцию, под водой могут оказаться 9 млн кубометров леса. Кроме того, на дне окажутся и два десятка населенных пунктов: Кежма, Недокур, Проспихино, Косой Бык, Паново, Невон и другие. Их жителей нужно успеть переселить.

В декабре сюда приезжал вице-премьер Игорь Сечин. Темпы строительства его рассердили: по утвержденному плану станцию надо запустить уже в этом году, а строительство отстает от графика на семь месяцев. Опять, как и в 80-х, виноват кризис. Почти законченная Богучанская ГЭС может оказаться ненужной.

ФОТОГРАФИЯ НА ПАМЯТЬ

Когда 26-летняя крановщица из Кодинска Эмилия Дмитриева выходила замуж, всех гостей сразу из загса повезли на стройку, за 12 км от города. С обзорной площадки, над Ангарой, строящаяся Богучанская ГЭС видна как на ладони. По семейным фотографиям жителей Кодинска можно проследить всю историю Богучанки: всесоюзная ударная стройка в 80-х, развал и застой в 90-х и вот снова поспешное строительство. Уже следующим летом, мечтает Дмитриева, в семейном альбоме появится водный пейзаж: запустят ГЭС, и сосновые леса и разбросанные по берегам деревни уйдут под воду.

Вторую жизнь Богучанке дал проект БЭМО – Богучанское энергометаллургическое объединение. Он был гордостью бывшего губернатора Красноярского края Александра Хлопонина – пример успешного частно-государственного партнерства. В 2006 году государственная «РусГидро» и «Русал» Олега Дерипаски разработали проект стоимостью $ 3,6 млрд о достройке ГЭС и строительстве Богучанского алюминиевого завода. Этот завод должен стать основным потребителем энергии.

заставка-2

Со смотровой площадки, куда любят заезжать кодинские молодожены, ГЭС похожа на гигантский муравейник. Краны перетаскивают десятитонные бадьи с бетоном, мигает электросварка, снуют рабочие в касках. Работа не прекращается даже в 40-градусный мороз, бодро рапортовал в январских отчетах «РусГидро»: «ложили» бетон, монтировали металлоконструкции, бурили и взрывали положенные кубометры. «Растет на глазах», – как о ребенке, говорит специалист ОАО «Богучанская ГЭС» Вера Белоногова.

В Кодинске жизнь кипит, пока строят станцию. В 15-тысячном городе живут или строители ГЭС, или те, кто возводили дома для строителей ГЭС. Главная проблема города – чем занять свободное время. В прошлые годы прокатилась волна самоубийств среди молодежи. «От тоски здесь хоть в петлю лезь», – признают местные жители. В Кодинске нет ни одного кинотеатра, семейного кафе или спортклуба. В 2 008 году заложили первый камень нового физкультурно-оздоровительного комплекса, а потом грянул кризис, и стройку заморозили. Этот камень местные в шутку прозвали «могильным».

избушки

В 2 009 году у города случилась беда: стройка забуксовала. С кризисом «Русал» притормозил строительство заводов – долги компании составили, по данным СМИ, $ 16,8 млрд. Не дошли деньги и до ГЭС. Металлурги даже предложили перенести дату запуска первой очереди станции на 2012 год. Больше всего были возмущены кодинские строители: когда запуск откладывали в первый раз, ждать в итоге пришлось 20 лет. В «РусГидро» заявили, что смогут достроить ГЭС в одиночку, и «Русал» хотя и пошел на попятную, но строительство алюминиевых заводов пока не возобновил.

Отставание от плана примерно полгода, говорит собеседник на Богучанской ГЭС. Правда, он считает, что это к лучшему: «Запускать станцию в декабре, при минус сорока, – не самое приятное дело». По прогнозам гидростроителей, первые гидроагрегаты скорее всего запустят в июне только 2011 года. Непосредственно перед этим начнут заполнять будущее водохранилище. 

КВАРТИРА С БАРНОЙ СТОЙКОЙ

Первым под воду уйдет поселок Временный. Он в паре километров от ГЭС. Возле поселкового магазина на корточках сидит мужик в дубленке и пьет мадеру из горлышка. Подъезжает рейсовый пазик, сигналит – мужик пытается забраться внутрь, но не может. С бранью и криками пассажиры затягивают его в салон.

На улице останавливается белая легковушка. Водитель высовывает из окна винтовку и стреляет в лохматую собаку. Собака с визгом убегает прочь. «Одичали совсем!» – Говорит местный житель «дядя Витя», имея в виду то ли бездомных собак, то ли людей, доживающих последние дни в поселке.

дом

Виктор получил 10 000 рублей пенсии и сразу отоварился в магазине: купил колбасы, консервов и бутылку. У него приподнятое настроение. «Ну что в верхах говорят? Скоро нас ко дну пустят? »- Улыбается он, кивая на виднеющийся вдалеке гребень плотины в окружении башенных кранов. От станции доносится глухой монотонный гул.

Тридцать лет назад бульдозерист Виктор приехал на Ангару строить Богучанскую ГЭС. Семейных строителей селили в двухэтажные бараки. «Сказали, что на время. Обещали всех переселить в город, а поселок затопить », – вспоминает Виктор. Для многих ожидание затянулось почти на три десятилетия. Семья Виктора новоселья так и не дождалась – жена умерла, а дочь переехала в Ижевск. Судьбу своего квартирного вопроса Виктор не знает. Когда в опустевшем бараке в прошлом году отключили воду и свет, он перебрался к соседям.

Улица Лесная почти вымерла: брошенные дома заметены снегом под самую крышу. «Почти всех переселили, – улыбается Виктор, – в Сосновоборск, Енисейск, Ачинск». Внезапно он начинает злиться: «Ачинск-хуячинск! Никуда отсюда не поеду! »

Виктор и его соседи празднуют 8 Марта, хотя на календаре 13-е число. Седобородый мужик в штанах и рубашке ничком лежит на кровати. Другой валяется прямо на полу. Между ними на табуретке банка солений и немытая посуда. «Мы немножечко отмечаем», – хихикает Марина, растрепанная дама навеселе. Она прославилась тем, что прохохотала, как сама говорит, свою двухкомнатную квартиру. Вместе с дочерью и внуком Марина жила в Проспихине. Эта деревня тоже оказалась в зоне затопления, и местных жителей оттуда переселяли по городам. Очередь на «двушку» в городе дошла и до Марины. «А я вот не приехала и паспорт не отдала, – веселится женщина. – Дочка приехала, говорит, что ж ты, мама, делаешь? А я что делаю? Только бутылки считаю! »

гармонь

О потерянной квартире соседи совсем не жалеют. «Пусть нас затопляют, – обнимает Марину за плечи бывший бульдозерист Витя. – Я домик вон на той горе построю, возьмем лодку и поедем хариуса ловить ».

Через дорогу живут пенсионеры Демины. На непутевых соседей они смотрят косо, впрочем, иногда из жалости делятся банкой соленых огурцов. У Деминых квартирный вопрос решен: есть «двушка» в Кодинске, а домик во Временном – это дача.

«Дом очень жалко оставлять, – признается пенсионер Демин. – Я вот антенну сниму, остальное сам подожгу ». «Без тебя все сожгут, – машет на него рукой жена. – Бульдозером все сломают, и будет тут мертвое море ». Больше всего старики жалеют, что погибнет вся рыба. «Перестройку эту голимую пережили только за счет рыбалки, – вспоминает дед. – Поймаешь тайменя – меняешь на мешок сахара или ящик сгущенки ». Теперь, вздыхает рыбак, речку загубили: «! Не Ангара стала, а помойка»

люди

Поселок доживает последние месяцы. Летом придут рабочие и подожгут вырубленный вокруг поселка лес. Потом сломают и сожгут покосившиеся избы и бараки. «Мы этого уже 30 лет ждем не дождемся», – говорит пенсионерка Валентина Дохнова. Всех ее соседей расселили, и она тоже сидит на чемоданах: ее будущий дом в Кодинске обещают сдать в мае. О новом жилье в поселке рассказывают странные истории. Говорят, кому-то повезло – дали современную квартиру-студию с барной стойкой.

МЕРТВЫЙ ВОЛК

На делянке у лесорубов – перекур. На костре булькает котелок с темно-бурой жидкостью, отдаленно напоминающей чай. Вся бригада в одинаковых черных робах, ватных штанах и валенках. На головах – оранжевые каски. Шесть дней в неделю они пилят и валят лес.

На делянке, где работает бригада, пейзаж, как после урагана. Сосны, сваленные в гигантские шалаши, непроходимые завалы из бурелома и пеньки из-под снега. Такие проплешины идут вдоль всего берега Ангары – через полгода все это будет под водой. К началу затопления по проекту должны зачистить 13 000 гектаров – это десятая часть от площади будущего дна. Деревья спиливают только там, где намечены фарватеры, – вдоль берегов поселков и перед плотиной.

В основном это сосновый лес. Ангарские сосны называют корабельными, и ценятся они очень дорого. Местные жители возмущаются: почему лес сжигают, если его можно продать? В красноярском правительстве объясняют, что таково условие техзадания. Проверяющие наблюдают за тем, чтобы лес рубили и жгли.

«Моя задача – лес повалить, раскряжевать, сложить в валок, а летом сжечь», – по-военному докладывает начальник Объединения исправительных учреждений №1 Красноярского ГУФСИНа Андрей Исламов. Раньше он возглавлял колонию, в которой выращивали овощи. «За лето только огурцов собирали 120 тонн», – довольно вспоминает Исламов. Теперь задача серьезнее: проект по лесозачистке пришелся по душе директору ФСИН Александру Реймеру. «Нам доверили не случайно, – объясняет Исламов. – Осужденные не запьют, не загуляют. План не сорвут, и деньги опять же останутся в системе ». Основной план делают зимой, несмотря на лютые морозы. Летом работать труднее – мошка, дожди, распутица, болота кругом и технику не подгонишь, рассказывают сами лесорубы.

Зэки говорят, что лес на делянке молодой, но оставлять его нельзя. Со дна всплывут целые острова, будут мешать судоходству, будет опасность для плотины, объясняют лесорубы.

В 180 км от Кодинска в тайге стоит вахтовый участок Недокура – два ряда избушек, которые называют «балк а ми». Осужденных сторожат двое сотрудников и капитан спецназа Максим, неразговорчивый здоровяк. Недавно он снова вернулся из Чечни. Говорит, что там стало скучно.

Блатных на лесоповал не присылают, работают «мужики», которые хотят подзаработать и побыстрее уйти на свободу по УДО. Сроки небольшие: кражи, хулиганка, наркотики. Виктор угнал у соседа «Москвич-412», получил 2,5 года и теперь тоже валит лес. В месяц зарабатывает 12 000-15 000, хотя в красноярском ГУФСИНе говорят, что «ударники» получают и по 25 000 рублей. В его «балке» на полках домашние фотографии, истрепанные книги, почему-то плакат Путина в летной форме.

На лесоповале один день похож на другие. Подъем в 6.00, потом завтрак и в 8.00 выезд на работу. Там же, в лесу, обедают – термосы с едой привозят на «Урале», а вечером до наступления темноты лесорубов забирают назад в лагерь. Самое большое развлечение – баня, ее топят каждый день. Зэков сторожат без оружия, и ни одного инцидента еще не было.

В дежурной части, избушке, спутниковый телефон, книги в коробках и разложенные по полочкам пакетики с номерами. Это коллекция запахов – личные вещи осужденных. По ним беглеца может найти служебная собака. «Кругом тайга, снег по пояс, куда тут убежишь?» – Недоумевает начальник Исламов.

Недавно на дороге нашли мертвого волка. Он попал в капкан, отгрыз себе лапу, вышел на дорогу – тут его сбила машина.

НЕ СПОРИТЬ С СЕЧИНЫМ

Накануне выборов в местные органы власти «Единая Россия» собрала кодинцев в местном ДК. На стене транспарант – «Создаем новое, сохраняем лучшее». Красноярский министр экономики Сергей Верещагин уверял людей, что в Москве про них помнят: 2 млрд рублей в этом году будет выделено на достройку домов для переселенцев и строительство замороженных объектов: школы, детского сада, подъездных дорог.

В Москве про Богучанскую ГЭС и правда помнят. Хотя, как признается собеседник в «РусГидро», новый график строительства станции партнеры до сих пор не утвердили. По его словам, причины задержки запуска станции – финансовый кризис, морозы и новые, более жесткие требования Ростехнадзора, которые вступили в силу после аварии на СШ ГЭС. В ходе последней проверки Ростехнадзор нашел на стройке более 17 нарушений.

htmlimage

Еще больше нарушений обнаружили члены общественной организации «Плотина.Нет!». «Очень не хочется, чтобы люди стали заложниками форсированной стройки, как это было на Саяно-Шушенской ГЭС», – говорит создатель интернет-проекта Александр Колотов. Он уверен, что запуск ГЭС принесет непоправимый ущерб природе Нижнего Приангарья – погибнут леса, ценные породы рыб, нарушится экосистема, будут потеряны археологические ценности. Колотов собирает все жалобы на Богучанскую ГЭС на сайте plotina.net. В «РусГидро» его давно окрестили экстремистским.

Но главная проблема для ГЭС – это отсутствие потребителя той энергии, которую она будет вырабатывать. В «Русале» корреспонденту Newsweek заявили, что Богучанский алюминиевый завод готов только на 30%, «а сроки возобновления его строительства зависят от решения вопроса о привлечении проектного финансирования».

Однако с вице-премьером Сечиным в компании предпочитают больше не спорить: «Партнеры работают над обеспечением ввода первой очереди Богучанской ГЭС в ранее согласованные сроки», – заявляет пресс-служба компании.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ, ФОТО: АНДРЕЙ РУДАКОВ

RUSSIAN NEWSWEEK

Женщина в поиске

Женщина в поиске

К част­ным сыщи­кам люди обра­ща­ются, когда поли­ция уже ничего сде­лать не может или про­блема слиш­ком дели­катна.

Черный Hummer H2 с блондинкой за рулем мчится по Садовому кольцу – в пять утра город чист, и редкие бомбилы едва уворачиваются от внедорожника. В районе Красных ворот Hummer тормозит, и его хозяйка в вязаной шапочке с рюкзачком и фотоаппаратом бросает машину и два квартала идет пешком, время от времени щелкая городские пейзажи. Возле одного из особняков одинокая туристка задерживается чуть дольше – фотографирует припаркованный возле подъезда Jaguar. Ее не замечают ни дворник, ни камеры видеонаблюдения. Чуть позже в салоне Hummer девушка скидывает парик, быстро просматривает отснятые фото и бросает взгляд на часы: 5:36. Так начинается утро частного детектива Екатерины Шумякиной, основателя агентства Две жизни – «Две жизни».

Почему «Две жизни»? Тут нет секрета.

«В любом моем деле фигурируют всегда двое: бизнесмен просит проверить своего нового контрагента, жена или муж – неверного супруга, мать – найти пропавшего ребенка, а обманутый кредитор – выйти на след мошенника», – рассказывает Екатерина в интервью Forbes Woman.

К частным сыщикам люди обращаются, когда полиция уже ничего сделать не может (или не хочет) или когда проблема слишком деликатна.

В Москве несколько тысяч частных детективов, но женщин немного, Екатерина знает лишь трех. «Эта работа для меня: у меня мужской склад характера, хорошая логика и сильно развита интуиция. Увлечения у меня тоже, кстати, мужские: пострелять, пометать ножи, погонять на мотоцикле », – с улыбкой говорит Екатерина. При этом она, несмотря на брутальную профессию, не забывает ни про маникюр, ни про серию селфи в Facebook.

Большинство частных детективов – бывшие сотрудники полиции, и Шумякина стала сыщиком, отслужив там 10 лет. Последнее место работы – убойный отдел угрозыска – подразделение, которое ловит убийц, маньяков и насильников.

ОТ ОПЕРА ДО СЫЩИКА

Катя бежала по лесу, не обращая внимания на ветки, Больно бившие по лицу и рукам. Вот уже несколько часов старший лейтенант Шумякина и все экипажи местного отдела милиции были на ногах: в Битцевском парке пропали дедушка с внуком двух с половиной лет. Когда они не вернулись к обеду, а телефон дедушки был отключен, семья забила тревогу: еще свежи были истории про битцевского маньяка. «Я поставила себя на место деда и думала, куда он мог увести ребенка, – вспоминает Екатерина. – Около часа я шла, как ищейка, по следу ». Неожиданно оперативник выскочила на полянку и выдохнула с облегчением: пенсионер, выбившись из сил, сидел на бревне, пытаясь реанимировать разрядившийся телефон, а внук спокойно играл рядом.

За такие моменты Катя очень любила свою работу – они перевешивали чернуху милицейской службы: жуткие преступления, стрессы, недосып, низкую зарплату.

В 19 лет Катя, помощница депутата Мосгордумы, приняла смелое решение. Потеряв в метро документы – паспорт и спецпропуск, она пришла в отделение, чтобы написать заявление о пропаже, и внезапно для себя решила, что пойдет служить в милицию. Дома, конечно, был скандал, но отец поддержал дочь: «Пусть идет».

Екатерина начинала работать на «земле» – ловила карманников-щипачей в метро, ​​потом перешла на повышение – в убойный отдел уголовного розыска. Мужчины-опера сначала недоверчиво посматривали на девчонку, но Екатерине помогали смекалка и интуиция. Однажды милиционерам надо было попасть в квартиру, где находились преступники. «Я быстро сгоняла домой за« реквизитом »- захватила домашний халат, тапочки и мусорное ведро, – вспоминает Шумякина. – На месте переоделась и позвонила в дверь, помогите, говорю, пошла мусор выбрасывать – а у меня дверь захлопнулась. Мне поверили, дверь открылась, и в квартиру влетела группа захвата ».

В марте 2009 года Екатерина сама вышла на след и вместе с коллегами задержала насильника Умара Бабажанова, местного дворника, который совершил несколько нападений на женщин в лифте. За другое расследование, когда Шумякина установила невиновность человека, обвиняемого в педофилии, она получила премию 3500 рублей и заметку в ведомственной газете с заголовком «Установить истину». Но спустя два года, в разгар кампании по борьбе с педофилами, дело реанимировали и главного фигуранта отправили в колонию. «Больше работать в милиции я не смогла», – вспоминает Екатерина.

ДЕТЕКТИВНЫЙ СТАРТАП

Три месяца Екатерина приходила в себя, а ​​весной 2011-го решила открыть детективное агентство. Получила лицензию на детективную деятельность в МВД, арендовала офис и запустила сайт, придумав название «Две жизни». Первые дела подбрасывали друзья-юристы. Адвокат Павел Куприянов рассказал Екатерине историю своего клиента: в драке в метро мужчина порезал ножом двух гастарбайтеров, нависло серьезное обвинение по статье о нанесении тяжких телесных повреждений. Екатерина изучила материалы дела, опросила свидетелей, проверила доказательства и увидела, что обвинение притянуто за уши. В результате работы детектива и адвоката статью переквалифицировали на более мягкую – о превышении необходимой самообороны, а клиент вместо 10 лет получил 3 года колонии. Плюс Екатерина добилась того, что в отношении «потерпевших» возбудили уголовные дела. Частное расследование заняло шесть месяцев, детектив получила гонорар -. 80 000 рублей.

фото Иван Куринной для Forbes

Очень скоро на Екатерину обрушился вал заказов: угнанные машины, супружеские измены, пропавшие животные, попавшие в секту дети. Для себя Екатерина твердо решила: она не будет хвататься за все подряд.

«За грабежи и разбои не берусь ни за какие деньги. Но вот когда вижу несправедливость – берусь ».

Большая часть расследований Две жизни, почти до 70% дел, связана со сбором информации, проверками, проведением независимых расследований, изучением материалов уголовных дел, розыском пропавших должников или мошенников. Остальное – супружеская измена, проверка детей, споры со страховой, участие в уголовных и гражданских процессах.

Проработав около года, Екатерина взяла на вооружение новую схему организации бизнеса: отказалась от аренды офиса и штатных сотрудников (на окладе только бухгалтер). «Команда формируется под конкретное задание – привлекаю бывших и действующих сотрудников полиции, психологов, экспертов, адвокатов», – поясняет Шумякина. У нее есть связи с детективами из других городов – она ​​иногда передает дела своих клиентов на аутсорсинг за 10-20%, если того требует ситуация. В свою очередь, достаточно много клиентов приходит в двух жизней от партнера – HEADS юридической компании.

«Моя задача – дать объективную информацию, разобраться в деле, – объясняет Шумякина. – У меня нет цели посадить кого-то на скамью подсудимых ». Хотя и посадки бывают. Один из клиентов Екатерины заключил с компанией договор на доставку из Германии автомашины Volkswagen Touareg – внес предоплату, но ни денег, ни машины не увидел. Оказалось, что он, как и еще два десятка человек, стали жертвой мошенника. «Дилер» скрылся из Москвы, но Екатерина разыскала его в Питере, и через некоторое время преступника задержали.

Насколько выгоден бизнес? Розыск мошенников и должников обойдется клиенту в 30 000 рублей 000-100. «Цена зависит от сложности дела, затраченного времени, – поясняет Екатерина. – Поиск без вести пропавших наиболее сложный, и цена здесь немного выше. Бывает и так, что за дело не берусь, ибо не вижу вообще никакой перспективы ». Агентство расследует 30-50 кейсов в год, не считая консультаций (стоимость – 5000 Одной рублей). «Выручка растет, но это очень нестабильный бизнес», – признает Екатерина.

По этой причине детектив Шумякина решила осваивать новые направления, связанные с безопасностью бизнеса: аудит – комплексная проверка компаний, конкурентная разведка и выявление промышленного шпионажа.

ОХОТА НА «КРОТА»

В апреле +2012 года в офисе столичной медицинской компании появилась новая сотрудница – офис-менеджер. Веселая брюнетка быстро со всеми перезнакомилась и влилась в обычную офисную жизнь: заказывала канцелярку, отправляла почту, пила кофе с сослуживцами. Только два человека из руководства компании знали, что это не офис-менеджер, а частный детектив, вычисляющий «крота» – сотрудника, который сливает конкурентам коммерческую информацию.

Первым делом детектив отсекла лишних людей. «Вычеркнула из подозреваемых тех, у кого не было доступа к информации, – курьеров, уборщиц, мини-менеджеров, – рассказывает Екатерина. – У тех, кто остался, я внимательно изучила должностные полномочия и оклады ». Общаясь за чашкой чая, Екатерина составила для себя психологический портрет каждого сотрудника компании. «Чтобы человек лучше раскрылся, решила отметить в офисе несуществующий праздник – свой день ангела, ведь пьяный человек лучше раскрывается», – улыбается Екатерина.

«Подозреваемых» Екатерина раскручивала по одному: говорила, что хочет запустить аналогичный бизнес и ей нужны наработки, контакты, финансовая информация компании. Один из менеджеров по развитию, Дима, на предложение клюнул. «Мы встречались с ним после работы в кафе, я говорила, что готова заплатить за информацию. Он и поплыл », – вспоминает Екатерина.

За «кротом» установила наблюдение служба безопасности компании – читала почту, слушала служебный телефон. Внутреннее расследование подтвердило: Дмитрий «сливал» клиентскую базу и новых клиентов конкурентам. В общей сложности расследование Екатерины заняло два месяца, составил 90 гонорар 000 рублей и еще 50 000 рублей – премия от руководства компании. «Подготовка к внедрению была огромной, – вспоминает детектив. – Я изучила внутреннюю жизнь компании, сегмент рынка и даже их специфический сленг, разработала себе фиктивную биографию, в которой правда была перемешана с ложью – в эпоху интернета на лжи легко засыпаться ».

Кстати, поиск лжи – одна из задач из-за трудолюбие. В рамках расследования Екатерина готовит информационное досье на учредителей (наличие судимостей, долговые обязательства и т. Д.) И проверяет, насколько компания «чистая». «Клиент получает в итоге аналитическую справку с выводами, можно доверять контрагенту или нет», – говорит уже Шумякина.

Еще одно перспективное направление – консультации по вопросам личной безопасности и безопасности бизнеса. Екатерина регулярно проводит семинары в компаниях: как вести себя в чрезвычайной ситуации, если угнали машину, украли паспорт, как общаться с полицейскими или сотрудниками ДПС, что делать, если в фирму или домой пришли с обыском?

«Люди не знают своих прав, к тому же, находясь в стрессовой ситуации, не могут принимать адекватные решения, – уверена Екатерина. – После каждой лекции меня окружают плотным кольцом и засыпают вопросами ».

Встреча длительностью 3-5 часов стоит Порядка 50 000 рублей. Для состоятельных клиентов действует услуга «персональный куратор» – детектив и его команда на связи 24 часа в сутки, готовы выехать по первому звонку. Для физических лиц услуга стоит примерно 20 000-40 000 рублей, для юридических – 100 000 рублей. «За эти деньги клиент получает команду поддержки и право звонка в любое время – могут вытащить из кровати даже ночью», – говорит Екатерина.

У российских детективов, в отличие от иностранных коллег, довольно сильно связаны руки законодательными запретами, к тому же далеко не все судьи признают результаты частного расследования. «Мне бы хотелось, чтобы в России частным детективам дали доступ к базам данных, приравняли наши запросы к адвокатским, разрешили пользоваться определенными видами аппаратуры», – говорит основатель агентства «Две жизни». Впрочем, в прошлом году глава МВД Владимир Колокольцев подписал указ, по которому полиция может заключать договоры с частными детективами для помощи следствию. Это значит, что работы у Екатерины Шумякиной прибавится.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ФОТО ИВАН КУРИННОЙ ДЛЯ FORBES

ИСТОЧНИК: FORBES

Вкус родины: кто кормит диаспоры

Вкус родины: кто кормит диаспоры

Полицейский патруль шагает мимо рекламного стенда. Картинка с нарезанными сырами и подписью «Запрещенные итальянские деликатесы в Москве» вдруг меняется на политкорректную рекламу русских матрешек. Полицейские в недоумении. Что значит весь этот гастрономический перформанс в 250 метрах от здания МВД на Житной?

Так отреагировал на санкционную войну итальянский предприниматель Джулио Дзомпи, владелец лавки Don Giulio и ресторана La Scarpetta. «Идея была в том, чтобы напомнить нашим покупателям: «Хэлло, мы еще живы!» — многие переживали, что мы закроемся», — признается он. И хотя кризис и санкционные войны нанесли Дзомпи ущерб — продажи упали на 30%, а один магазин на Патриарших прудах пришлось закрыть, — предприниматель сворачивать бизнес не собирается. Запрещенные деликатесы и сыры он заменил на произведенные на российских фермах его земляками-итальянцами и до конца года откроет кондитерскую на Покровке.

ИТАЛИЯ НА ПОКРОВКЕ

«Бонджорно!» — интеллигентного вида брюнет заходит в лавку Don Giulio на Покровке, где в витрине видны свиные ноги, а на прилавке разложены сыры, прошутто и оливки. В лавке пахнет свежеиспеченным хлебом — принесли ржаную фокаччу. Франческо Лукон, совладелец магазина женской одежды Trimonti, здесь частый гость. «О, я знаю их давно, — на превосходном русском говорит он. — Покупаю тут вино, прошутто, сыры. Хлеб вкусный, но не беру — боюсь до дома не донести». Появляется сам дон Джулио — брутального вида мужчина, который расплывается в улыбке при виде гостей. С одной из покупательниц он говорит на итальянском про погоду, с другой — о том, чем лучше кормить ребенка, чтобы не было аллергии.

Джулио Дзомпи приехал в Россию в 2002 году. В то время он был далек от гастрономии и занимался продвижением ноутбуков Flybook. Бизнес шел не очень успешно, и Дзомпи переключился на виноторговлю — стал представителем в России компаний Fantinel и La Roncaia, а в 2011 году открыл винный клуб на Покровке. «Было душевно, но недостаточно. Чтобы лучше понять итальянскую культуру, вместе с вином надо пробовать и итальянские продукты», — считает предприниматель. Отец Джулио Франческо Дзомпи, высокопоставленный военный, занимался снабжением итальянской армии и отлично разбирался в продуктах, а его мать Анна прекрасно готовила и любила принимать гостей. Сам Джулио уверяет, что готовит с четырех лет.

«Джулио — пассионарий, может работать по 20 часов в день и получать удовольствие от своего дела», — говорит Леонид Рафаилов, совладелец  Don Giulio. Его основной бизнес — продажа алкоголя. Рафаилов — генеральный директор «АСТ Интернешнл Инваэронмент», одного из крупнейших игроков рынка с годовым оборотом 4,6 млрд рублей. Он вспоминает, что, когда в 2014 году объявили контрсанкции, его друг Дзомпи решил реализовать остатки итальянских продуктов — пармезан, прошутто. «Он обратился ко мне, и я ему помог с финансами, — вспоминает Рафаилов, оценивая первоначальные вложения в несколько миллионов рублей. — Но быстро реализовать не получилось. Джулио предложил мне партнерство в бизнесе, и мы стали думать о возможности не только продавать итальянские продукты, но и наладить импортозамещение».

Дзомпи открыл лавку на Покровке еще в 2013 году. «Это маленький кусочек Италии в Москве, поначалу среди клиентов были итальянцы — сотрудники посольства и бизнесмены, потом французы, немцы и россияне — ценители итальянской кухни», — говорит Рафаилов. Новая жизнь у лавки началась в феврале 2014 года, когда российские власти запретили ввоз в страну салями и сыровяленого мяса. «Мы не успели почувствовать эффект санкций, поскольку у нас был большой запас продуктов. Но потом по нам ударил кризис», — вспоминает Дзомпи. К декабрю покупателей стало меньше.

«Кто брал 500 грамм прошутто, [теперь] покупает 200 грамм», — признается предприниматель.

В хорошее время дневной оборот составлял 200 000 — 250 000 рублей, сейчас упал на 20-30%, при этом треть продаж приходится на вино (за год цены на итальянские вина выросли на 40-50%). Последствия кризиса Дзомпи хочет компенсировать за счет привлечения новых клиентов. Запустили интернет-магазин, а вирусный ролик про запрещенные итальянские продукты собрал более 500 000 просмотров на YouTube. В отличие от импортных продуктов и вин, на которые приходилось несколько раз переписывать ценники, цены на российские товары стабильны. Например, вареная колбаса Мортаделла — 2400 рублей за 1 кг, свиная грудинка Панчетта — 2150 рублей за 1 кг, фермерские сыры, изготовленные по итальянским рецептам, — от 1400 до 2300 рублей за 1 кг.

Некоторые сыры для Don Giulio — рикотту и качотту — делает итальянский фермер Пьетро Мацца на своей домашней ферме La Fattoria Little Italy. В 1999 году он выкупил хозяйство в Тверской области и начал выпускать сыры по итальянской технологии. Дзомпи впервые приехал на ферму в 2008 году.«Интересно было увидеть итальянца, который упорно хотел выпускать в России качественные продукты. В этом мы с ним похожи», — замечает Джулио. По его словам, покупатели-итальянцы довольны российскими сырами Маццы, но пока в России невозможно изготовить такие специфические виды сыров, как пармиджано и грана падано. «Их вкус мы не сможем повторить, потому что он рождается в земле, в траве, которую едят коровы, в микроклимате, в котором они живут», — объясняет Дзомпи.

В конце 2014 года он решил расширяться — открыл ресторан La Scarpetta и взял в субаренду площадь на Патриарших, но из-за кризиса партнеры ушли, а Don Giulio в одиночку арендную плату не потянул — и от торговой точки пришлось отказаться. Но Дзомпи не опускает руки — по соседству с лавкой на Покровке он планирует открыть итальянскую кондитерскую. «Первый мой клиент — пятилетний сын. Я хотел, чтобы ему были доступны настоящие итальянские продукты, — говорит Джулио, угощая корреспондента Forbes самодельной шоколадной пастой. — Я не хочу, чтобы мой сын вырос на фастфуде и пищевой химии».

ПОСЛЫ ФРАНЦУЗСКОЙ КУХНИ

Основатели Le Bon Gout Николя Шавро (слева) и Андрей Куспиц Основатели Le Bon Gout Николя Шавро (слева) и Андрей Куспицфото Макса Новикова для Forbes

В резиденции французского посла на Большой Якиманке подавали канапе с пельменями из утки с фуа-гра. Гастрономический символ российского-французской дружбы к торжественному ужину лепили повара московской компании Le Bon Gout, специализирующейся на французских деликатесах. Но было это несколько лет назад. Санкции сделали российские пельмени с французской начинкой блюдом нон-грата, зато открыли перед компанией новые перспективы.

Идея делать в Москве продукты для французского землячества у предпринимателя Николя Шавро, живущего в России с 1995 года, родилась шесть лет назад. За игрой в покер он озвучил ее приятелю, поставщику морепродуктов Андрею Куспицу. Тот согласился стать партнером.

Сосиски и колбаски пришлись по вкусу не только экспатам. Сейчас Le Bon Gout ежемесячно производит около 10 т мясных деликатесов, выручка компании составляет около 12 млн рублей в месяц. Не так уж много в сравнении с тем, что приносит Шавро основной бизнес — компания «Аскотт Деко Рус», производитель клея под маркой Kleo, материалов для отделки и ремонта (по словам предпринимателя, в 2014 году выручка составила около 1 млрд рублей). «Я люблю вкусно поесть, но не гурман, никогда не занимался готовкой. Просто я был уверен: честную еду готовить просто», — объясняет идею побочного бизнеса Шавро.

Куспиц хорошо знал и французскую кухню, и ресторанный бизнес. Он семь лет прожил во Франции, откуда поставлял деликатесы для ресторанов Аркадия Новикова, даже стал совладельцем французской компании Zory, занимавшейся поставками морепродуктов в Россию (оборот — €60 000-70 000 в месяц).  Его партнер Глеб Орликовский вспоминает, что у Куспица остались хорошие связи — он лично знал многих французских рестораторов и поваров, фермеров, владельцев скотобоен, экспортеров мяса, сыра и морепродуктов.

В начале 2010 года Le Bon Gout запустила цех с кулинарией и интернет-магазин на французском языке, где можно было заказать французские продукты от хрустящего багета до страсбургских сосисок. «Мы ориентированы на землячество, искали покупателей через французскую школу, сообщества, посольство», — вспоминает Куспиц. Среди клиентов была французская военная миссия, представительство Квебека, резиденция французского посла, французские рестораны, семьи экспатов.

И хотя со временем французы подтянули новых клиентов — не только из диаспоры, бизнес буксовал, а непроданные деликатесы отправлялись в собачий питомник.

«Мы признали свои ошибки, подвели итоги и списали убытки», — признает Шавро, оценивая первоначальные вложения в проект в 80 млн рублей.

Основная проблема была в ставке на диаспору, широкий ассортимент и отсутствие в розничных сетях. В 2012 году Шавро и Куспиц сосредоточились на производстве мясных деликатесов, переключились на российских покупателей и поставили продукты на полки магазинов.

Куспиц изучил послевоенные советские техкарты и ГОСТы, и партнеры сделали несколько видов вареных колбас. «Наш базовый принцип — мы не врем, в наших сосисках только мясо и специи, — уверяет Куспиц, показывая упаковку сосисок, на которой огромными буквами указан процентный состав говядины и свинины. — Здесь же указан номер моего мобильного телефона».

Любой покупатель может попасть в цех Le Bon Gout и, предварительно договорившись, понаблюдать за процессом производства (Куспиц даже устраивал экскурсии для учеников местной школы). Небольшое производство разместилось в бывшей ведомственной столовой на севере Москвы. Здесь много ручного труда: руками лепят пельмени, для сарделек чистят настоящий чеснок (а не кладут чесночный концентрат), варят язык для телячьей колбасы. «Наша задача — сделать не красивый ароматный корм для людей, в котором будет 30% мяса, а еду, которой хочется кормить собственных детей», — говорит Куспиц.

Санитарный врач Le Bon Gout француженка Кристиан Гаве потратила много времени, отбирая поставщиков: свинину и говядину берут у «Мираторга», свинину, курицу и утку — у «Ясных Зорь», что-то еще — у фермеров. Один из них — Дмитрий Климов, основатель фермы «Вольный выгул». Он около пяти лет поставляет цесарок и кур. «Из кормильцев французской диаспоры Le Bon Gout стал поставщиком отличной гастрономии для россиян, знающих толк в качественной еде», — замечает фермер.

Продукция Le Bon Gout появилась на прилавках сетей «Азбука Вкуса», «Глобус Гурмэ», «Метро» и «Бахетле»  в Москве, Петербурге, Самаре, Воронеже и Петрозаводске. Еще 30% продукции продается через онлайн-магазин, в котором покупатель может приобрести продукты по оптовым ценам, а средний чек составляет 2500 рублей. «Вареная колбаса на прилавке стоит 450-500 рублей, у нас средняя цена за 1 кг — 1000 рублей, если мы даем скидку 30% — это 700 рублей за 1 кг. Разница с не очень качественной колбасой — 200-250 рублей. Люди уже готовы не ощущать эту разницу и купить качественный продукт», — объясняет Куспиц.

Выгоден ли бизнес? По оценкам Шавро, за последние три года было вложено еще около 130 млн рублей. Выручка в сравнении с 2010 годом увеличилась в шесть раз — до 12 млн рублей в месяц. Сейчас Шавро и Куспиц планируют объединяться с производителями пасты, сыров, соков и смузи, которые готовы продавать продукцию под маркой Le Bon Gout. Консолидация позволит увеличить средний чек до 3500 рублей, полагает Шавро, и привлечь новых клиентов.

Этим летом в цех Le Bon Gout заехал глава швейцарской фармацевтической компании, находившийся в Москве в командировке. Коллеги угостили его докторской, и швейцарцу понравилось. Куспиц не удивлен — российские деликатесы от Le Bon Gout теперь везут в Милан, Гонконг и Нью-Йорк. «До 1917 года Россия экспортировала спаржу, артишоки, крымских устриц, копченую свинину и солонину, а сейчас вызывает трагедию, что не стало сыровяленого мяса. Нет никакой трагедии — и в России можно производить самое лучшее», — убежден Куспиц.

КОШЕРНЫЙ ПОДХОД

Директор и владелец магазина «Эльйон» Роман БаерДиректор и владелец магазина «Эльйон» Роман Баерфото Макса Новикова для Forbes

Свадьбу Марии Чигиринской, племянницы строительного магнатаШалвы Чигиринского, отмечали с размахом — были приглашены около 1000 гостей. На зеленой лужайке гольф-поля «Сколково» в белом шатре столы ломились от блюд еврейской и кавказской кухни. «Готовили бараньи лопатки, фаршированные кедровыми орешками, каре ягненка и шашлыки, куриные котлеты кордон-блю», — вспоминает Марк Гельман, шеф-повар и владелец компании «Гельман Кейтеринг». Мясо и птицу — почти тонну — он купил у московской компании «Эльйон», крупнейшего производителя кошерных продуктов в России.

«Наша компания не заточена  исключительно на зарабатывание денег, мы обслуживаем потребности общины, но, что хорошо для нас, они постоянно растут», — уверяет гендиректор и владелец фирменного магазина «Эльйон» Роман Баер. По специальности он инженер-электронщик, окончил политехнический институт в Хайфе. Бизнес, связанный с мясом, — семейный. Отец Романа Нисон Баер — директор Раменского мясокомбината, при котором с 2008 года действует кошерное производство. «В Израиле я понял, что папе одному тяжело вести бизнес. Надо было принимать решение: либо продавать, либо продолжать семейное дело», — говорит предприниматель. Так он вернулся в Россию.

За два года до этого, в 2008-м, на Раменском мясокомбинате было запущено кошерное производство. Проектом занимался Йосиф Коган, сын раввина синагоги на Большой Бронной Ицхака Когана. Коган-старший придумал название «Эльйон» (в пер. — «Высший») и стал идеологом возрождения кошерного производства в России. «До 1993 года я не находил никакой возможности отыскать в Москве базу, где можно было бы заготавливать кошерное мясо. Я вынужден был ездить для этого в Ленинград, где у меня еще с прежних времен были налажены поставки скота», — вспоминает Коган в своих неизданных мемуарах. В начале 1990-х Когана познакомили с Баером, который уже работал на Раменском мясокомбинате.

Баер выслушал жалобы гостя на то, что «у евреев нет кошерного мяса», и согласился на эксперимент: «Я привезу бычков из совхоза, а вы режьте».

На мясокомбинате в то время не имели ни малейшего понятия о кошерном забое: нельзя было, например, предварительно оглушать быка электричеством. Согласно кашруту, евреям нельзя есть мертвое или больное животное, которое мучилось перед смертью: в кровь выбрасывается адреналин. Кошерный забой (шхиту) производит специально обученный человек — «шохет». Острым как бритва ножом он быстро перерезает нервные окончания и артерии, отчего животное погружается в сон, потом рассекает трахею и пищевод. «Мозг умирает быстрее, чем сердце», — говорит Баер. Затем тушу освежевывают, разделывают (отделяется передняя часть туши, одиннадцать ребер), удаляют кровеносные сосуды, мясо вымачивается и солится, после чего поступает в продажу.

Первый эксперимент провалился: из ста забитых за три дня бычков лишь три оказались кошерными. Но вторая попытка была более успешной: из 11 бычков уже 9 были признаны годными. Сейчас забивают ежедневно 120-150 коров — выход кошерного мяса 25%. Первые годы скот закупали у частников, а резали в подсобном хозяйстве раменского Приборостроительного завода. Как только хозяйство было выставлено на продажу, мясокомбинат выкупил его для производства кошерного мяса. Забой ведется на бойне мясокомбината, там же установили единственный в России бокс для кошерного забоя — его покупали во Франции за $200 000. «Этот проект был ориентирован на общину. Не бизнес, а скорее необходимость», — говорит Роман.

Для сравнения, раменский мясокомбинат производит ежемесячно 500-550 тонн колбас, полуфабрикатов, деликатесов, выручка в 2014 году превысила 1,3 млрд рублей. «Эльойн» ежемесячно производит 70 тонн продукции, выручка — около 360 млн рублей в год. Продукция «Эльйона» расходится по всей России напрямую, через общину, минуя федеральные сети. Перед Рош ха-Шана — еврейским Новым годом — партия ушла в Луганск. «Там тоже есть евреи, и они хотели достойно встретить праздник», — замечает Баер.

В 2012 году Иосиф Коган вышел из бизнеса «Эльйона», и руководить компанией поставили Романа. «Йоси Коган  сумел заложить серьезную техническую и технологическую основу, благодаря которой «Эльйон» развивается и сейчас», — замечает Баер. По его оценкам, последние два года объемы продаж стали расти ежегодно на 40%. В том же году кошерная продукция «Эльйона» появилась на полках «Ашана». «Кошерная продукция – достаточно специфический сегмент рынка, на котором не так много игроков, — замечает Мария Курносова, директор по внешним коммуникациям «Ашан Россия». – Мы наблюдаем небольшой рост интереса потребителей к кошерным продуктам, и с 2014 года нам удалось увеличить количество представленных позиций». По ее словам, благодаря сотрудничеству с компанией «Эльйон» «Ашан Россия» удалось покрыть спрос на кошерные продукты в Центральном регионе России, впрочем, основным рынком сбыта является именно Москва — поставки в Санкт-Петербург были прекращены в связи с небольшим спросом.

В Москве, в Марьиной Роще, «Эльйон» с одобрения равината открыла кошерный магазин. Через него сейчас реализуется 10-15% продукции. «Я хотел продавать мясо, как в Европе, уже разделанное, в упаковке. Но оказалось, что покупатели любят, чтобы при них отрезали нужный кусочек», — говорит Роман. В магазине поставили витрину-холодильник, в которой на крюках висят туши — при таком подходе продажи выросли на 50%.

Первое время торговали только мясом, через полтора года стали продавать еще и свои полуфабрикаты, соленья, кондитерские изделия, в соседнем зале открыли кафе — на стенах яркие картины и полки с религиозными книгами и журналами. Здесь повар жарит на мангале котлеты для кошерного бургера, а хозяин лично варит кофе. «Митя, а ты можешь привезти кошерные крабовые палочки?» — «Нет проблем, привезем!», — обещает Мататья Исаков, руководитель розничных продаж «Эльйона». По его словам, в магазин приходят не только те, кто соблюдает кашрут: «Свои продукты мы даже называем экошер. Люди испытывают голод по хорошим качественным продуктам».

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ФОТО: МАКС НОВИКОВ

ИСТОЧНИК: FORBES

Бизнес на пару

Бизнес на пару

Общественные бани — не только традиция, но и неплохой бизнес. Владельцы успешных банных комплексов начинают экспансию в регионы

Я мог бы у себя за городом париться, но мне нравится социальная тема — общаешься с людьми по-простому, без понтов», — рассказывает Кирилл Ратников, президент Ratnikov GR Solutions, завсегдатай «Сандуновских бань» с 2001 года. Для специалиста по общению с госструктурами трудно найти более удачное место для завязывания неформальных связей. Ратников ходит в баню в компании топ-менеджеров банков, силовиков, строителей и нефтяников. Между заходами в парилку решалось много насущных вопросов и даже заключались сделки: однажды, вспоминает собеседник Forbes, прямо в бане нашли участника тендера на строительство автодороги в Подмосковье. «Как тут не посодействовать, если мы друг друга голышом уже пять лет видим!», — смеется Ратников.

Москва без бань — не Москва, уверял журналист Владимир Гиляровский. Известные столичные бани — «Сандуновские», «Варшавские», «Краснопресненские», «Ржевские», «Царицынские» — это не только источник легкого пара, но и элитарный клуб, куда ходят бизнесмены, чиновники, спортсмены и актеры. Общественные бани любят, например, Александр Мамут 36, финансист Марк Гарбер, адвокат и ресторатор Александр Раппопорт, пару лет назад в Сандунах были замечены Петр Авен 20и Роман Абрамович 12.

Общественные бани — это еще и неплохой бизнес. «Банная тема в последнее время активно развивается, причем не только в Москве, но и в регионах — Казани, Сочи», — подтверждает Forbes заместитель мэра Москвы Марат Хуснуллин, сам, кстати, большой поклонник бани. Кто владеет самыми известными столичными банями и каковы перспективы этого бизнеса?

БИЗНЕС НА ПАРУ

«На пространке» — в темном и строгом, как готический собор, зале высшего мужского разряда Сандунов — стоит негромкий гул. Все места заняты мужчинами в простынях: одни неспешно едят, другие пьют чай с медом, третьи возвращаются из парной — передохнуть и отдышаться. Между рядами скользят банщики, разнося кружки, тарелки, записывая желающих на парение и массаж. Как только уходит одна компания, ее место тут же занимает другая. В разрядах всегда живая очередь, здесь нельзя забронировать места заранее. В чем причина популярности? «В Сандунах мне нравится пар, — говорит  Хуснуллин. — Первый раз оказался там лет 25 назад. С тех пор хожу. Мне как человеку, рожденному в СССР, вообще близка тема общественных бань».

Сандуны — старейшие и самые известные бани Москвы. Каменная баня на берегу реки Неглинки была построена в 1808 году придворным актером Силой Сандуновым на деньги — так гласит легенда — от проданных бриллиантов, которые императрица Екатерина II подарила его жене Елизавете. В конце XIX века бани были перестроены: появились холл с позолоченной лепниной и мраморной лестницей в стиле рококо, библиотека с камином, готический зал с мебелью из мореного дерева и витражами, бассейн с ионическими колоннами. В «царь-бани», как называл Сандуны Федор Шаляпин, ходили Чехов, Толстой, Рахманинов, Маяковский (у пролетарского поэта была даже собственная лавочка — сейчас к ней прикручена табличка с надписью: «Здесь мылся человек, шагающий в ногу со временем»).

Готический зал в высшем разряде Сандуновских бань — здесь едят, пьют чай и отдыхают между заходами в парную Готический зал в высшем разряде Сандуновских бань — здесь едят, пьют чай и отдыхают между заходами в парную Фото Макса Новикова для Forbes Online

В советское время Сандуны тоже были в почете. «Бобров и Федотов из ЦСКА ходили в баню на массаж, взвешивались, а мы, пацаны, подходили к своим кумирам, чтобы хотя бы до них дотронуться», — вспоминает полковник Олег Нечипоренко, сотрудник внешней разведки КГБ. Те, кто однажды попал в Сандуны, уверяет Нечипоренко, ходят в них всю жизнь.

Так вышло с Хамитом Алеевым, который в 1970-е годы пришел работать в Сандуны разнорабочим, потом стал банщиком, потом — гендиректором и владельцем 28% акций ООО «Сандуновские бани». Сейчас Алеев на пенсии, но в бане появляется еженедельно  — под первый пар, когда парная еще сухая.

Всего акционеров пятеро, все они — бывшие сотрудники бани (от общения с Forbes они отказались). Николай Демидов (18%), например, работал в службе снабжения, был заведующим мужским отделением, потом работал коммерческим директором; Роберт Арутюнов (18%) был заведующим в номерных отделениях, стал первым заместителем директора. «Удивительно, как владельцам удалось не переругаться между собой и сохранить Сандуны —  в 1990-е годы баня была ужасном состоянии, прибыли практически не было», — вспоминает еще один собеседник Forbes.

Бывший замдиректора по производству Петр Кулагин (умер в 2011 году) лично парил по субботам в первом мужском разряде. «Однажды я насчитал в парной 102 человека — все пришли специально на Петра Григорьевича. Такого кайфа я никогда не испытывал», — вспоминает генеральный директор «Сандуновских бань» Максим Пашков.

Сердце бани — ее парная, печи натапливают каждую ночь. «Ты можешь все тут намазать золотом, но если не будет сандуновского пара — никто не будет ходить», — уверяет Пашков. Парят клиентов парильщики, которые могут по несколько часов в день проработать в парной, где температура достигает 80 градусов, а влажность —  60%. «Здоровье должно быть, как у космонавта, — замечает Сергей Дугин, старший парильщик с 40-летним стажем.— Дело не в мускулатуре, а в дыхалке, выносливости». Еще парильщик  должен, если надо, поддержать разговор, не спасовав перед известными людьми.

Сандуны не зря называют «царь-банями»: вот уже два века здесь парятся самые известные люди России Сандуны не зря называют «царь-банями»: вот уже два века здесь парятся самые известные люди России Фото Макса Новикова для Forbes Online

Среди посетителей много бизнесменов. Петр Авен 20 вспоминал, что в Сандуны его приглашал Мамут — он знает толк в хорошем паре. Сам Мамут ходит в баню по субботам, в первый разряд. Несмотря на внешнюю простоту, этот разряд — любимое место заядлых парильщиков, особенно парная с  жестким, мужским паром. «Мы с друзьями знаем толк и в вениках, и в правильной поддаче. Сразу видим новичка, но не шутим над ним долго (в бане мы снисходительны) — наоборот, начинаем учить его банному делу и поведению: например, не перебивать и не разбрасывать вещи», — рассказал Forbes Александр Мамут 36.

ЛИЧНЫЙ ОПЫТ АЛЕКСАНДРА МАМУТА36, ЗАВСЕГДАТАЯ САНДУНОВ:  

«У нас с друзьями традиция — ходить в Сандуны по субботам. Это, по нашему мнению, лучший способ очищения сознания и организма. Особенно в субботу. Мы с друзьями знаем толк и в вениках, и в правильной поддаче. Еще мы сразу видим новичка, но не шутим над ним долго (в бане мы снисходительны) — наоборот, начинаем учить его банному делу и поведению — например, не перебивать и не разбрасывать вещи. Мы ведем в первом разряде Сандунов содержательные беседы — всегда есть, что обсудить, родина скучать не дает. Некоторые разгоряченные счастливые (не я ни разу) пьют холодное пиво, становясь особенно задушевными. Иногда, в праздничные дни (8 Марта или в День милиции), они же тихонько поют. Остальные пьют — кто из кружки чай с лимоном и медом, а кто — стакан ледяного морса маленькими глотками. Все чистые, тихие и немного сияющие. А я — молчаливый и поумневший. Если кто-то задремлет ненадолго, его никто и не будит — устает человек за трудовую неделю, вот и спит, укрытый простынкой. Пар мы любим с мятой, дышим им глубоко и медленно. После купели мы немного звеним. Мы все — так, зато один из нас — знаменитый ресторатор. С ним все здороваются, даже с голым. Иногда один из нас идет в парикмахерскую (есть в Сандунах и такое). Понятно — собрался куда-то. Стены Сандунов украшены стихами, в основном на рифму «парит — дарит», еще «пар — дар» и менее очевидную — «веник — здоровье». От простой этой поэзии нам становится легче. Конечно, сейчас нас уже поменьше чем раньше, кто-то перестал ходить, а кого-то не стало. Наверное, когда-то кто-то из нас будет в Сандунах один. Не очень-то хочется мне оказаться на его месте».

В бане заключают сделки и находят новых партнеров: один из столичных бизнесменов, владелец сети салонов красоты, познакомился в Сандунах с владельцем автомоек и автосервисов. «Они как раз расширяли бизнес и предложили знакомому войти с деньгами, — рассказывает Пашков. — Переговоры шли прямо между заходами в парилку. В итоге он продает два салона красоты и вкладывает деньги в бизнес». Партнеры до сих пор вместе работают и ходят париться.

Идет в гору и бизнес Сандунов: выручка за пять лет выросла на 44% — с 370 млн рублей в 2010 году до 658 млн рублей в 2014 году. На чем зарабатывает баня? Основная статья доходов — банные услуги, например в высшем разряде услуги парильщика на 15-минутный сеанс стоят 1600 рублей, 45-минутный мыльный массаж — уже 2400 рублей. Аренда кабины на 2 часа в высшем разряде стоит от 3500 до 10 000 рублей. В бане можно купить тапочки, шапочки, халаты, веники с эмблемой бани. «Бывает, что иностранцы приходят к нам без всего — мы полностью их экипируем», — замечает Елена Соколова, руководитель отдела маркетинга «Сандуновских бань».

В Сандунах всегда любили выпить и закусить — кухня приносит до 15% выручки. Пока корреспондент Forbes разделывался с корюшкой под пиво «Хамовническое» (здесь его подавали еще до революции, недавно при ремонте нашли старую бутылку), соседям несли раков, мясную нарезку, китайские пельмени, лагман — в Сандунах есть русская, узбекская и китайская кухня. «Но мы, конечно, сохраняем наши традиционные блюда — знаменитые сандуновские хачапури, лагман, селедочку под водочку и борщ», — уверяет Пашков.

Сандуны осваивают новые рынки: в прошлом году на первом этаже комплекса открыли лавку, где под брендом «Сандуны» продаются самодельные пельмени (340 рублей), вареники с творогом (280 рублей), креветками (460 рублей), белыми грибами (500 рублей), черникой (300 рублей), водка из Смоленска. В этом году Сандуны запустили интернет-магазин — можно заказать доставку продуктов и товаров на дом.

Неудивительно, что успешный бренд пытались клонировать: «пиратские» бани под вывеской Сандунов открывались в Саратове, Белгороде, Сызрани, Уфе, но Пашков — бывший юрист — через суд добивался запрета на использование бренда. Многочисленные предложения о франшизе в разные годы поступали даже из Японии, Кореи, Германии и США, но владельцы Сандунов до последнего времени их отклоняли. «Не хотели размывать бренд», — объясняет Пашков. Но в этом году акционеры решили строить свою франчайзинговую сеть: для входа пока рассматривают города-миллионники, первый из них — Новосибирск.

Новосибирский девелопер Евгений Анисимов и его партнеры смогли заинтересовать владельцев Сандунов работать по франшизе. В октябре компания «Сандуны Новосибирск» получила на конкурсе здание городской общественной бани 1937 года постройки в аренду на 35 лет. Бизнесмены планируют вложить в реконструкцию не менее 140 млн рублей: усилить перекрытия, поменять планировку, сделать печи. Сандуны будут обучать персонал и контролировать процесс. Взнос для франчайзи — 5 млн рублей плюс ежемесячные платежи. Открытие запланировано на конец 2017 года. Анисимов полон оптимизма: «Банный бизнес сейчас на подъеме, каждый знает, что за бренд такой — Сандуны, а теперь еще сможет попариться за Уралом».

На столе в кабинете у Пашкова огромный лист ватмана — план реконструкции бани в Новосибирске. Учредители, по его словам, лично вносили коррективы и все просчитывали до сантиметра: предлагали, например, убрать ряд сидений, иначе банщик с подносом не разойдется с клиентом. В Москве франчайзи не появятся точно: Сандуны, уверен Пашков, должны быть одни — «это принципиальное решение».

БАННАЯ ЭКСПАНСИЯ

Воздух в парной наполняется ароматами дуба, пихты и донника — пармейстер «Варшавских бань» Ольга Гарипова расставляет на полках замоченные в холодной воде веники: так, говорит, сохраняются полезные фитонциды. Пока она готовит баню, корреспонденты Forbes пьют чай с медом в комнате отдыха просторного номера «Рыбалка», оформленного в стилистике рыбацкого домика — со спиннингами, гипсовыми рыбами и черно-белыми фотографиями. Из окна открывается вид на заснеженные склоны горнолыжного центра «Кант». Любоваться пейзажем можно и на свежем воздухе — на террасе четвертого этажа стоит деревянная бочка-джакузи, куда смельчаки отправляются прямиком после парной.

У Гариповой, участницы престижных российских и международных соревнований по парению, много состоятельных клиентов. Один из них, владелец нескольких заводов, бывает в «Варшавских банях» дважды в неделю — в воскресенье в мужском разряде вместе с отцом и братьями, а по пятницам снимает отдельный номер. После двухчасовых банных процедур он спускается обедать на первый этаж в ресторан «Варшавский». Все сделки, которые он заключает там во время переговоров, удачные, уверяет пармейстер: ведь баня освобождает от токсинов, «пережигает» обиды и стрессы, наполняет теплом. «Люди ему доверяют, и ничто не мешает ему достигать своих целей», — добавляет Гарипова.

Из бочки-джакузи на террасе Варшавских бань открывается отличный вид на заснеженные горнолыжные склоны.Из бочки-джакузи на террасе Варшавских бань открывается отличный вид на заснеженные горнолыжные склоны.Фото Макса Новикова для Forbes Online

Еще один посетитель «Варшавских бань» —  Эрнест Рудяк, совладелец строительной компании «Объединение Ингеоком»,  приезжал в баню на переговоры, когда продвигал свой новый бизнес. Рудяк — совладелец «Торгового дома «Медовед», поставляющего мед столичным супермаркетам, ресторанам и баням. «В России есть культура банного отдыха, с каждым годом она растет, — говорит Рудяк. — Люди парятся там, где им удобно, где нравится пар и уже сложилась компания. Общественные бани я, правда, люблю, но предпочитаю гостей возить к себе на дачу — у меня там все устроено «под меня».

«Варшавские бани» после ремонта стали на уровне, приятно смотреть», — замечает заместитель мэра Москвы Марат Хуснуллин. В 2007 году владельцем «Варшавских бань» стала компания Gremm Group (по данным СПАРК, совладельцами являются Павел Калачев и Александр Мартьянов), управляющая коммерческими площадями в столице — торговыми центрами, Центральным рынком на Рождественском бульваре и Москворецким рынком на юге столицы. Здание бани, построенное в 1938 году, было не в лучшем виде. «Состояние было ужасным, из четырех этажей, функционировало только два», — вспоминает директор по развитию Gremm Group Артем Букин. По его словам, акционеры вначале даже хотели переформатировать здание в офисный или торговый центр.

Баню спас кризис: в 2008 году люди с ресторанов и дорогих фитнес-клубов переориентировались на более традиционные виды отдыха — посещаемость общественных бань начала расти. «В Москве в сегменте общественных бань было две группы — Сандуны и все остальные, — замечает Букин. — Мы пошли своим путем, одними из первых предложили формат бани семейного типа». Кроме двух общих отделений на 200 мест в «Варшавских банях» работает комплекс «Бани мира» — это номера, рассчитанные на семью или компанию, их аренда стоит от 6 000 до 10 000 рублей за час. Однажды в одном из номеров отмечали свадьбу, а по выходным номера арендуют дамы для девичников.  В отличие от скомпрометировавших себя в 1990-е годы частных саун, настоящая русская баня способствует укреплению семьи, уверяет пармейстер Гарипова. «После парения и SPA-процедур женщина возвращается домой добрая, радостная и теплая. Муж это видит и говорит: ходи чаще, я тебе денег буду давать!» — рассказывает пармейстер историю одной из своих клиенток.

Всего Gremm Group вложила в капитальную реконструкцию около $8 млн, бани закрылись на два года. Сводчатые печи, дающие мягкий пар, решили не переделывать — сохранили. Ресторан на 300 посадочных мест переформатировали в маленькое семейное заведение. «Варшавские бани» открылись вновь в 2012 году. Как уверяет Букин, баня заполнилась через две недели — сработал эффект сарафанного радио.

Выгоден ли бизнес? По информации Gremm Group, годовой оборот бани — около 200 млн рублей. В первую очередь баня зарабатывает на билете (от 500 до 1900 рублей в разряды), услугах парения (1300-1800 рублей), массаже (от 1000 до 2300 рублей), спа-процедурах, ресторане и обслуживании гостей. «Бизнес достаточно устойчивый, но не высокомаржинальный», — уверяет Букин. В прошлом году Gremm Group решила расширяться: кроме «Варшавских бань» под ее управлением теперь четыре общественных бани: «Царицынские», «Ржевские», «Коптевские» и «Рублевские». «Царицынские» и «Рублевские» уже перезапущены после ремонта. По концепции и дизайну бани будут похожи на флагманские «Варшавские бани». «Это будут центры семейного досуга, в каждой бане будет женское и мужское отделения, комплексы «Бани мира» и ресторан»,— говорил Букин. Исторические названия бань, скорее всего, менять не будут.

Парение — это состояние, когда душа парит, считает пармейстер Варшавских бань Ольга ГариповаПарение — это состояние, когда душа парит, считает пармейстер Варшавских бань Ольга ГариповаФото Макса Новикова для Forbes Online

Кроме Москвы компания вышла и в регионы — Gremm Group участвует в  программе «100 бань Подмосковья». Местные власти выбрали более 30 участков площадью от 0,4 га для размещения сети общественных бань. Двенадцать из них — в Ивантеевке, Коломне, Балашихе, Железнодорожном, Долгопрудном, Орехово-Зуево, Химках — достанутся Gremm Group. Всего в Подмосковье около 500 общественных бань. Из них 149 находятся в руках у муниципалитетов, 330 — в управлении у частных компаний (152 в аренде).

Сейчас Gremm Group работает над пятью объектами: идет реконструкция бани в городе Рошаль, осваиваются два участка в Ногинске и Железнодорожном, идут переговоры об открытии бань в рамках ГЧП в Балашихе и Королеве. По бизнес-плану проект по строительству сети банных комплексов потребует $100 млн, срок окупаемости — 15 лет, рентабельность —  5-7%.

К 2017 году Gremm Group планирует выйти за пределы Московской области, открыть баню в Липецке. Идея оформилась в бизнес-проект, как это водится, в парной, когда в «Варшавские бани» приезжало руководство Липецкой области. «Они у нас попарились, им понравилось, пригласили к себе», — вспоминает Букин.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ, ФОТО: МАКС НОВИКОВ

ИСТОЧНИК: FORBES

Золотая женщина «Алтына»

Золотая женщина «Алтына»

Дело ювелирного холдинга «Алтын» стало самым громким процессом о золотой контрабанде – на скамью подсудимых вместе с мужем и тремя коллегами отправилась знаменитая предпринимательница Антонина Бабосюк, совладелица «Алтына» и лицо его рекламной кампании.

Москва, следственный изолятор Федеральной службы безопасности «Лефортово». Руководители ювелирного холдинга «Алтын» томятся здесь уже почти полтора года, но скоро сменят прописку. ФСБ закончила следствие, весной 70 томов отправятся в суд. Широкую известность Бабосюк получила в апреле 2 009 года, когда некий Региональный общественный фонд «Наше тысячелетие» наградил бизнес-леди медалью «Человек тысячелетия».  Бабосюк не сходила со страниц популярных изданий и приветствовала москвичей с десятков уличных билбордов. Создавалось впечатление, что дела у хозяйки «Алтына» идут превосходно. Мало кто знал тогда, что параллельно развивается совсем другой сюжет.

Тремя месяцами ранее в Сладковском районе Тюменской области произошел эпизод, достойный сценария приключенческого фильма. По заснеженной дороге мчатся сани. Извозчик, местный житель Сергей Титенков, что есть силы нахлестывает лошадь, пытаясь улизнуть от «уазика» погранотряда. Тщетно. Пограничники догоняют экипаж и обнаруживают в повозке четыре чемодана, доверху набитых золотыми кольцами, браслетами и цепочками. Сначала Титенков заявляет преследователям, что золото не пересекало российско-казахстанскую границу – мол, он всего лишь перевозил 60 кг украшений из омского магазина «Алтын» в Москву, а по дороге заехал к родственникам. Но потом, по сведениям из органов, он все же признался, что перевозил контрабандный груз за вознаграждение в 40 000 рублей. ФСБ занялась «Алтыном».

Флагманский магазин «Алтына» на Кузнецком Мосту уже штурмовал спецназ ФСБ. Все было как в кино: звон разбитых витрин, автоматчики в масках, крики перепуганных продавцов. Одновременно обыски прошли в других магазинах сети в Москве, Санкт-Петербурге и Омске. «Нас брали как бандформирование, которое оказывает сопротивление», – недоумевает Феньков.

 

Имиджевая кампания «человека тысячелетия» ничего не смогла изменить. Осенью триллер получил продолжение. Утром 7 октября в дверь квартиры на столичной Остоженке, где проживала Антонина Бабосюк вместе с мужем, также совладельцем «Алтына» Владимиром Феньковым, позвонили чекисты. А в это время флагманский магазин «Алтына» на Кузнецком Мосту уже штурмовал спецназ ФСБ. Все было как в кино: звон разбитых витрин, автоматчики в масках, крики перепуганных продавцов. Одновременно обыски прошли в других магазинах сети в Москве, Санкт-Петербурге и Омске. «Нас брали как бандформирование, которое оказывает сопротивление», – недоумевает Феньков. Свои ответы на вопросы Forbes он прислал из изолятора в Лефортове.

Членам «банды пятерых» – а ФСБ обвиняет руководителей «Алтына» не только в контрабанде, но и в организации преступного сообщества – грозит теперь до 15 лет лишения свободы.

СПЛОЧЕННАЯ КОМАНДА

Пятеро подозреваемых топ-менеджеров – люди очень разные. Объединяет их умение слаженно работать друг с другом. Каждый сыграл в истории холдинга значительную роль.

Владимир Феньков. Он, собственно, и основал компанию в Киргизии, где жил в начале 1990-х. Вместе со своей сестрой Натальей Хайбулиной и другом Александром Мамонтовым Феньков в 1990 году выкупил квартиру на первом этаже дома в центре Бишкека и открыл в ней ювелирный магазин. Над названием голову не ломали: «алтын» по-киргизски – «золото». Год назад, когда от империи Фенькова – Бабосюк в России остался только один осколок, салон на Старом Арбате, его от греха подальше переименовали в «ЗУМ» – «Золотой универсальный магазин». Управляет салоном Наталья Хайбулина.

Антонина Бабосюк. Самая известная участница команды «Алтына» в компании не с первого дня. Она пришла к Фенькову в продавцы, когда два отца-основателя уже разругались и поделили торговые площади: в одной половине магазинчика Феньков продолжил торговать золотом, в другой Мамонтов продавал пневматические пистолеты, ножи, охотничью амуницию (по словам Бабосюк, сотрудничество зашло в тупик и Феньков расстался с компаньонами, выплатив им солидное выходное пособие). «Антонина раньше с лотков книжками торговала. В очках, рыженькая, совсем не такая, как сейчас », – вспоминают бишкекские знакомые Бабосюк. В 1995 году она окончила геофак Киргизского госуниверситета, защитив диплом на тему разработки золоторудного месторождения Джеруй. В «Алтыне» она быстро сделала карьеру – стала администратором, а заодно устроила личную жизнь. Выйдя замуж за Фенькова, Бабосюк стала его основным партнером по ювелирному бизнесу. Сама она считает такой поворот судьбы неслучайным: среди ее предков были золотодобытчики, а семью ее деда в тридцатых годах раскулачили и выслали в Сибирь.

Валентина Шадрина. Вместе с пятью родственниками учредила в Пермском крае торговую компанию «Анастасия» (данные СПАРК), занималась коммерцией, но затем перешла в «Алтын», возглавив в 2 007 году омский магазин холдинга. Шадрина провела в Лефортовском СИЗО всего три месяца – в январе 2010 года следствие отпустило ее под подписку о невыезде. Почему? Источники в холдинге называют две версии. Согласно одной, Шадрина практически не имела отношения к подозрительным поставкам золотых изделий из-за рубежа. По другой – она ​​активно сотрудничала со следствием, чем и заслужила возможность выйти на свободу до суда. Сама Шадрина для прессы недоступна.

Владимир Суховеев. С Феньковым был знаком еще по Бишкеку – в магазине «Алтын» у Суховеева находился обменный пункт. Переехав в Омск, Суховеев предложил Фенькову открыть там ювелирный магазин. В марте 2 004 года в Омске было зарегистрировано ООО «Ювелирный центр Алтын». Супруга Владимира Суховеева Наталья возглавляла омский магазин до того, как туда пришла Шадрина (после развода с мужем в 2009 году она стала личным помощником Антонины Бабосюк в питерском отделении холдинга). По версии следствия, именно Суховеев играл ключевую роль в поставках зарубежных изделий для «Алтына». В самом холдинге, однако, подозревают, что в последние годы, являясь сотрудником омского «Алтына», Суховеев активно работал на себя и на конкурентов.

Елтуган Джапаров. Начальник службы безопасности холдинга, гражданин Киргизии, бывший сотрудник МВД республики, полковник. О нем известно немного. Рассказывают такой эпизод: когда на питерском заводе компании начался обыск, Джапаров немедленно приказал демонтировать сервер и вывезти его на машине с территории завода. Но было поздно.

До «знакомства» с ФСБ сплоченная команда семейного ювелирного холдинга успела завоевать лидерские позиции на рынках трех стран СНГ: Киргизии, Казахстана и России.

ЗОЛОТО В КИРГИЗИИ

С самого начала дела «Алтына» в столице Киргизии пошли в гору. «В то время золото было в дефиците, и они очень хорошо стали подниматься», – вспоминает о первых успехах компании Фенькова – Бабосюк опытный бишкекский ювелир Абай (имя по его просьбе изменено).

Во времена СССР Киргизия, Казахстан, Таджикистан не имели своей ювелирной промышленности. В республики поступали украшения с ювелирных заводов России. Но в начале 1990-х изменились правила игры: для вывоза украшений из России в страны СНГ надо было получить экспортную лицензию, а оплачивать поставки только в валюте. Легальный импорт свернулся, а спрос на золото в нестабильные 1990 года по е был очень высок.

В середине 1990 года по х «Алтын» представлял собой типичный семейный бизнес. По документам предприниматель Феньков сдавал площади магазина своей жене и давал ей золотые изделия на реализацию. Золото в «Алтын» поставляли давальцы, холдинг Фенькова работал за комиссию. Позже аналогичная схема работы будет использована и в Казахстане, и в России. Самые крупные поставщики «Алтына» были из соседнего Казахстана. Чтобы привлечь покупателей, «Алтын» развернул широкомасштабную рекламную кампанию. В Бишкеке наставили билбордов, по радио и телеканалам крутили ролики: «Магазин« Алтын »- золото, а не магазин». За этот слоган местный рекламщик Олег Хорошевский получил от руководства компании в подарок золотую печатку. «На рекламу они уже тогда денег не жалели», – ностальгически вспоминает Олег.

В 1996 году Феньков открыл ювелирный завод. Под производство он арендовал пустующий цех обувной фабрики «Чолпон». Директором завода назначил ветерана труда Петра Степанова, деда Антонины Бабосюк. «Они были далеки от ювелирного производства, но старались приглашать специалистов, – рассказывает Абай. – Купили итальянскую литейку, привезли закрепщиков из Германии крепить камни ». Завод, где работало несколько сотен сотрудников, выпускал обручальные кольца, цепи, серьги.

По словам киргизского ювелира, именно Феньков на государственном уровне пролоббировал создание в Киргизии Пробирной палаты и даже дал денег на покупку оборудования. Позже Пробирная палата неоднократно проверяла золото «Алтына». «Приходили, смотрели в лупу и уходили довольные», – говорит Абай.

В РОССИЮ ЧЕРЕЗ КАЗАХСТАН

В начале 2000 х Феньков решил переводить дела в Россию. «Бизнес в России был более цивилизованным, чем в других постсоветских республиках. Нам казалось, здесь нам будет работать проще », – рассказывает теперь бизнесмен, сидя в камере Лефортово.

На пути «Алтына» на север лежал Казахстан – в 2004 году в республике появились первые магазины. «В Алматы« Алтын »произвел фурор – таких очередей в канун праздников не знавали и продуктовые магазины!» – Вспоминает местный тележурналист Алексей Буряк. Казахские ювелиры насторожились: «Алтын» обрушил на покупателей агрессивную рекламную кампанию, обещая фантастические скидки 50-70% на золото – товар, который, как считается, с каждым годом только дорожает. «Ювелирные изделия низводились до стирального порошка, маргарина!» – Негодует почетный председатель Казахстанской ассоциации ювелирного бизнеса (КАЮБ) Ильяс Сулейменов.

Сулейменов познакомился с Феньковым в 2 004 году на выставке «Ару» (КазЭкспо). «Мы тогда высказали ему замечания по поводу некорректного поведения« Алтына »на рынке», – вспоминает он. В ответ Феньков заявил, что казахским ювелирам «Алтын» не помеха: они ориентируются не на элиту и средний класс, а на людей, падких на дешевизну, которых не волнует качество. «У меня от этого разговора осталось двоякое впечатление, – рассказывает Сулейменов. – С одной стороны, очень грамотный и креативный маркетолог, психолог и социолог; с другой – человек, не слишком обремененный моралью ».

В России первый магазин «Алтын» появился летом +2003 года на старом Арбате. Маркетинговая политика была такой же агрессивной, как в Казахстане. Московский ювелир Альберт Генералов вспоминает, что «Алтын» первым в своей отрасли выпустил на улицу зазывал, которые совали прохожим буклеты и приглашали зайти за покупками. «В другие магазины покупатели заходят как в музей, посмотреть, а в« Алтыне »всегда стояла очередь», – говорит Генералов.

Бизнес быстро рос: облицованные мрамором и зеркалами салоны открывались в Москве, Санкт-Петербурге и Омске. И везде массированная реклама, зазывалы, подарочные сертификаты и скидки. «Мы были первыми, кто на информационном поле позиционировал ювелирные украшения как товар массового потребления», – объясняет Антонина Бабосюк через своих адвокатов.

Фантастические скидки на самом деле были маркетинговым трюком: стоимость украшения поднималась, к примеру, на 200%, а потом на него объявлялась скидка 60-70%. При этом грамм золота стоил практически столько же, сколько в соседних магазинах. «Алтын» был создан для покупателей, которые хотят купить украшения дешевле золота », – замечает гендиректор торгового дома« Эстет »Андрей Панферов.

Под вывеской «Алтына» работало с десяток мелких компаний. Две из них, к примеру, арендовали торговые площади на Старом Арбате, три – на Большой Садовой. У каждой фирмы были свои счета, директора, своя бухгалтерия, но все они, как утверждают в ФСБ, были аффилированы и строго подчинены руководству «Алтына». Именно эти компании принимали украшения на реализацию у трех десятков комитентов: заводов изготовителей,, частных ювелиров, оптовиков-перекупщиков. По разным оценкам, доля давальческого золота на прилавках «Алтына» составляла около 10%. «Магазины устанавливали наценку порядка 45-50% (в соседних магазинах 60-70%). Продавали хорошо, деньги возвращали вовремя в течение месяца », – подтверждает поставщик ювелирных изделий« Алтына »Владимир Тимошин.

Насколько крупным был бизнес Фенькова и Бабосюк? В то время в России насчитывалось около 20 000 ювелирных магазинов, а у «Алтына» было всего шесть крупных салонов. Для сравнения: «Ювелирная сеть 585» насчитывала 415 магазинов, «Адамас» и «Алмаз-Холдинг» имели примерно по 170 салонов. Тем не менее, по утверждению партнеров холдинга, на «Алтын» приходилось порядка 30% всего продаваемого золота в Питере и Москве. По словам экспертов, в разы меньше. Проверить это утверждение практически невозможно: «Алтын» не раскрывал своих показателей, не входил в Гильдию ювелиров России. «Алтын» раздражал многих – своей рекламой, скидками, своей позицией – что они сами по себе », – признается топ-менеджер крупной ювелирной компании. В противовес Гильдии ювелиров России Феньков и Бабосюк создали в августе 2 009 года свой альтернативный «Союз ювелиров».

У «Алтына» были амбициозные планы – холдинг планировал выйти на одну из самых престижных мировых площадок ювелирной торговли Молл Аравии в Дубае. В сентябре 2009 года было зарегистрировано российско-германское ООО «Часовой завод« Алтын ». Компания должна была выпускать золотые часы, которые бы продавались через сеть «Алтына». Для закупки оборудования активно привлекались кредиты, в том числе у частных лиц. Непогашенная сумма, по неофициальным оценкам, составляет порядка € 90 млн; в самом «Алтыне», впрочем, это не комментируют.

К октябрю 2009 года, то есть к моменту Арестов, у «Алтына» было два ювелирных производства – в Бишкеке и Санкт-Петербурге, Шесть салонов в России, восемь – в казахстане, три – в Киргизии и один в ОАЭ. А затем, как говорит Феньков, «холдинг разгромили».

КТО ПРИКРЫВАЛ «АЛТЫН»

По версии следствия, в 2005-2006 годах Антонина Бабосюк и Владимир Феньков, решив монополизировать ювелирную розницу в России, наводнили прилавки контрабандным золотом. Купленные в Турции, Италии, Китае и ОАЭ ювелирные изделия переправляли в Казахстан и Киргизию, а уже оттуда, минуя таможенный контроль, в Россию. Руководство холдинга обвиняют сейчас в контрабанде (ч. 4 ст. 188 УК РФ) и организации транснационального преступного сообщества (ст. 210 УК РФ), действовавшего на территории нескольких государств.

Подозрения в нарушении законов пали на «Алтын» еще в «киргизский период». В 1996 году налоговая полиция возбудила против Фенькова уголовное дело по статье «Уклонение от налогообложения», а бывший следователь налоговой полиции Богдан Плотников спустя несколько лет заявил в интервью, что уже в середине 1990 года по х на прилавки якобы поступало контрабандное золото из Казахстана, Эмиратов и Турции. Впрочем, доказательств у него не было и обвинение в контрабанде Фенькову не предъявляли.

Что касается налоговых претензий, то они рассыпались в суде – в 1997 году Свердловский райсуд Бишкека предпринимателя оправдал. По словам Фенькова, главным интересом органов следствия была конфискация золота: «Сколько тогда мы недосчитались, теперь уже неважно. Ну, хотели некоторые погреть руки под эгидой государства ».

Не все гладко шло у «Алтына» и в Казахстане. В 2 005 году компания хотела вступить в ассоциацию КАЮБ, но ее заявка была отклонена. Поводом, как вспоминает исполнительный директор КАЮБ Усманжан Исламов, послужил скандальный эпизод: в аэропорту Алма-Аты был задержан контрабандный груз из Дубая стоимостью около 10 млн тенге ($ 86 000) – ювелирные изделия и часы из золота. (Сейчас руководство холдинга заявляет, что «к тому контрабандному золоту« Алтын »не имел никакого отношения, и никаких уголовных дел по контрабанде в Казахстане не было»). А еще раньше «Казахстанская правда» написала про неких теневиков из Киргизии, которые контрабандой ввозят десятки килограммов золотых изделий, подкупают чиновников и силовиков. «Владельцы« Алтына »успешно откупались от всех проверок, а позже, как и в Москве, обзавелись« крышей », – уверен Исламов.

Кто же прикрывал «Алтын»? СМИ выдвигали разные версии: в Казахстане холдинг якобы находился под покровительством экс-мэра Алма-Аты Виктора Храпунова (его жене принадлежали ювелирные салоны) и Тимура Кулибаева – зятя президента Казахтана. В Киргизии многие думали, что Феньков пользовался покровительством семьи президента Акаева, а потом – клана Бакиева, но сам предприниматель заявил, что никаких дел с правящими семьями в Киргизии не имел и давления с их стороны не испытывал и что у его «Алтына» и « КыргызАлтына »Максима Бакиева, сына экс-президента Киргизии, всего лишь похожие названия.

Несомненно, у Фенькова были свои люди на таможне и в правоохранительных органах. Но чтобы «Алтыну» помогали министры и президенты? «Такой железобетонной« крыши »не было, – уверяет информированный человек из окружения предпринимателя. – Вопросы разруливались по ситуации, были нужные связи, подарочками отделывались ».

Разруливать становилось все сложнее. В июне 2009 года Владимир Путин года, недовольный результатами борьбы с контрабандой, поинтересовался у силовиков: «Где посадки?» Ему было отчего занервничать: нелегальный импорт буквально заполонил ювелирный рынок. К примеру, в 2009 году российские ювелиры изготовили 72 т золотых украшений (27 млн ​​штук), при этом в страну было легально ввезено 4 т импортных украшений, а нелегально – почти 40 т (данные Гильдии ювелиров России).

В Россию контрабандное золото идет из Арабских Эмиратов, Турции, Италии, Израиля, а в последнее время еще и из Китая. Это неслучайно: на Востоке дешевая рабочая сила, отлаженное производство и более благоприятные, чем в России, налоговые условия. В мусульманских странах, к примеру, есть только один обязательный налог «закят», составляющий 2-3% от оборота. В итоге золото оказывается очень дешевым. Чтобы оно осталось таким же и в России, его нужно «грамотно» ввезти.

На чем зарабатывают контрабандисты? При ввозе в Россию ювелиры платят ввозную пошлину 20%, НДС 18% – итого 38%, объясняет Ирина Алексеева из «Русской ювелирной сети». После этого грамм золота 333 пробы, й, который в Турции стоит $ 17, дорожает примерно еще на $ 6,5. Контрабандный товар вдвое дешевле. В итоге даже крупные компании используют нелегальный импорт – готовые изделия или их части, например замочки на цепочки. Если работать полностью легально, уверяют специалисты крупных ювелирных компаний, прогоришь.

Контрабандный трафик «Алтына», по версии следователей ФСБ, выглядел так. В Стамбуле сотрудники компании скупали золотые украшения. Их переправляли в Киргизию, на завод в Бишкек, или в Казахстан. Поскольку Киргизия – член ВТО, даже за легально ввезенное турецкое золото надо заплатить всего 5% от стоимости партии. Тот, кто возит золото «вчерную», тратится только на взятки. Из Киргизии и Казахстана изделия перевозились в Россию. В деле «Алтына» фигурирует два эпизода контрабанды: в январе 2009 года в Тюменской области задержали сани незадачливого перевозчика Титенкова, а в апреле того же года в Омской области у другого курьера в машине нашли 20 кг золота.

«История с санями больше похожа на анекдот. Зачем «Алтыну» такие топорные схемы? »- Недоумевают партнеры« Алтына ». Действительно, есть более изящные варианты. Очень часто нелегальный импорт выдают за свой товар, легализуя через собственную мастерскую, объясняет независимый эксперт Владимир Тесленко. Заводы холдинга в Бишкеке и Санкт-Петербурге, считают в ФСБ, как раз и были «прикрытием» – перевалочной базой для легализации контрабанды. На украшения ставили клейма и бирки российских производителей и потом их продавали через магазины «Алтына». «Наших клиентов не обвиняют в подделке клейм, но в материалах дела это сквозит», – говорит представитель защиты ювелиров.

Один из главных вопросов, на которые предстоит ответить следствию: какова была доля контрабанды на прилавках «Алтына»? Для этого надо знать объемы «Алтына», но эти цифры всегда были закрытыми. По словам Владимира Фенькова, на заводе в Санкт-Петербурге только за последние два года было изготовлено более 2 т изделий. Следствие утверждает, что мощности завода не позволяли производить такое количество ювелирных украшений. «Эти 300 ювелиров на заводе могут сделать тонну золота легально, а еще пять завезти нелегально», – полагает Алексеева.

Однако ни Феньков, ни Бабосюк своей вины не признают и настаивают, чтобы их дело рассматривал суд присяжных.

ОСОБЫЙ СИГНАЛ ЮВЕЛИРАМ

Почему «Алтын», если он занимался контрабандой, просуществовал так долго? В России компанию проверяли и раньше: ОБЭП, таможня, Пробирная палата. И ничего не обнаружили. «Менеджеры инструктировали продавцов: работайте спокойно, мы под Лужковым», – рассказывает один из партнеров «Алтына». Показательная история произошла с ювелиром Альбертом Генераловым. В 2006 году его вызвали на беседу в таможню. «Люди в костюмах от Brioni подробно расспрашивали про« Алтын »и происхождение товара», – рассказывает Генералов.

Сразу после ареста руководство холдинга заявило, что атака на «Алтын» – это рейдерский захват, организованный конкурентами. Сейчас Феньков и Бабосюк считают, что это была показательная акция: «И для этого выбрана была идеальная мишень – самая разрекламированная на информационном поле компания. Еще и с периферии, не жалко».

Половина ювелиров занималась отмыванием нелегального импорта через легальные заводы, неофициально подтверждает отраслевой эксперт. Возникает вопрос: почему внимание правоохранительных органов привлек именно «Алтын»? «Деятельность« Алтына »при всех нарушениях (которые, может быть, найдет следствие) в принципе ничем не отличалась от работы других ювелирных компаний. Значит, дело не в нарушениях. Ювелирам дали особый знак. Профессионалы его, без сомнения, поняли », – несколько туманно объясняет арестант Феньков. Но догадаться, что он имеет в виду, в принципе можно.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ИСТОЧНИК: FORBES

WikiLeaks на продажу

WikiLeaks на продажу

Создатели биржи информации Joker.buzz и «Анонимный интернационал» поставили торговлю компроматом на поток. Как устроен их бизнес?

В мае 2 015 бывшая сотрудница года Минобороны России Ксения Большакова получила с неизвестного Адреса письмо от Международной Биржи Информации  Joker.buzz. Ей сообщали, что вся ее деловая и личная переписка за последние четыре года, а также фотографии, видео, SMS и сообщения в мессенджерах будут проданы с аукциона. Большакова ответила, что ничего покупать не собирается и даже готова отправить свои приватные снимки «для оживления архива». Хакеры шутку не оценили.

В июле вся ее информация была выставлена ​​на аукцион за 350 биткоинов – это почти $ 100 000, а в августе похитители предложили сотрудникам Департамента военной контрразведки ФСБ выкупить лот с 50-процентной скидкой – в переписке якобы были обнаружены незашифрованные служебные документы, например, о размещении атомных подводных лодок и комплексов «Искандер». «Вымогательство чистой воды», – отрезает Большакова в интервью Forbes.

Ее переписка не была целью хакеров – они сами признают, что их интересовал начальник Ксении Роман Филимонов, экс-руководитель Департамента строительства Минобороны и бывший вице-губернатор Московской области.

За информацией высокопоставленных лиц развернулась настоящая охота.

Сейчас на бирже продается информация якобы с устройств премьер-министра Дмитрия Медведева, его пресс-секретаря Натальи Тимаковой, ее мужа – бывшего сотрудника ВТБ Александра Будберга, брата заместителя председателя правительства Аркадия Дворковича и еще нескольких бизнесменов и госчиновников и близких к ним людей.

Поисками похитителей информации в разное время занимались ФСО, Центр информационной безопасности ФСБ, Восьмое управление Минобороны, которое отвечает за шифрование связи, но хакеры по-прежнему недосягаемы. В сентябре они запускают англоязычную версию сайта и обещают выложить новые информационные массивы. Торговля конфиденциальной информацией всегда была прибыльным бизнесом, но теперь технические средства помогают похищать информацию даже у первых лиц государства, а прибыль, получаемая через аукцион, больше, чем у традиционных ресурсов с компроматом.

Forbes узнал, как работает этот нелегальный бизнес.

СОВМЕСТНЫЙ ПРОЕКТ

За столом сидят трое: Анатолий Собчак в полосатой майке, Владимир Путин в бирюзовом спортивном костюме с красными полосками, его жена Людмила. Супруга Путина оживленно спорит с Собчаком. Перед ними накрытый стол: фужеры, пиво, закуски. Эта любительская видеозапись, сделанная в 1992 году на даче Собчака, была выставлена ​​на продажу на онлайн-аукционе Libertas.bz. Торги стартовали с 30 биткоинов, а продан лот был за 330 биткоинов. Покупатель неизвестен.

Запущенный осенью 2014 года портал Libertas.bz, по словам его владельцев, задумывался как аналог российского Wikileaks, где информаторы могли бы не только анонимно разместить информацию, но и заработать на ней. Тогда же создатели онлайн-аукциона Libertas.bz вышли на членов «Анонимного интернационала» и предложили работать вместе. «До этого мы некоторые свои массивы продавали самостоятельно и даже сами задумывались о создании подобной площадки», – сообщает Forbes представитель «Анонимного интернационала», представившийся как Льюис (интервью для Forbes он дает через крипточат).

Впервые «Анонимный интернационал» (также известен как «Шалтай Болтай-») заявил о себе в декабре 2013 года, выложив в сеть текст новогоднего обращения Владимира Путина, а самой резонансной их акцией считается взлом Twitter-аккаунта премьер-министра Дмитрия Медведева. Через специальный блог «Шалтая Болтая-» также публиковалась переписка Аркадия Дворковича, депутата Госдумы Роберта Шлегеля, бывшего заместителя начальника управления внутренней политики Администрации президента Тимура Прокопенко и других чиновников. «Есть мнение, что эти ресурсы [биржа,« Анонимный интернационал »] используются для слива компрометирующей информации в рамках аппаратной борьбы», – говорит источник, близкий к правоохранительным органам.

После того как перепиской одного из «взломанных» бизнесменов заинтересовался Следственный комитет, тот поспешил побыстрее выкупить информацию с биржи.

«Это никакая не политика и не борьба за свободу интернета, это бизнес. Ребята давно и прочно работают с информацией за хорошие деньги », – уверяет собеседник Forbes, знакомый с деятельностью« Анонимного интернационала ». «Информацию выгодно похищать только у известных персон, – замечает Алексей Тюрин, директор департамента защищенности компании Digital Security. – На такие данные всегда найдутся покупатели, будь то конкуренты, представители медиа, либо сам владелец конфиденциальных сведений. Вообще, это похоже на хороший коммерческий проект ».

«Мы не торгуем компроматом в стиле пиар-агентств, мы даем сырую информацию», – уверяет Льюис. По словам источника Forbes, часть команды «Анонимного интернационала» действительно зарабатывала на добыче информации по заказу частных и официальных лиц. С появлением биржи у них открылись новые возможности. После того как создатели биржи договорились о совместной работе с «Анонимным интернационалом», сайт Libertas.bz был закрыт, и 7 апреля 2015 года биржа была перезапущена под именем Joker.buzz.

Льюис рассказывает, что в группу «Анонимного интернационала» входит 10-12 человек. В команде биржи два человека – «основатель», который решает организационные вопросы и ведет переговоры, и «техник», отвечающий за техническую сторону сайта. Цели для атаки определяются на общем собрании в крипточате. Льюис говорит, что новые лоты появляются каждый день, но проблема в том, что «Анонимному интернационалу» не хватает рабочих рук – два аналитика, которые разбирают гигабайты переписки, «тонут в информации». В качестве средства платежа были выбраны запрещенные в России биткоины, они обеспечивают анонимность. «По карте, даже если она и на вымышленное имя, можно отследить участников транзакции», – поясняет Льюис.

УЦЕНКА ИНФОРМАЦИИ

Первые месяцы работы биржи были не особо удачными. В аукционе по продаже информационного массива, якобы принадлежащего Михаилу Дворковичу, брату Аркадия Дворковича, принял участие лишь один человек. Тогда продавцы решили провести краудфандинг – собрать с посетителей сайта деньги, чтобы выложить информацию в общий доступ, но акция не увенчалась успехом.

В итоге «Дворкович» ушел по бросовой цене 11 биткоинов единственному претенденту.

Из размещенного на бирже массива, скопированного якобы у супруга помощницы вице-премьера Натальи Тимаковой Александра Будберга, произошла утечка. Представители «Анонимного интернационала» объясняют это тем, что кто-то из постоянных подписчиков решил попробовать получить доступ к массиву Будберга самостоятельно – один из его аккаунтов был взломан повторно. Члены «Анонимного интернационала» не любят конкурентов и заявляют, что они заткнули дыру сами.

Итоги аукциона по личной переписке Медведева были аннулированы. Сейчас этот массив висит «на лотке» – так называют бессрочные аукционы. «Он у нас исполняет роль витрины, но, возможно, мы и снизим цену раза в три. На подходе новые лоты для витрины », – заявляет Льюис. О ком именно идет речь, говорить отказывается. В сентябре «Анонимный интернационал» обещает выпустить демоверсию массива Тимура Прокопенко с его почты и мобильных устройств.

Ситуация изменилась, когда к реализации лотов подключились посредники – клиенты, которые уже покупали раньше массивы информации и теперь самостоятельно выходят на тех, кому потенциально могут быть интересны выставленные на бирже лоты. Например, одно из столичных детективных агентств вело переговоры о выкупе лотов с членом совета директоров ЗАО «Газпромнефть-Аэро» Леваном Кадагидзе и Ильей Гудковым, генеральным директором ФКУ «Ространсмодернизация». В «Газпром нефти» уверяют, что в компании не зафиксировано утечек коммерческих или иных конфиденциальных данных, а единичные случаи, когда информация попадала в интернет, касались личной переписки сотрудников. В «Ространсмодернизации» на вопросы Forbes не ответили.

По словам Льюиса, за пару месяцев «Анонимный интернационал» наторговал на бирже на 1000 биткоинов (около $275 000). Очень быстро ушли массивы, якобы принадлежащие Левану Кадагидзе, Илье Гудкову, Ивану Саввиди (депутат Госдумы, владелец компании «Донской табак»). После того как переписка якобы пресс-секретаря Медведева Натальи Тимаковой была уценена, ее выкупили за 150 биткоинов. Не исключено, что этот массив покупал иностранец. «Писал на английском. По IP-адресу, стилю общения, оговоркам можно сделать такой вывод», — рассказывает Льюис. Тимакова от комментариев по этой теме отказалась. «Лоты стали продаваться даже быстрее, чем мы ожидали, — замечает Льюис. — Мы стали пользоваться биржей как основным каналом продажи».

Механизм покупки следующий. Между сторонами не происходит личных встреч или телефонных переговоров — все контакты ведутся через защищенный мессенджер Threema. Покупателя просят завести счет в биткоинах и положить туда сумму, равную стоимости лота. После тестового микроплатежа на указанный «Анонимным интернационалом» счет покупатель переводит остальную сумму — частями или полностью. Биржа за свои услуги получает 20%. Все, что зарабатывает «Анонимный интернационал», по словам Льюиса, тратится на новые сервисы, связанные с его деятельностью. «Мы не знаем точно, кто именно покупает массив — сам фигурант, его конкуренты или его близкие, которые делают ему подарок», — говорит Льюис. При этом он говорит, что есть клиенты, которые оставляют заявки, и информация не выставляется на биржу, а сразу передается им. «Интересует все, что человек скрывает, — переписка, фото, сообщения с устройств. Но у нас высокие расценки, и не за все беремся. Нам заказывали Навального, вернее, выкидывали такое предложение, но мы вежливо отказались», — рассказывали Льюис.

Сейчас главный лот на бирже — массив информации о гибели малайзийского Boeing (рейса MH-17) за рекордную сумму 35 000 биткоинов (около $10 млн). Его продавцом, по информации Forbes, является Федеральный информационный центр «Аналитика и безопасность». Один из создателей центра, экс-глава службы безопасности Бориса Березовского Сергей Соколов рассказал Forbes, что в результате расследования им удалось получить записи переговоров радиообмена офицера боевого управления с летчиком военного самолета, находившегося в момент катастрофы рядом с Boeing-777, видеозапись из кабины ЗРК-БУК, сделанная мобильным телефоном, данные радиоэлектронного перехвата телефонных переговоров сотрудников иностранных спецслужб, заключения взрывотехнической экспертизы.

Соколов подчеркивает, что в лот входят не распечатки, а именно носители информации — мобильные телефон, флешка, магнитный носитель в виде катушки с проволокой, который ФИЦ выкупал у фигурантов дела. «Итогом нашего расследования стала версия о теракте на борту Boeing, который организовали иностранные спецслужбы», — утверждает Соколов. Льюис говорит, что отношение к расследованию у него настороженное, но лот представляет большую общественную значимость: обычно сайт посещают 100-200 уникальных посетителей в день (изредка доходило до 2000), но, когда выставили информацию по самолету, посещаемость подскочила до 10 000 человек.

СЛАБОЕ ЗВЕНО

Взломать Twitter-акаунт Дмитрия Медведева хакерам не представляло особого труда — якобы логин и пароль был записан у него в заметках на iPad. «Зачастую даже VIP-персоны уверены, что защищать нужно только рабочие аккаунты, а их личные ресурсы никто не станет ломать. При этом давно известно, что через доступ к индивидуальному аккаунту преступники могут захватить контроль над корпоративными и даже государственными ресурсами», — объясняет Тюрин из Digital Security.

«Человек всегда самое слабое звено системы защиты, — замечает директор Учебного центра «Информзащита» Михаил Савельев. — В крупных корпорациях порой сложнее всего защитить именно руководителя. Его сложно заставить соблюдать правила, рекомендации он порой просто не слышит, ввиду того что голова его занята глобальными проблемами, а перечить или указывать ему на ошибки подчиненные боятся».

Тем более что арсенал у хакеров разнообразен, особенно когда есть денежный ресурс: перехват сигналов при помощи подставных Wi-Fi роутеров и фальшивых точек мобильной связи, кратковременный физический доступ к устройствам (от карманника до подкупленного официанта), доступ к резервным копиям, взлом через уязвимости в программном обеспечении, социальная инженерия. «Учитывая хаотичный характер взломов, очень похоже на то, что они ломают все, что ломается», — замечает Тюрин.

Например, жертве на почту отправляется письмо со ссылкой — так происходит заражение трояном для дальнейшего получения доступа к информации. Чтобы у человека не возникло сомнений, письма приходят от реальных партнеров (для этого сначала взламываются их компьютеры) или потенциальных клиентов. Существует несколько программ, с помощью которых можно было получить пароли от iCloud и почты, просканировать локальную сеть или установить удаленный контроль.

Расследованием взлома Медведева и Тимаковой занималось ФСО, взлома сотрудников Минобороны — Восьмое управление Генштаба и ФСБ. После того как летом 2014 года была взломана почта начальника Департамента имущественных отношений Минобороны Дмитрия Куракина, а весной 2015-го — помощницы экс-руководителя Департамента строительства Минобороны Романа Филимонова, и без того суровые меры безопасности в военном ведомстве были усилены. «У нас и раньше было строго: работает своя локальная сеть, доступ в соцсети закрыт, вся почта просматривается офицером, телефоны глушатся», — рассказывает сотрудник ведомства. По его словам, взлом данных высокопоставленных сотрудников нанес репутационный ущерб, но никакой утечки гостайны не произошло.

Сами хакеры уверяют, что не стали бы торговать гостайной.

Но и без этого их деятельность подпадает под целый ряд статей, замечает Михаил Савельев: если информация была украдена с помощью технических средств – это статья 272 УК РФ, если есть факт незаконного ознакомления с почтой (электронной, бумажной) – 138 УК РФ, если там присутствует информация о личной жизни – 137 УК РФ, а если это еще и похищенная и незаконно введенная в оборот коммерческая тайна, то это статья 183 УК РФ. Если в продаваемых сведениях нет заявленной информации, то есть это фейк или недостоверные данные, то продавец подпадает под статью 159 УК РФ (мошенничество).

«Единственным «окончательным» решением этого вопроса с точки зрения официальных властей может быть поимка создателей ресурса с последующим блокированием сайта», — замечает Тюрин. Но вычислить создателей, обладающих высокой квалификацией в сфере ИТ, невероятно сложно.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ИСТОЧНИК: FORBES

Ловец сетью

Ловец сетью

Подполковник спецслужб в отставке Андрей Масалович создал программу Avalanche для борьбы с сетевыми угрозами. За что власти и корпорации ценят разработку?

Русские, вперед!» – Десяток парней в масках высаживают двери торгового центра «Бирюза» в Бирюлево. Из разбитых окон валит дым, в полицейских летят бутылки и камни. Предотвратить погром, которым закончился 13 октября 2013 года народный сход, силовики не смогли, хотя информация о нем была. «За три часа до начала беспорядков у меня в ноутбуке зажглась красная лампочка – сигнал тревоги, – вспоминает 53-летний Андрей Масалович, президент консорциума« Инфорус »и разработчик поисково-аналитической системы Avalanche. – Мы заметили, что в группе «Суровое Бирюлево» в соцсети и на ресурсе «Я-Русский» началась прямая координация протестов ».

После событий в Бирюлево cистему раннего предупреждения на базе Avalanche – «Лавина Пульс» – использовали в МВД, в управлении оперативно-разыскной информации (УВОИ). От государства не отстает и бизнес – банки и корпорации все более активно берут на вооружение технологии выявления угроз и слежения за конкурентами. Как это работает?

РОБОТЫ И СКАНЕРЫ

В июне 2011 года года хакеры из итальянского крыла группы Anonymous взломали сервер CNAIPIC, местной киберполиции, и выкачали почти 8 Гб служебной информации. Утечку засек Avalanche. «Хвастаться хакеры начали раньше, чем докачали, – вспоминает Масалович. – Я успел найти их архив и cкачать оттуда 200 Мб данных ». В улове обнаружилось много внутренней информации российских компаний, в том числе по строительству АЭС в Бушере в Иране – например, табель учета рабочего времени сотрудников, выполнявших монтажные работы, и протокол технического совещания компании, входившей в ГК «Росатом»: киберполиция собирала документы, связанные с повреждением насосного агрегата расхолаживания первого контура АЭС. Узнав об утечке, Масалович сразу поставил в известность службу безопасности «Росатома». Когда узнавший об утечке репортер дозвонился до компании, ему четко рассказали про плановый ремонт, отсутствие грифа секретности на документах и ​​о том, что ситуация под контролем. Представитель «Росатома» комментировать эту историю для статьи не стал.

Система Лавина похожа на конструктор: по желанию заказчика она собирается из различных кубиков и устанавливается на сервере или в облаке.

Первый кубик – управляемые роботы, которые прочесывают открытые источники, или «белый» интернет: СМИ, соцсети, форумы, блоги. Второй Компонент Avalanche – сканер безопасности Webbez, разработанный компанией «Веб Безопасность». Сканер оперативно проверяет сайты клиента на распространенные уязвимости, засекает вирусы на страницах, выявляет типовые ошибки администрирования. С сентября 2011 года Масалович консультировал разработчиков «Веб безопасности», а осенью 2012 года предложил интегрировать сканер Webbez в лавину. Кроме аудита и защиты сайтов сканер может собирать и накапливать материалы из так называемого серого интернета. «Эта особенность востребована по линии конкурентной разведки», – замечает совладелец «Веб Безопасности» Александр Толстой. По его словам, за время работы было составлено более 10 000 отчетов о текущем уровне безопасности сайтов как госсектора, так и частных компаний.

Третий компонент – семейство следящих роботов, которые наблюдают за «пристрелянными» ресурсами. Например, владельцам одного металлургического комбината на Среднем Урале портила кровь местная оппозиция, периодически устраивавшая забастовки, голодовки или перекрытие дороги. Руководство комбината хотело знать об этих акциях заранее. Первым делом Масалович «пристрелял» источники, за которыми следит лавина, – сайты, где публикуется компромат, соцсети и форумы, где высказываются нелояльные сотрудники, журналисты. В истории с комбинатом было два источника: на одном из сайтов выкладывали компромат на руководство комбината, а на ветке форума оппозиционеры обсуждали планы. Настроив лавина, команда Масаловича заранее готовила справку-прогноз для руководства комбината.

Четвертый компонент – эксплоиты, то есть программы, которые проникают через уязвимости и выкачивают информацию. «Это боевая часть Avalanche, она предназначена не для всех клиентов», – говорит уже Масалович.

Клиенту все эти технические детали не нужны – интерфейс системы прост, вся собранная информация представлена ​​наглядно на восьми экранах. Открывая ноутбук, Масалович показывает панель лавина.

Слева в списке проектов несколько тем, за которыми он следил недавно: «приморские партизаны» (анализировались сепаратистские настроения на Дальнем Востоке), Украина, фанатские группировки.

В зависимости от важности новости отмечаются зеленым, желтым или красным цветом.

Интерфейс настраивают под каждого заказчика. Например, ситуационный экран Москвы выглядит так: «Радикальные и оппозиционные политические лидеры» (посты Навального), «Митинги и политические акции», «Радикальный ислам», «Выходцы с Северного Кавказа», «Международные террористические группировки», «Политические партии», «Националистические акции и объединения», «Тема дня» (грубые шутки о Путине оппозиционера Гальперина). Для наглядности информацию для руководителей снабжают фотографиями, а одному из заказчиков визуализировали информационные атаки в виде летящих к цели ракет.

Скриншот ситуационного экрана Avalanche по МосквеСкриншот ситуационного экрана Лавина по москве Avalanche

Система использует технологию «умных папок» – информация, которую разыскивают в интернете роботы, автоматически распределяется по темам, что облегчает работу по составлению отчетов, прогнозов или досье. Правда, без вмешательства человека не обходится: за работой системы в удаленном режиме наблюдает дежурная смена – оператор, аналитик и админ. В штате группы «Инфорус», которая занимается системой лавина, 35 человек. При необходимости привлекаются «наемники» – специалисты по нейтрализации ботов и троллей.

ЛЕШИЙ ИЗ ФАПСИ

В августе 1998 года года Андрей Масалович Вышел из казино Монте-Карло в приподнятом настроении – выиграл 300 франков. Тут его и настигли новости о дефолте. В России у него был вполне успешный бизнес, связанный с продажей компьютерных программ для краткосрочного прогнозирования на фондовом рынке, офис в Столешниковом переулке и собственный ресторан «Тренд-клуб». После дефолта – $ 40 000 долгов и замолчавший телефон.

В прошлой жизни он был инженером закрытого НИИ «Квант», создавшим советский суперкомпьютер МВС-100, и экс-подполковником ФАПСИ (до 1991 года – 16-го управления КГБ), воспринимавшим мир как «арену жесткого информационного противоборства». В кризис Масалович решил вернуться к интернет-разведке и своим разработкам в области технологий анализа и прогнозирования.

Идея Создания Лавина родилась после знакомства с профессором Гарвардского университета Грэмом Эллисоном, экс-заместителем министра обороны США, на конференции в Бостоне. Эллисон посетовал, что, когда его аналитикам нужна информация, на них с экрана выплескивается «лавина данных». Масалович пообещал помочь и через полгода передал профессору жесткий диск с поисково-аналитической системой Лавина («Лавина»). За разработку, по его словам, заплатили приличную сумму – хватило на пятикомнатную квартиру в Москве с видом на парк.

Разработкой заинтересовались и его бывшие коллеги: Масалович отодвинул на три года все коммерческие заказы и стал работать на государство. Как эта система использовалась? Вот лишь один пример. По словам Масаловича, два года назад к его группе обратились заказчики одной из структур «Ростехнологий». Они узнали, что Рок-Айленд, американская военная база в Иллинойсе, планирует провести тендер на поставку различных типов нестандартных боеприпасов для Афганистана, к участию в конкурсе могут быть допущены иностранные компании. Масаловича попросили выяснить подробности. «За неделю до объявления тендера следящие роботы приносят мне полный комплекс тендерной документации в черновиках – план закупок, условия поставок, цены», – гордится Масалович. По словам источника в «Росвооружении», американцы не допускали россиян к участию в тендерах. «Информацию о конкурсе, может быть, собирали для того, чтобы выбить командировку в США, выиграть что-то было нереально», – предположил собеседник Forbes.

Внимание Масаловича к тайнам Пентагона и ЦРУ не осталось незамеченным. После того как он «ковырнул» их ресурсы, Масаловича, по его словам, включили в базу ЦРУ как руководителя группы хакеров под кличкой Леший.

Раньше Создатель Лавина часто бывал в США – на учебе, в командировках, на форумах. Сейчас в США уже не ездит и даже техникой Apple, не пользуется – не хочет рисковать.

Одним из первых его гражданских заказчиков был аппарат правительства. «О необходимости мониторинга заговорили после« Норд-Оста », – вспоминает Масалович. По его словам, Avalanche Должна была стать одним из блоков комплексной информационно-аналитической системы, но премьера Михаила Касьянова сменил Михаил Фрадков, началась ротация чиновников, подготовка проекта была сначала отложена, а потом и вовсе свернута.

«Интернет тогда не воспринимался как источник дестабилизации, а без этого задачи Лавина сводятся к рутинному сбору новостей», – замечает Масалович.

Система тестировалась в режиме «пилота», поэтому возглавлявший в 2003-2004 годах аппарат правительства Константин Мерзликин лавина не припомнил. «Использовалась только своя закрытая система документооборота и информационная лента« Интерфакса », других систем не было», – уверяет Мерзликин.

ИНТЕРНЕТ ВЫКЛЮЧИЛСЯ

Mercedes Резко затормозил – прямо из-под колес иномарки выскочил двухлетний мальчик и с плачем бросился к матери. «Оставь их, поехали!» – Окрикнули из салона перепуганного водителя, который хотел было предложить свою помощь. В служебной машине, которая скрылась с места ДТП в подмосковном Новогорске, находился вице-президент Газпромбанка Александр Шмидт.

После того как эта история в апреле 2 012 года взорвала интернет, Шмидт подал в суд на блогера, родителей мальчика и газету «Коммерсантъ». «Юристы и пиарщики компании настроили против себя весь интернет – вместо Шмидта все стали чихвостить сам банк», – вспоминает Масалович, которого привлекли для решения деликатной проблемы. В результате на время суда в связи с ДТП большое количество негативных напоминаний о Газпромбанке ушло в фон. «Интернет просто выключился. Avalanche показывает угрозы, откуда приходит негатив. Следующий шаг – информационное противоборство », – говорит Масалович. В августе 2 013 года Шмидт ушел из банка. Газпромбанк на вопросы не ответил.

Система лавина не единственное решение для мониторинга интернета (см. Таблицу). По словам Дмитрия Сидорина, гендиректора компании Kribrum, эти системы открыто предлагают свои услуги для бизнеса: защита онлайн-репутации компании, поиск позитивных и негативных упоминаний о продукте, компании или ее руководителе, обнаружение авторов, наблюдение за сообщениями сотрудников компании в социальных сетях. Он оценивает рынок мониторинга в 1000-2000 заказчиков, темпы роста – 40-50% в год.

Одно из главных отличий Лавина от конкурентов – система не просто мониторит соцсети, RSS-потоки, но и перехватывает интересующую заказчика информацию, прежде чем та из блогов, закрытых форумов, FTP-серверов попадает в Twitter, Facebook или электронные СМИ, и заранее предупреждает об угрозах.

«Задача номер один разведчика – принести информацию раньше всех», – замечает Масалович.

«Они умеют очень хорошо искать информацию, включая скрытые возможности, и, вероятно, анализировать ее достоверность – не всему тому, что можно найти в скрытом интернете, можно верить», – говорит об Лавина Михаил Савельев, директор учебного центра «Информзащита». С его точки зрения, очень важно, что целенаправленный сбор информации по многим темам велся долгие годы. «И никакие попытки зачистить ее, скрыть не пройдут – у лавина эта информация останется в анналах», – замечает Савельев.

Продвижением Лавина в коммерческом секторе занимается системный интегратор «ДиалогНаука» с годовой выручкой 580 млн рублей. По словам гендиректора Виктора её Сердюка, заказчики системы есть «в сфере электроэнергетики, страхового бизнеса, банковского и телекоммуникационного сектора». По словам Масаловича, клиентов около восьмидесяти. Названий компаний и условий сотрудничества оба предпочитают не афишировать. Выручка от реализации системы, по словам Масаловича, составляет 50-80 млн рублей в год.

На 2015 год уже есть пять крупных заказов. На сайте госзакупок Forbes удалось найти лишь тендер на поставку роботизированной системы поиска Лавина 2.7 для «Агентства по ипотечному и жилищному кредитованию» за 1,6 млн рублей.

В КУЛАКЕ

Две трети выручки от установок Лавина по-прежнему приходится на правительственные или силовые структуры. «Собственно, лавина – пример нишевого штучного решения именно для них», – замечает Сидорин из Kribrum. В разное время самыми крупными заказчиками Масаловича были Минобороны, ФСБ, МВД и «Росатом». Лавина использовали и во время Олимпиады в Сочи, когда для руководства МВД готовили справки об угрозах из интернета – компромате, провокациях. Сейчас количество заказов от госструктур растет у всех разработчиков.

«Государство в последние годы не жалеет денег на кибербезопасность. Пальцы собираются в кулак », – замечает Масалович.

Например, по Информации Forbes, одной из российских компаний недавно предложили через анализ активности в соцсетях подсчитать количество участников ноябрьских митингов против реформы медицины.

Пока Масалович только мечтает о том, чтобы работать с государством на полную мощность, как американская система интеллектуального Анализа Данных больших Palantir, которой пользуются в АНБ, ЦРУ, ФБР и глобальных корпорациях. Сидя в столичном офисе, он вытаскивает из архива сообщение о теракте в Волгограде в октябре 2013 года – террористка-смертница Наида Асиялова взорвала пассажирский автобус, шесть человек погибли. Кликнув на фамилию смертницы, Масалович получает дерево связей – судя по открытым источникам, Асиялова была связана с махачкалинской диверсионно-террористической группой. Весь процесс у него занял пару секунд. Если бы лавина был подключен к базам спецслужб, еще несколько секунд потребовалось бы на получение полного досье или аналитической справки. «Но такого взаимодействия нет, никто не хочет делиться своими базами», – замечает Масалович.

Скриншот «дерева связей», которое строит Лавина по открытым источникамСкриншот «дерева связей», которое строит Лавина по открытым источникам Avalanche

Американская Palantir объединяет сообщения в соцсетях и СМИ, базы Интерпола, досье спецслужб, штрафы дорожной полиции, данные о перелетах, транзакции по банковским картам и т. д., представляя все это в виде удобной и красивой картинки. Несколько лет назад венчурный фонд ЦРУ In-Q-Tel инвестировал в Palantir $ 2 млн, выручка в 2014 году – $ 450 млн, а стоимость компании Palantir Technologies оценивается в $ 5 млрд. Считается, что именно Palantir вывел спецслужбы на след Усамы бен Ладена.

В России, в отличие от США, пока нет единого ситуационного центра, куда бы стекалась информация из различных баз данных. «У каждого ведомства есть свои локальные базы – у Минобороны своя, у МВД несколько разных баз», – говорит Илья Сачков, руководитель группы карте компании IB, специализирующейся на предотвращении и раскрытии киберпреступлений. Причина в традиционном для госведомств желании иметь собственную базу и выборочно делиться информацией из-за особенностей закона и боязни утечек. «Росфинмониторинг» не так давно рискнул и приобрел информационно-аналитическую базу i2 IBM (в США ею пользуются ФБР и ЦРУ), но желающих использовать зарубежные технологии немного. Как и во времена СССР, ставка на отечественные разработки.

«Я думаю, что Palantir наполовину чистая бутафория, которую втюхивают Пентагону, – скептически замечает основатель« Ашманов и партнеры »Игорь Ашманов. – То же самое и у нас. Люди из ФСБ или администрации президента, которым поставлена ​​задача не допустить Майдана, – такие же потребители, как и те, кто смотрит по телевизору рекламу шампуня. Им предлагают волшебную систему, которая обещает сделать их на 78% сильнее и способными побороть экстремизм ».

Не смущает ли Масаловича, что его система помогает государству контролировать интернет?

Разработчик говорит, что слежка со стороны корпораций гораздо опаснее, чем со стороны спецслужб.

И что сам он не против мирного протеста – его дети ходили на митинги оппозиции. «Но я всегда их предупреждаю, что протест могут использовать провокаторы. И гражданская война в России может начаться с того, что человек в форме полицейского застрелит подростка », – предупреждает подполковник ФАПСИ в отставке.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ, ДМИТРИЙ ФИЛОНОВ

ФОТО СЕРГЕЙ МЕЛИХОВ ДЛЯ FORBES

ИСТОЧНИК: FORBES

Миллергоф

Миллергоф

За последние 15 лет в России построено около сотни частных дворцов. Многие из них стали памятником эпохе госкапитализма со всеми его атрибутами – огромными госрасходами, близкими к чиновникам подрядчиками и щедрыми подарками. 

Летом 2009 года частный пилот, пролетая над Истринским водохранилищем в Подмосковье, сделал несколько фотоснимков выросшего на окраине деревеньки Бережки роскошного имения. Голубой дворец в классическом стиле, напротив, через регулярный парк с террасами и водопадами, здание поменьше, насыпные холмы и многочисленные постройки – все это раскинулось на территории 16 га. Пилот выложил фотографии в интернете, вызвав большой интерес блогеров. Самые любознательные из них съездили на объект, поговорили со строителями и местными жителями, после чего распространился слух: дворец построен для председателя правления «Газпрома» Алексея Миллера. К особняку даже приклеилось название Миллергоф.

«Газпром», впрочем, от дворца открестился. Но ведь не мог же столь заметный объект быть бесхозным? И правда, через несколько месяцев российский предприниматель родом из Иордании Зияд Манасир заявил прессе, что дворец принадлежит его компании и строится для его большой семьи, в которой пятеро детей.

Манасир – основной владелец холдинга «Стройгазконсалтинг». Это предприятие с выручкой 137 млрд рублей обустраивает месторождения, прокладывает газо- и нефтепроводы, строит компрессорные станции, дороги и жилье. «Газпром» – основной заказчик «Стройгазконсалтинга» (65% оборота). Позволить себе дворец Манасир, конечно, мог – в минувшем году Forbes оценил состояние предпринимателя в $ 900 млн и поставил его на 78-е место в «Золотой сотне». К тому же его компания и раньше занималась подобными объектами. Но правда ли, что он строил усадьбу для себя?

ЧАСТНЫЕ ДВОРЦЫ

За последние 15 лет в России, по оценке Ольги Вологдиной, редактора журнала Salon Interior, построено около сотни частных дворцов. «Появилась прослойка людей не просто обеспеченных, а богатых, которые сначала стали заказывать квартиры с дворцовыми интерьерами, а потом и дома-дворцы», – говорит она. Одни здания напоминают средневековые замки с окнами-бойницами, рыцарскими залами и четырехметровыми заборами. Другие по пышности и богатству отделки сродни образцам эпохи екатерининского барокко. Третьи копируют дворянские усадьбы с их липовыми аллеями, прудами и охотничьими угодьями. Долго в моде была и эклектика – немного от ампира, немного от барокко, камень из Италии и дешевый труд гастарбайтеров. «Многие из возведенных в 1990-е« дворцов »можно назвать олицетворением архитектурной безвкусицы», – считает первый вице-президент Ассоциации ландшафтных архитекторов России (АЛАРОС) Илья Мочалов. Руководитель бюро «Архитектон» Александр Зусик называет современные дворцы архитектурой социального реванша: «Позыв клиента – поразить и удивить, продемонстрировать свое величие».

Руководитель бюро «Архитектон» Александр Зусик называет современные дворцы архитектурой социального реванша: «Позыв клиента – поразить и удивить, продемонстрировать свое величие».

 

Над строительством дворцов обычно работает большая команда специалистов: архитекторы, ландшафтные дизайнеры, дизайнеры интерьеров, художники, специалисты по паркету, ковке, краснодеревщики и многие другие. Редкий дворец обходится без регулярного парка. Под загородную резиденцию обычно покупают участки 10-20 га, а максимальный размер может доходить до 100 га. Наиболее популярное направление – запад Подмосковья. «Никто не представляет масштаба вложений, которые были сделаны в районе деревни Жуковки, – это миллиарды долларов, – утверждает Зусик. – И это никогда не станет достоянием общественности, потому что владельцы не хотят светиться».

Что правда, то правда: информацию о частных дворцах приходится собирать по крупицам. Если клиент богат и влиятелен, то подрядчики и архитекторы стараются держать язык за зубами. Компания «Стройгазконсалтинг», владелец истринской усадьбы, в письме, направленном в Forbes, например, сообщила, что не участвовала в строительстве резиденции российского премьер-министра «Ривьера». Лишь после того, как мы предъявили документы с сайта арбитражного суда, доказывающие причастность к стройке, компания выдала скупое подтверждение.

ПОЛЕЗНЫЕ СВЯЗИ

Там, где теперь находится черноморская резиденция Владимира Путина «Ривьера-6», в советские времена была государственная дача, а еще раньше, до революции, – усадьба предпринимателя Василия Хлудова, раскинувшаяся на высоком берегу реки Сочи. В 2003 году здесь решили построить новый корпус для официальных встреч.

«Стройгазконсалтинг», заказчик стройки, в середине декабря 2003 года подрядил «Архитектон» Зусика сделать проект «курортно-реабилитационного центра». Сначала все шло отлично – уже к середине января 2 004 года эскиз был готов и утвержден заказчиком, который заплатил за работу 9,5 млн рублей (данные из материалов суда). По проекту Зусика на месте прежнего гаража должен был вырасти особняк в средиземноморском стиле с аркадами, балкончиками и террасами. Тогда же стороны подписали дополнительное соглашение к договору об увеличении стоимости работ до 21,9 млн рублей, и разницу в размере 12,4 млн рублей «Стройгазконсалтинг» перечислил позже. С января компания Зияда Манасира начала предоставлять технические условия по отдельным частям проекта, архитекторы готовили документацию.

Однако уже в конце апреля Зусик получил от заказчика письмо с требованием расторгнуть договор из-за срыва сроков подготовки проектной документации. Как следует из материалов суда, подрядная организация, начавшая строительство, была недовольна чертежами «Архитектона», например, тем, что потребовалось дополнительно четыре ряда свай. Кроме качества работ «Стройгазконсалтинг» не устраивали сроки подготовки проектной документации. Все это и стало причиной письма о разрыве договора, направленного в «Архитектон» 27 апреля 2 004 года. В ответном письме Зусик в расторжении договора отказал.

«Стройгазконсалтинг» пытался вернуть часть уплаченной суммы, 12,4 млн рублей, через суд. Разбирательства в инстанциях продолжались несколько лет, пока в марте 2 007 года Федеральный арбитражный суд Московского округа не вынес окончательный вердикт: истцу отказать.

А что же резиденция премьера? «Строительство началось, а потом приостановилось не по нашей вине», – неохотно вспоминает теперь Зусик. Конфликт заказчика с архитектурным бюро, конечно, не мог остановить стройку государственной важности. «Архитектону» быстро нашли замену. Новый проект разработала мастерская «Карлсон и К», у ее руководителя Олега Карлсона к тому времени имелся большой опыт частного строительства. Его первым клиентом был основной владелец банка «Российский кредит» Борис Иванишвили. Карлсон проектировал несколько отделений банка и особняк Иванишвили в подмосковном Переделкино.

В итоге сочинская «Ривьера» стала трехэтажным белоснежным дворцом площадью 2000 кв. м с четырьмя спальнями, двумя гардеробными, комнатой для прислуги и гаражом на шесть авто. Он был сдан в эксплуатацию в августе 2 006 года.Чтобы принять участие в стройке резиденции одного из руководителей государства, конечно, мало быть хорошим строителем.

Сын небогатого офицера иорданской армии Зияд Манасир приехал в Советский Союз в +1984 году учиться в Азербайджанском институте нефти и химии им. М. Азизбекова и остался в СССР. В начале 1990-х он занимался торговлей лесом и металлом и познакомился с Бывшим партийным боссом Виктором Поляничко, который по совместной работе в Оренбурге хорошо знал будущего главу «Газпрома» и председателя правительства России Виктора Черномырдина. В +1993 года по м Поляничко Стал Вице-премьером, а в 1994 году купил домостроительный Манасир Комбинат в Тюмени, и его первыми крупными заказами стали жилые дома в Оренбургской области. В 1995 году сын Поляничко Петр стал совладельцем «Стройгазконсалтинга» с долей 20%. Примерно в то же время компания получила первые заказы от «Газпрома», поток которых со временем только увеличивался.

В 2 001 году команду ставленников Черномырдина в «Газпроме» сменили выходцы из Питера, близкие к новому президенту страны Владимиру Путину, во главе с Алексеем Миллером. И тогда же у «Стройгазконсалтинга» появился еще один совладелец – Ольга Григорьева, дочь бывшего замдиректора ФСБ России и экс-главы питерского УФСБ Александра Григорьева. Григорьев служил в КГБ вместе с Путиным, был свидетелем на его свадьбе.

В начале 2 009 года Манасир рассказывал Forbes, что познакомился с генералом Григорьевым «на дне рождения общего знакомого». Так что Манасир не только возглавлял успешную строительную фирму, но и обладал всеми нужными связями.

В СТИЛЕ ИСПАНСКОЙ КОРОНЫ

В кабинете Михаила Тарапыгина, главного архитектора истринской усадьбы, проект дворца висит на самом видном месте. Правда, сам Тарапыгин предпочитает не употреблять слово «дворец». «Загородная усадьба приобретает статус дворца, если ее владельцем является титулованная особа императорской крови или член великокняжеской семьи», – говорит он в интервью Forbes. В советское время молодой архитектор строил дачи для высокопоставленных офицеров Минобороны. После 1991 года организовал мастерскую «Атташе» и продолжил заниматься загородным строительством. Таких крупных объектов, как на Истре, Тарапыгину проектировать не доводилось, поэтому он вдохновлялся дворцами Испании и Франции эпохи позднего барокко и раннего классицизма. «Дом не является копией чего-либо – это эклектика. Взята лишь стилистика времени, передан его неспешный дух », – рассказывает архитектор.

И все же какую-то конкретную постройку нужно было взять за основу. Манасир остановил выбор на дворце испанского короля – Паласио Реаль-де-Ла-Гранха-де-Сан-Ильдефонсо. Задачей архитекторов было спроектировать здание, в котором могли бы проходить приемы на 100 человек. «Когда мы только приступали к этому объекту, нам в задании на проектирование дали пожелание заказчика – строим царскую усадьбу», – вспоминает Мочалов (он не только первый вице-президент АЛАРОС, но и глава компании «Брунс Парк», которая занималась благоустройством и озеленением «дворцовой» территории).

Строительство началось посреди бывшего совхозного поля. («Там раньше росла капуста и картошка», – .. Рассказывает местный фермер Григорий Шабаев Сам он отказался продать свои 1,5 га земли под строительство, и теперь его коровы и бычки пасутся за трехметровым забором метрах в пятидесяти от дворца) От главных ворот усадьбы дорога ведет мимо фонтана и деревьев к парадному подъезду. Общая площадь двухэтажного здания с башенкой – примерно 3700 кв. м. Из просторного холла на второй этаж ведут две широкие мраморные лестницы. В левом крыле первого этажа – бассейн, в правом – две гостиные для приемов. По словам строителей, в особняке девять спален, несколько столовых, два десятка уборных, картинные галереи, винотека и банковская комната. При строительстве использовались долговечные материалы: гранит на цоколе, мрамор на полах, крыша покрыта медью, ярко сверкающей в солнечные дни.

С заднего балкона открывается вид на регулярный парк, спускающийся к Истринскому водохранилищу. Каскад террас и канал с перекинутыми через него тремя мостиками ведут к малому дворцу, до него 200 м. В нем расположены гостевые комнаты и еще один бассейн. В парке гроты, скульптуры, цветники, гранитные дорожки. «Парк для усадьбы – это как оправа для алмаза», – говорит Тарапыгин.

В стороне от парка, за цепью искусственно насыпанных холмов, стоит охотничий домик, здесь же вырыт пруд и возвышается башенка с флюгером – это птичник (чтобы к столу всегда были свежие яйца).

За забором основной территории возводится четыре коттеджа площадью по 2000-3000 кв. м. Каждый в своем стиле: на севере – русская усадьба, на востоке – средневековая японская постройка, на юге – античный дворец, а на западе – английское имение. А в самом центре этого поселка планируется соорудить копию Александрийского столпа. Архитектор этого поселка – Олег Карлсон, который проектировал резиденцию премьера в Сочи. В «Стройгазконсалтинге» на запрос Forbes ответили, что коттеджи строятся для топ-менеджеров компании, окончание работ запланировано на 2011 год. Общая площадь усадьбы вместе с коттеджами составляет 32 га.

Размаху строительства усадьбы и поселка позавидовала бы любая комсомольская стройка. Здесь было задействовано около 30 компаний-подрядчиков, число рабочих на объекте доходило до 600, рассказывает один из них. По данным «Стройгазконсалтинга», общая смета составила $ 30 млн Строительства. Независимые эксперты говорят о суммах в два раза больше. Наталья Кац, управляющий директор агентства недвижимости «Усадьба», оценивает стоимость усадьбы примерно в $ 70 млн. Впрочем, все оценки весьма приблизительны – итоговая сумма сильно зависит от отделочных материалов. «Паркеты, сусальное золото, мрамор из итальянских каменоломен, антикварная мебель – все увеличивает стоимость», – говорит архитектор Андрей Титов, гендиректор компании «НОА-Проект», которая тоже работала над дворцом в Бережках.

БЕСХОЗНАЯ РОСКОШЬ

Здание дворца в Бережках было построено за четыре года. Осенью 2008-го, в разгар кризиса, оставалось устранить отдельные недоделки, но из-за сложностей с финансированием работы были приостановлены. А летом 2009-го летчик выложил фото усадьбы в интернете, после чего поднялась шумиха. С тех пор дворец законсервирован и находится под охраной. Здесь никто не живет, никаких мероприятий не проводится. Хотя, по словам Тарапыгина, «дом полностью готов и в любую минуту может принять своего владельца».

Почему Манасир, вложивший десятки миллионов долларов, не использует подмосковную резиденцию? Источники Forbes, хорошо знакомые с обстоятельствами строительства, утверждают, что «Стройгазконсалтинг» все-таки возводил усадьбу в Бережках для председателя правления «Газпрома» Алексея Миллера. Здесь же планировалось проводить официальные и полуофициальные мероприятия – приемы, совещания, банкеты для партнеров, давать балы и пр. После скандала в СМИ, говорят наши собеседники, в «Газпроме» решили не искушать судьбу и отказались от царского подарка «Стройгазконсалтинга». И теперь в этой компании, как говорит один из источников, «не знают, что с дворцом делать». Пресс-секретарь Миллера Сергей Куприянов вторично подтвердил Forbes, что «Газпром» не имеет никакого отношения к усадьбе. Говорят, Куприянова видели на стройке. Но он и не отрицает, что приезжал на Истру: «После шумихи в прессе приехал посмотреть, о чем идет речь».

Манасир же тем временем, как стало известно Forbes, строит себе дворец в Иордании. На родине у предпринимателя тоже большой бизнес – заводы по производству бетонных конструкций, по выпуску оливкового масла, автозаправки. Дворец площадью около 5000 кв. м на территории 1,5 га возводит компания MAC (Современные архитектурные консультанты). Эта фирма уже строила для Манасира в Иордании несколько объектов, в том числе офисное здание. МАС-участвовала и в строительстве Русского дома для паломников на берегу Иордана, в 2008 году этот объект открывали Путин, управделами ПРЕЗИДЕНТА Вадим Кожин и король Иордании Абдалла II.

А что же усадьба на Истре? Похоже, пустующий дворец так и останется памятником эпохе 2000-х, времени больших денег, свалившихся на страну, богатую нефтью и газом. Памятник эпохе госкапитализма со всеми его атрибутами – огромными государственными расходами, близкими к чиновникам подрядчиками и щедрыми подарками. Иногда на десятки миллионов долларов.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ИСТОЧНИК: FORBES

Дикое киберполе

Дикое киберполе

Одесса стала неформальной столицей украинских взломщиков, и именно сюда приводят электронные следы громких хакерских атак 

В Одессе возле памятника Дюку на Приморском бульваре стоит двухэтажный автобус, но он никуда не едет. Внутри — бар. Коньяк здесь подают в пробирке, супчик — в мензурке. Ранний посетитель — мужчина в отглаженных брюках и остроносых ботинках, — махнув водки, подсаживается к журналисту из России и вызывается показать местные достопримечательности. Через полчаса разговора выясняется, что навязывающий себя гид — бывший офицер спецслужб, а его расспросы становятся открыто подозрительными.

Эта история вполне характерна для приморского города. «Одесса — удивительный город, там агент на агенте, и плетутся интриги спецслужб всего мира», — со знанием дела говорит основатель одного из российских подпольных форумов для web-мастеров. Спецслужбам есть на кого там охотиться. Одесса считается неформальной столицей украинских хакеров, и именно сюда последние годы приводят электронные следы громких международных хакерских атак, мошенничества в онлайн-банкинге, DDoS-атак на сайты российских госучреждений и компаний.

Несколько российских киберпреступников после облав в России нашли здесь убежище.

«Киберпреступность с самого начала своего существования тяготела к Одессе, — говорит Forbes Константин Корсун, 43-летний полковник, экс-офицер подразделения по борьбе с хакерами Службы безопасности Украины (СБУ).  — Могу лишь предположить, что это как-то связано с высокой степенью коррумпированности местных правоохранительных органов и их тесными связями с «традиционным» криминалитетом. А может, им [хакерам] там просто климат нравится, море, достаточно большой город, в котором легко затеряться». Forbes выяснил, кто и почему скрывается в Одессе.

Осколки Carberp

«Мы услышали грохот. Сильный грохот. Дверь квартиры открылась, и мы забежали внутрь. В темноте рыскали красные точки лазерных прицелов, слышался звон падающих на пол осколков разбитых окон, и раздавались крики: «На пол!», «Включите свет!» Подозреваемый ползал по полу коридора в трусах и визжал. Я осмотрелся: на рабочем столе в комнате стояли ноутбук и моноблок, раскиданы флешки и телефоны», — вспоминает криминалист Group-IB Артем Артемов операцию по задержанию в Москве одного из лидеров хакерской группы Carberp. От ее действий пострадали клиенты 100 банков по всему миру, только за три первых месяца 2012-го киберпреступники похитили минимум 130 млн рублей.

Чуть позже появилось и видео захвата: спустившись с крыши на веревках, бойцы спецназа МВД «Рысь» выломали раму и ввалились в окно 15-го этажа. Это произошло 4 марта 2012 года, а в мае того же года участник форума Antichat под ником GizmoSB написал встревоженный пост: «Какими средствами возможно вызвать бан ролика на ютуб? Может, жестко накрутить просмотры или DDoS определенного ролика даст результат?»

Под ником GizmoSB скрывался член той самой хакерской группы Carberp — 25-летний Роман, который, как считает следствие, отвечал за создание и функционирование бот-сети — цепи компьютеров, зараженных вредоносной программой. Всю техническую работу за Gizmo выполняли другие люди — вирусописатели,  программисты, но именно Gizmo давал заливщикам реквизиты компаний — они проверяли баланс клиентов банков, выжидая момент, когда лучше увести деньги. Руководителями группы заливщиков и группы обнала в Carberp были братья Александр и Николай Покорские.

Их отец, по словам источника Forbes, имел отношение к ГРУ Генштаба РФ.

Про самого GizmoSB известно немного. Он родился в Абхазии. Пока учился в одном из московских университетов, искал способы заработать, например, открыть ферму по разведению осетров. Но деньги принесла не рыба, а хакерские форумы. Роман начинал с DDoS-атак, которые приносили небольшой доход, в среднем около $100 в день. «С моими познаниями даже на мороженное не заработаешь)) мне просто нужен хороший поток траффика… очень большое количество траффика … 50-100 к в день», — писал Gizmo в сентябре 2008 года.

В тот год, считает следствие, и была создана группа Carberp, состоявшая минимум из 8 человек, которые за четыре года совершили тысячи хищений у компаний по всей России. Для комфортной работы «заливщиков» руководители группы открыли офис, замаскированный под сервис по восстановлению данных.

В марте 2012 года начались аресты — были задержаны восемь членов Carberp, в том числе и Gizmo, но позже его отпустили под подписку о невыезде. Хакер не стал дожидаться суда и уехал на родину в Абхазию. Через 5 месяцев он сделал поддельные документы на имя гражданина Литвы и вылетел в Кипр на встречу с беременной женой. В то время он уже был объявлен в федеральный, а затем и в международный розыск. Сейчас Gizmo находится на территории Украины и занимается поисковой оптимизацией. Не так прибыльно, но зато спокойно.

В чеченском плену

Деревянная бита, билет на поезд Москва — Киев, два российских паспорта на имя чеченцев из Урус-Мартановского и Шалинского районов, мобильный телефон, сим-карты, пара наушников, принтер HP, ноутбук и коммуникатор HTC. Все это вещественные доказательства по уголовному делу №1522/18915/12. В тексте приговора, который корреспонденты Forbes отыскали в реестре решений Приморского районного суда Одессы, нет ни фамилий, ни адресов. Только короткая фабула — неназванный компьютерщик из Москвы провел четверо суток в «чеченском плену».  Из Одессы его под охраной перевезли в Херсон, потом — в Симферополь и вернули назад в Одессу.

От пленника требовалось развернуть бот-сеть для кибератак и хищения денег в онлайн-банкинге, иначе похитители — суровые мужчины с Северного Кавказа — грозили переломать ему ноги битой.

Чеченцы знали, кто поможет им заработать в онлайне. В России Алексей «Pioneer» руководил заливщиками одного из подразделений хакерской группировки Carber. После того как в марте 2012 года ФСБ, МВД и детективы киберагентства Group-IB разгромили Carberp, Pioneer через Белоруссию сбежал на Украину и обосновался в Одессе.

«В Москве Gizmo и Pioneer вряд ли были знакомы, но их знали братья Покорские», — говорит источник, близкий к следствию. По его словам, Pioneer руководил заливщиками во второй ветке группировки Carberp. Алексею повезло: в день, когда происходили массовые задержания, его не оказалось дома. В Одессе, куда он бежал, хакера вычислили чеченцы. Пленнику удалось сделать звонок — и местные милиционеры его быстро нашли и освободили. Дело завершилось полюбовно: на суд Pioneer не ходил, претензий не выдвигал, чеченцам дали два года с отсрочкой исполнения приговора на три года и выпустили в зале суда. Pioneer по-прежнему находится на Украине, на вопросы Forbes через соцсети он не ответил.

«Всегда удобно прятаться за трансграничностью — воровать в одном месте, а прятаться в другом. У местных правоохранительных органов нет к тебе претензий, и они дают тебе дышать, — считает Руслан Стоянов, глава отдела расследований компьютерных инцидентов «Лаборатории Касперского» и бывший сотрудник Управления специальных технических мероприятий (УСТМ) ГУВД по Москве. — Атаки с Украины продолжаются. Последний тренд — взлом банковских систем. Ломают уже не клиентов банков, а уже из самих банков пытаются вывести крупные суммы».

«Хакерской столицей Одессу принято считать лишь потому, что здесь живу и работаю я», — заявил Forbes глава интернет-партии Украины Дмитрий Голубов. В начале нулевых Голубова обвиняли во взломе американских банковских систем и хищении $11 млн, а зарубежная пресса наделила его титулом «крестного отца» восточноевропейской хакерской мафии. «Я оправдан всеми судами, которые не нашли в моих деяниях состава преступления», — комментирует Голубов.

Кроме Голубова в Одессе есть еще несколько известных персонажей, замечает Дмитрий Волков, глава службы расследований детективного кибер-агентства Group-IB. Например, Legal-D — владелец одного из наиболее популярных сервисов по проведению DDOS-атак. На его сайте (который сейчас заблокирован) были указаны расценки: сутки от $50, месяц — от $1000. «Legal-D причастен ко многим политическим атакам, — говорит Волков. — Еще во время майдана он атаковал местные правительственные и новостные сайты. В последнее время Legal-D атаковал сайтыpolitikym.net,ura-inform.com, progorod.info, crime.in.ua.

Среди других местных интересных персонажей — Абдулла,  владелец одного из самых дорогих и надежных хостингов, которыми пользуются хакеры, кардеры, спамеры, создатели порно-ресурсов.

Когда-то он был участником нашумевшей киберпреступной группы RBN (Russian Business Network), но сейчас у него свой дата-центр, востребованный многими опасными киберпреступниками. Благодарные клиенты даже сочинили про Абдуллу песню: «Хостятся те, кто не любит класть бабки в банки. Те, кто знает, на что способен пластик с магнитной лентой…. Сервак не встанет и клиентам не о чем жалеть, ведь он пуленепробиваемый, как бронежилет».

«Абдулла давно пропал из Одессы, его видели в Иловайске, воющего в рядах одного из дагестанских ОПГ», — уверяет корреспондентов Forbes Голубов, и по тону его письма не понятно, говорит он серьезно или шутит. Но в оценках он категоричен: «Хакерское подполье в Одессе представлено тремя несовершеннолетними поцами, которых регулярно арестовывают за попытку взлома сайтов школ».

«Проделки американцев»

Во время одного из последних визитов в одесскую квартиру родителей Михаил Рытиков забрал все свои фотографии во взрослом возрасте. Вычистил и страницы в соцсети. А спустя несколько месяцев исчез. Рытикова объявил в розыск Интерпол. Его и несколько российских хакеров власти США обвиняли в краже данных 160 млн кредитных карт клиентов американских банков, магазинов, финансовых учреждений и даже биржы Nasdaq. «Мама, если случится что-то плохое, то я в этом не виноват — это все проделки американцев», — вспоминала в одном из интервью слова сына Людмила Рытикова.

В марте 2014 года американские сенаторы Марк Кирк и Марк Ворнер опубликовали заявление относительно киберпреступности на Украине. «Эксперты в области кибербезопасности говорят, что … украинский город Одесса имеет репутацию крупнейшего в мире интернет-рынка украденных кредитных карт», — говорится в заявлении. Сенаторы считают, что американские власти должны усилить совместную работу с украинской стороной, отправить на Украину агентов ФБР для помощи местным силовикам в поимке хакеров, а также усовершенствовать процедуру выдачи подозреваемых в США.

«Времена меняются, и Украина сейчас не самое спокойное место для хакеров, которые работают по США или Европе, — считает экс-сотрудник Центра информационной безопасности ФСБ. — Украина дружит с США, и им будет за счастье выдать гражданина России, попавшегося на киберпреступлении. Другое дело, если эти хакеры работают исключительно против России».

В Одессе борьбу с хакерами ведет Управление борьбы с киберпреступностью ГУМВД Украины в Одесской области, которое возглавляет Юрий Выходец. «Одесса — большой город, поэтому не удивительно, что у нас есть хакеры. Правда, говорить, что наш город — это столица, будет все же преувеличением. Это справедливо только в масштабах Украины, но никак не мира», — говорил в интервью украинскому ресурсу «Вести» Выходец. Попытки Forbes связаться с Выходцом не увенчались успехом, он постоянно был на совещаниях. Сейчас при попытке зайти на сайт Управления по борьбе с киберпреступностью Google выдает предупреждение о том, что сайт небезопасен — на нем происходит загрузка вредоносного ПО.

После присоединения Крыма и войны на юго-востоке Украины сотрудничество российских и украинских силовиков оказалось заморожено. На фоне этого украинские хакеры стали еще активнее атаковать российские госсайты и взламывать банковские счета, а специалисты по IT-безопасности — записываться в ополчение для защиты своего киберпространства.

В России весьма популярны истории о нелегальных кибергруппах, которые находятся на службе у ФСБ, СВР и АП: за работу на государство они получают индульгенцию за прошлые грехи.

Именно им приписывают массированные DDoS-атаки на cайты правительственных учреждений, банков, медиахолдингов Эстонии в апреле 2007 года и Грузии в августе 2008. «У нас в этом плане все намного хуже, потому что всех полухакеров сегодня приговоривают к реальным срокам, не предлагая им поработать на государство, — замечает Голубов. —  Правил индульгенции до сих пор нет, хотя я неоднократно это предлагал».  Глава интернет-партии сам баллотируется в Верховную раду и уже знает, какой закон нужен Украине.  «Я планирую внести законопроект о немедленном создании подобного органа [киберподразделения] на базе СБУ».

ПАВЕЛ СЕДАКОВ, ДМИТРИЙ ФИЛОНОВ
ИСТОЧНИК: FORBES
Приморский бой

Приморский бой

 
Корреспонденты Newsweek прошли по тропе «приморских партизан»
 
Для своих 22 лет у лидера «приморских партизан» Андрея Сухорады (Сухаря) была биография прожженного подпольщика. В 16 лет Сухарь сбежал из дома, добрался до Москвы и пришел в бункер НБП. В 2 004 году, белобрысый, улыбчивый, он вместе с другими нацболами пристегнул себя наручниками к оконной решетке офиса «Единой России».

Из Москвы пацана выслали домой, в Кировку, где Сухорада с головой ушел в радикальный национализм. Ездил во Владивосток бить приезжих, сам был бит милиционерами и даже полгода отсидел в СИЗО.

Этой весной Сухарь вместе с пятью друзьями ушел в лес, две недели воевал с милицией, а 11 Июня, блокированный спецназом на квартире в Уссурийске, пустил себе пулю в голову. «Он бы не сдался. Не доставил им [милиции] такого удовольствия », – уверяет Марина, девушка Сухорады.

newsweek_25_2010

События в Приморье показали: националисты перешли на новую ступень борьбы. Почти две недели «лесных братьев» с Дальнего Востока разыскивали полторы тысячи милиционеров, служебные собаки и вертолеты. Они были неуловимы и использовали излюбленную тактику боевиков: засады, точечные нападения и стремительные отходы. Двое милиционеров убиты, семеро ранены, таков итог боевых действий, сообщения о которых напоминали сводки с Северного Кавказа.

Силовики разгромили банду в Уссурийске, но идеологическую войну проиграли. Оказалось, что население больше сочувствует не милиции, а ультраправым головорезам, у которых после смерти даже появился ореол «борцов за справедливость».

КАК С ЭТИМ ЖИТЬ?

Еще месяц назад девятитысячный поселок Кировский напоминал провинциальный курорт. Неторопливая размеренная жизнь. Пятиэтажки между сосен, аромат сухой хвои и местный «нарзан», который наливают из шланга по три рубля за литр. Но когда в тайге объявились «партизаны», Кировка перешла на осадное положение. По улицам ходили вооруженные патрули проверяли-ДОКУМЕНТЫ. По ночам врывались омоновцы в дома-искали сообщников. «Мы тут натерпелись, -вздыхает пенсионер Владимир, убирающий во дворе сено.-Ходили разговоры, что райотдел [милиции] взорвут». До взрывов не дошло, но на стене местного ДК кто-то написал краской: «Менты козлы».

Нормальной работы в Кировке практически нет. Молодежь уезжает в крупные города. Те, кто остается, разделывают селедку на местном предприятии за 6000-10 000 рублей в месяц или перебиваются сомнительными заработками. Традиционный бизнес-воровство леса или выращивание конопли на делянках. Она тут дешевая-300 рублей коробок, а во Владивостоке уже 600. «У нас все просто: здесь ты либо вор, либо мент, либо работяга», – подмигивает паренек, попавшийся на краже в 14 лет.

IMG_3139

В Кировке все перевернулось с ног на голову. Про шестерых мальчишек соседи, школьные учителя, родственники и друзья в один голос твердят, что они «нормальные ребята» и «теперь на них все висяки повесят». Про милиционеров, напротив, говорят, что те «совсем озверели». «Вы спросите, кто покрывает конопляные делянки, кто по ночам встречает и провожает лесовозы?!» – Восклицают местные жители. Обращения в прокуратуру остаются без ответа. «Нельзя злить народ. Если мальчишек унизили, как с этим жить? »- Тихо говорит продавщица с местного рынка. Ее поддерживают покупатели и качают головами: «Жалко, никто не поддержал».

На третий день после событий в Уссурийске на кировский стадион пришли почти две сотни человек. Собирали деньги на адвокатов и на похороны тех, кто погиб при задержании. Сотрудники милиции наблюдали за происходящим из-за забора. Потом родственники и друзья «партизан», держа в руках цветы, прошли по центру города. У отделения милиции машины начали сигналить. Милиционеры удивленно выглядывали из окон. На мосту через реку Уссури молодежь бросила цветы в воду, прокричав: «Вечная память погибшим за справедливость!» Мимо два раза проехала патрульная машина.

4537

В скверике, за памятником Ленина, несколько молодых людей поминали застрелившихся в Уссурийске друзей. «Все ребята пострадали от рук сотрудников милиции, и это единственная причина выступления», – говорит девушка в черном, сестра Андрея Сухорады. С ней соглашаются. На третьем этаже ОВД, рассказывают парни, есть «нехорошая комната» -там сидят опера местного угрозыска. «Если на районе случится кража”, условняка “везут в милицию и там ломают: либо сам на себя кражу берешь, либо рассказывай, кто знает», – объясняет технологию дознания местный парнишка. В качестве аргумента-противогаз и бейсбольные биты.

Все «партизаны» прошли через милицию. В феврале 2008 года от оперов досталось Александру Ковтуну и Андрею Сухораде. «Андрей лежал три дня, перевернуться не мог», – вспоминает Марина, девушка Сухорады. Милиция отчиталась, что провела профилактическую беседу с неблагополучной молодежью. В мае по подозрению в краже в «нехорошую комнату» попал самый младший из «партизан» -Роман Савченко (Сова). Он сказал отцу, что его тоже били и пугали противогазом. После чего сбежал из дома в тайгу.

РОМАНТИКА БАНДИТИЗМА

За поселком Горный Ключ милицейский уазик- «буханка» сворачивает с дороги в лес. Через пару километров машина тормозит недалеко от вырытой ямы. На дне-выложенный настил из бревен. Рядом валяется грязный мешок. Оперативник убойного отдела говорит, что «отсюда все начиналось». Здесь у «приморских партизан» был первый схрон, а в Горных Ключах на квартире прятались сбежавший из армии спецназовец Александр Сладких (Кислый) и его друзья-националисты, скрывающиеся от милиции. «Когда после очередного налета их стали искать, они взяли палатки и переехали в лес», – утверждает милиционер.

IMG_3140

У сыщиков своя правда. Практически все «партизаны» стояли на оперучете как скинхеды и имели приводы в милицию. «Костяк группы-Сухорада, Сладких, Ковтун, Кириллов. Им терять было нечего, -говорит собеседник в милиции.-А Илютиков и Савченко-случайные пассажиры, которые за какую-то идею поперли. Привлекала романтика бандитизма ». Первая кровь, как считает следствие, пролилась во Владивостоке, еще в феврале +2010 года. На улице Давыдова из автомашины Андрея Сухорады были расстреляны сотрудники патрульно-постовой службы. Один милиционер был убит, второй ранен. По городу поползли слухи, что милиционеры якобы крышевали наркоторговцев. В УВД это называют бредом и заявляют, что «партизаны» сами промышляли коноплей, а оружие и прикрытие им помогали доставать члены одной из группировок Уссурийска. Они вроде и нашли «партизанам» квартиру,

Генерал краевого УВД Андрей Николаев заявил, что бандиты вооружились и несколько месяцев совершали кражи, угоны и поджоги в трех районах Приморского края. «Это никакие не” партизаны “, это отряд отмороженных бандитов, -доказывает Newsweek другой высокопоставленный сотрудник ОВД.-Война с милицией-это ширма». По данным милиции, «партизаны» только в Кировке ограбили шесть домов. «А сколько еще-мы не знаем», – многозначительно разводят руками сыщики.

После разбойного нападения на таксиста из Спасска кировские оперативники стали догадываться, чьих это рук дело. По подозрению в совершении кражи на беседу вызвали Романа Савченко-его якобы видели на месте преступления. «Никто его не бил, ему закинули информацию, он ее услышал и среагировал», – объясняет сотрудник угрозыска. Парень сказал матери, что пошел на рыбалку, и исчез. «Если сын действительно попал в эту группировку, я должен знать почему. Чего ему не хватало? Мы с матерью вкалывали, все ему давали », – расстраивается Владимир Савченко, отец Романа.

Девять лет назад он уже потерял старшего сына. Валентин Савченко умер в камере ОВД Кировского. Парня привезли с улицы с пробитой головой. В отделении не оказали медицинской помощи. «Тогда я против милиции идти не стал», – Говорит Владимир. Но когда фото младшего Савченко появились в ориентировках, отец начал поднимать общественность и даже написал президенту. Ему тут же отключили интернет. «Молодежь, я думаю, подняла эту бучу из-за беспредела», – говорит Владимир. Он показывает медали сына, его почетные грамоты и фото. На большинстве Роман Савченко в камуфляже и голубом берете.

«Рома был всегда в первых рядах, нес знамя на День Победы, навещал ветеранов», – говорит директор военно-патриотического клуба «Патриот» Александр Чебанюк, ветеран чеченской войны. Теперь директор нервничает- «Патриот» оказался под ударом. В клубе занимались почти все «партизаны». «Выживанию в тайге учили. Атаку как отбить, если нападение », – рассказывает один из выпускников, крепкий парень в синей олимпийке.

В «Патриоте» говорят, что готовили к службе в армии, но никак не диверсантов. «Никто не учил ставить засады или снимать часовых! -восклицает Чебанюк.-У нас занимаются тысяча человек, многие работают в милиции и прокуратуре». Для тренеров стало настоящим ударом, что их воспитанники записывали ролики в стиле «Кавказ-Центра», кричали «Аллах Акбар!», А у их любимца Ромы Савченко в мобильнике нашли фотографии чеченских полевых командиров. «Эх, парни, бошки бы вам пооткручивать!» – Вздыхают тренеры.

ДЕСАНТНИК ВО ГЛАВЕ

Следователи утверждают, что шестеро парней из Кировки придумали свой «джихад» и тщательно готовились, прежде чем уйти за речку. У них были схроны, амуниция, схемы маршрутов милицейских патрулей. Старшине Алексею Карасю, в ночь на 27 мая дежурившему в отделении в селе Ракитное, не оставили шансов-17 ножевых ранений. В ночь на 29 мая на 61-м километре трассы Спасск-Дальний-Варфоломеевка в засаду попал милицейский уазик. «Стреляли с трех точек, на повороте. Милиционеров спасло, что в уазике железа много », – рассказывают сотрудники. Начались широкомасштабные поиски.

IMG_3141

Когда сыщики нашли схрон в Горных Ключах, тайник был уже пуст. «Партизаны» еще раньше ушли по реке-в район села Подгорное. Здесь был укрепрайон-остались доты, землянки и врытые в землю танковые башни. У берега «партизаны» спрятали моторную лодку, а в палатке оставили боеприпасы и экстремистскую литературу. На тропинке поставили растяжки. «Нас подняли прямо с отдела-в рубашках, брониках. Если бы они-в камуфляже, с автоматами-устроили засаду, мы были бы легкой мишенью », – рассказывает участник поисковой операции. Но засад не было. Пятерых омоновцев отправили в больницу после укусов клещей.

«Партизаны» уходили с севера на юг. Тем временем сыщики отрабатывали их связи в Кировке: искали через «Одноклассников», школьных друзей, семейные фотоальбомы. За Иваном Христенко пришли под утро, 7 июня. После допроса Иван показал место в лесу, где спрятал амуницию «партизан»: патроны, обрез, рации, бинокль и документы. В записной книжке был план дома милиционера из соседнего Лесозаводска-до него «партизаны» добраться не успели. С тех пор Христенко в отделении милиции. «Неделю я не знала, что с Ваней, в чем его обвиняют», – переживает мать Вера Христенко. Потом ей дали копию решения суда: Иван получил 15 суток за то, что якобы оскорблял милиционеров нецензурной бранью.

23-летнего Вадима Ковтуна, брата «партизана» Александра Ковтуна, остановили на посту в ночь на 8 июня, Вадим вместе с женой возвращался из деревни. «Защелкали затворы автоматов. Кричали, чтобы мы вышли из машины и положили руки за голову », – вспоминает его жена Наталья. «Меня привезли на допрос. Спрашивали, где мой брат и что он замышляет, -медленно говорит Вадим, с трудом отрывая голову от подушки.-Объявили, что я могу быть неофициальным организатором группировки ». После допроса он оказался в больнице с сотрясением мозга и ушибом почки. С друзьями и родственниками «партизан» особо не церемонились. 9 июня в горных Ключах задержали 27-летнего Евгения Кутлина, который учился с «партизанами» в школе. Домой, по словам жены, Евгений вернулся синий от побоев.

В газетах и ​​на столбах появились ориентировки. В них говорилось, что группу возглавлял бывший десантник Роман Муромцев. «Его видели в нашем продмаркете-водку покупал», – уверяли Newsweek Кировские продавщицы. Потом выяснилось, что Муромцев вовсе никакой не десантник, отсиживался во Владивостоке, а в ориентировку попал только потому, что в 1996 году посадили за ЕГО Нападение на АЗС в селе Ракитное-Там, где «партизаны» убили милиционера. «Оперативники прикинули, что это мог отомстить Муромцев, и засунули его в ориентировку», – объясняет собеседник в правоохранительных органах.

ЭТО Ж БАНДИТЫ

10 июня Роман Савченко пришел в Уссурийске в общежитие к своей девушке. «Он был растерян, подавлен, сказал, что Максима Кириллова задержали и бьют», – вспоминает Алена. Она посоветовала ему идти сдаваться. Савченко задержали в соседней Михайловке на посту ДПС.

IMG_3137

На другой день четверо его друзей были блокированы на квартире в Уссурийске. Около 13.00 Александр Ковтун позвонил матери-попрощаться. Сказал, что Сладких и Сухорада мертвы, а Илютиков сдался. «Я сказала:” Сынок, давай, ты сдашься “. Он ответил: “Мама, я не верю. Я боюсь, что если я выйду-меня расстреляют “», – вспоминает Татьяна.

Когда Ковтун бросил оружие и открыл дверь, его вниз головой протащили по ступенькам с третьего этажа. «Чего с ними церемониться, это ж бандиты», – устало заявил милиционер. Адвоката к Ковтуну в тот день не пустили. В воскресенье, 13 июня, Александра Ковтуна и Владимира Илютикова повезли во Владивосток на допросы. Выходя из милицейского уазика, Илютиков крикнул, что Россия катится в пропасть, а милиция ей в этом помогает. На вопрос журналиста, как самочувствие, спокойно ответил: «Плохое, пи … ят».

Павел Седаков,

фото: Макс Новиков.

«Русский Newsweek», 23.06.10

http://www.runewsweek.ru/society/34788//

Подкоп под православие

Подкоп под православие

Корреспондент Newsweek провел неделю в ожидании конца света вместе с последователями «истинного православия»

В избе «отца» Петра, прямо в красном углу под серым покрывалом, стоит сосновый гроб. «Мы все в нем спали по очереди: и Петр, и сестрички, и я спала», – нараспев, растягивая гласные, говорит высокая худая женщина в черном – Ольга Денисович. Три года назад Ольга сожгла свой паспорт, отмеченный, по ее убеждению, «числом зверя», отказалась получать ИНН, а потом перестала ходить в церковь. В октябре, оставив в Белоруссии мужа и детей, Денисович приехала в пензенское село Никольское в общину Петра Кузнецова – «отца» Петра – как его тут называли, но, как она с сожалением признается, опоздала. Кузнецова увезли в психиатрическую больницу, а три десятка последователей его «истинного православия» уже ушли под землю – закрылись в самодельной землянке в ожидании конца света. Сейчас Ольга пытается самостоятельно «спастись»: в избе своего духовного пастыря она зажигает свечи, читает перед сном молитвы и ложится спать в стоящий под иконами гроб.

ДОКОПАЛИСЬ ДО ИСТИНЫ

Осенью 2007 года член общины Кузнецова, 82-летняя монахиня одного из монастырей Русской православной церкви Антония – в миру Антонина Ульянова – перенесла клиническую смерть, или, в понимании последователей Петра Кузнецова, чудесным образом «воскресла из мертвых». В общине, обосновавшейся в маленьком пензенском селе Никольское, это событие восприняли как знамение. И начали готовиться к «переходу». Сейчас монахиня Антония числится в списках тех, кто ожидает конца времен под землей вместе с тремя десятками других «настоящих православных».

Про религиозные секты слышали все – чаще всего благодаря пропаганде Русской православной церкви. После падения «атеистического режима» в 90-е годы на первых ролях были сектанты из-за рубежа: японцы из «Аум Синрикё», сайентологи из Америки, немецкая «Церковь Христа». Епископат требовал от государства разобраться с заграничными сектантами, а заодно и с западными христианскими конфессиями, которые занимаются у нас прозелитизмом (т. е. обращением в свою веру) и отвлекают русский народ от веры истинной.

Когда пришли первые сообщения о сектантах, живыми закопавших себя в пензенскую землю в ожидании конца света, мало кто оценил новизну ситуации. Пензенские подземельцы не были ни адептами экзотической западной или восточной секты, ни последователями нового доморощенного пророка или мессии. Все они до недавнего времени – обычные прихожане православных храмов, много посещавшие службы и соблюдавшие правила церковной жизни на радость своим настоятелям. В сектантство они ушли не мимо, а через православие – правда, по-своему понятое.

Это снаружи православная церковь кажется единой – одни и те же иконы, свечи, ризы, праздники. В действительности она давно расколота, и в основе разделения – тот же конфликт, что расколол православие в XVII в. С точки зрения части верующих, мир стал слишком плох, чтобы в нем оставаться, а церковное начальство слишком сблизилось с мирским, чтобы ему доверять. Пока раздвоение церкви не превратилось в настоящий раскол, но сохранять лояльность консервативного крыла патриарху и Синоду все труднее.

ПЕЩЕРНОЕ ОСОЗНАНИЕ

Зарываться в землю последователи Кузнецова начали еще летом. Как рассказывает сам «отец» Петр, община сначала решила вырыть небольшую землянку – чтобы никто не мешал молиться – в овраге недалеко от деревни с гоголевским названием Погановка. «Места тут святые», – уверяет Кузнецов.

Мешали общине, как водится, «гонения» мирских властей: милиция задерживала «учеников», не имеющих документов, и отправляла по домам. 18 последователей вообще находились в федеральном розыске – их искали родственники. Так возникла идея построить на месте землянки настоящий подземный скит.

По плану, который нарисовал следователям сам Кузнецов, убежище напоминает рогатину: два рукава по 25 м, переходящих в общий коридор. Есть кельи, колодец, кухня и даже погост. Все, что нужно усердно молящимся, чтобы переждать нашествие Антихриста. «Настоящий Ноев ковчег», – говорит оставшаяся наверху «сестричка» Валентина Понедельник, тоже приехавшая из Белоруссии.

shema

«Никто из наших не видел, как они пещеру рыли, – уверяет местный школьник Алексей Котов, тоже, кажется, склонный к мистицизму. – Мы на той стороне оврага траву косили – увидели бы». Не заметили и то, как в конце октября в скит занесли теплые вещи, муку, макароны, соленья, мед, а также прихватили с собой два ружья, 5 газовых баллонов и две бочки с бензином. В убежище спустилась «паства», вход завалили мешками с землей. А сам Петр пошел проповедовать дальше, чтобы спасти как можно больше людей. «Миссия у него другая, – объясняет Валентина Понедельник. – Он должен был новых сестер и братьев встречать и заселять в другие пещеры».

Полторы недели о добровольном заточении никто не знал, пока не явился Кузнецов и не сообщил властям, что его «братья и сестры» взорвут себя, если их попытаются достать силой. А одна из затворниц, москвичка Нина Чернова, передала через него приехавшей на ее поиски дочери записку: «Я больше с тобой не увижусь».

В ГРОБУ СЕБЯ ВИДЕЛИ

Последователи Кузнецова, как уверяет Ольга, не сектанты и не раскольники – они не от «православия уходят, а от ереси церковной бегут». «Мы ведь православные, – уверяет женщина, показывая лежащую перед ней на столе книгу “Жития святых”. – Тремя перстами крестимся, на иконы молимся». Обстановка – как в монастырской келье: печь, грубо сколоченные двухъярусные нары, иконы в простых окладах. На полках вдоль стен – привезенные паломниками книги: «Евангелие», Четьи-Минеи и даже «История раскола».

В избе, где сейчас живут Ольга, ее кума Валентина Понедельник с тремя детьми – Людмилой, Романом и Мариной, – горят только свечи. Женщины объясняют, что электричеством и электроприборами они не пользуются – «всё это от лукавого». А муж одной из «сестричек», работающий в Жабинковском СПК, по их словам, отказался садиться за новый трактор, увидев внутри бортовой компьютер.

Еще четыре года назад, рассказывает Newsweek Денисович, она разочаровалась в церкви, которая, по ее убеждению, «соединилась с государством через сатанинский номер – ИНН». «Я вот говорила священникам и монашествующим: зачем ИНН принимать? Это же “знак зверя”! – ее неторопливая речь звучит печально и певуче. – А они мне отвечали: «Оля, знаешь – и молчи!»

Две недели назад, оставив свое хозяйство и родных, Ольга приехала в Никольское. «Муж мой плакал, а дети спрашивали: мама, зачем это тебе?» – спокойно рассказывает женщина, уверяя, что долго тосковала по семье. Тем не менее Ольга убеждена, что твердо встала на путь спасения, который ей указал пророк – «отец» Петр.

На вопрос, отправилась бы сейчас Ольга «спасаться» в пещеру, женщина опускает глаза: «Опоздали мы. Теперь хотим здесь последние дни встретить». Валентина Понедельник, у которой на коленях возится белокурая девочка, согласно кивает – она тоже бы ушла в скит.

«И детей бы увела, – добавляет она. – Они у меня в миру настрадались». Старшая, 15-летняя Людмила, сидит за столом вместе с матерью и зачерпывает из тарелки раскрошенный шоколад. Когда девочку фотографируют, она торопливо убирает растрепавшиеся русые волосы под скромный платок и закрывает лицо руками. Людмила рассказывает, что уже давно бросила школу: «В классе узнали, что я хожу в церковь, – начали издеваться, называли монашкой». А что гроб в комнате стоит – не страшно, в гробах святые отцы спали, готовясь к смерти.

Ольга Денисович убеждена, что ее «братики и сестрички» сами из «Ковчега» не выйдут: «Если их попытаются силой достать, они себя взорвут, а перед Богом это уже не иудин грех, не самоубийство, потому что души свои от Антихриста уберегут».

ИНЖЕНЕР ПО СПАСЕНИЮ ДУШ

Дом Петра Кузнецова стоит на самом краю Никольского. Над крышей возвышается деревянный восьмиконечный крест. Сюда – к схимонаху Максиму, как называл себя сам Кузнецов, – из Москвы, Майкопа, Новочеркасска и Белоруссии стекалось его «малое стадо» последователей «истинного православия».

Одноклассница Петра, бухгалтер местного отделения Сбербанка Галина Савельева, рассказала Newsweek, что после того, как сподвижники Кузнецова купили в селе четыре пустующих избы, местные жители не на шутку забеспокоились. Собрали сход и попросили главу сельсовета выселить «сектантов». «У нас же дети растут, а они, видите, людей к светопреставлению готовят: гипнозом в пещеру завели, взрываться хотят», – беспокоится Галина. На наш вопрос, почему никто из никольских в пророчества Кузнецова о конце света не поверил и в землянку не пошел, Савельева пожимает плечами: «Ну так мы его знаем как облупленного. Какой он для нас “отец” Петр?»

Биография Петра Кузнецова хорошо известна и следователям, и его лечащим врачам. Ему 47 лет, работал инженером в «Пензаэнерго» и два раза попадал под суд за растрату. Три года назад, как рассказывает замглавврача пензенской психиатрической больницы Василий Сапегин, впервые попал на лечение с психическим расстройством. «Его уже тогда посещали бредовые идеи о конце света и собственной греховности», – утверждает психиатр, вспоминая, что Петра привезли к ним обросшего, грязного, с язвами на теле. «Он даже от еды отказался, питался отбросами», – говорит врач.

В местной епархии рассказывают, что конфликт между Петром и Церковью назрел давно. Еще в 2004 г. Кузнецова не приняли в один из монастырей, и тогда Петр «затаил глубокую обиду и объявил отсчет последнего дня перед вторым пришествием».

«Он высчитал, что конец света наступит весной 2008 года, когда в России, не выдержавшей натиска Антихриста, сменится десятый царь», – пересказывает учение Кузнецова глава «группы по урегулированию конфликта» Евгений Гусейнов. Он сам несколько раз общался с Кузнецовым и признает, что у того «есть харизма» и он умеет убеждать людей. «Послушаешь его – сам в землянку зароешься», – вполне серьезно признается Гусейнов.

НА СТРАЖЕ МИРОПОРЯДКА

Из одной трубы, там, где у отшельников под землей на пятиметровой глубине находится кухня, всю прошлую неделю вился дымок. Из другой – слышен монотонный гул голосов и отрывистые глухие удары. «Молятся опять», – объясняет Newsweek прапорщик Николай, которого милицейское руководство направило охранять землянку от журналистов.

«Я сам близко к трубе не подхожу: вдруг стрельнут», – объясняет милиционер, показывая многочисленные дырки на гофрированной трубе – следы от дроби. Это 10 ноября один из затворников, Виталий Недогон, заявив, что не будет вести переговоры с властями, два раза пальнул в трубу из охотничьего ружья. «Следующий выстрел будет в канистры с бензином. Тогда мы тут все взорвемся», – пригрозил мужчина. Потом, как признаются милиционеры, отшельники вели себя уже не так агрессивно и даже попросили, «если есть милостивые люди, чтобы иногда расчищать трубы от снега».

IMG_3133

«Ситуация патовая, – признался Newsweek высокий милицейский начальник. – Выманить из этой норы мы их не можем, а штурмовать землянку, пускать газ или подрывать вход рискованно – могут пострадать дети». У входа в пещеру круглосуточно дежурит наряд милиции. Прапорщик Николай, присланный из райцентра Беково, недовольно ежится на холоде: «Ну что это за дикари такие? Зимуй тут с ними, дожидайся конца света!»

Тем не менее, по данным Newsweek, оперативный штаб обсуждал вариант штурма землянки. «Вариант с газом рассматривался, – признается собеседник в правоохранительных органах. – Но сложно рассчитать его количество».

Недалеко от оврага стоит серый уазик с длинной антенной. Милиционеры уважительно называют сидящих там неразговорчивых мужчин в черных кожаных куртках «спецами». «Жучка к ним бросили, разговоры пишут», – уважительно указывает на «начальство» один из милиционеров.

Сами «спецы» заявили Newsweek, что они взрывотехники. «Да мы бы легко эту землянку вскрыли», – говорит один из них. По его словам, несколько дней назад ради эксперимента в соседнем овраге взорвали еще одну землянку, которую начали рыть отшельники. «Грунт тяжелый, глинозем, овраг поползти может – и всех завалит», – вздыхает взрывотехник. Теперь оперативники надеются, что «отшельники попросятся на волю сами». «Полного согласия между затворниками нет, – говорит один из представителей оперативного штаба. – В группе происходят конфликты, и возможно, что кто-то попросится наружу».

В милицейской будке шипит старенький магнитофон с той самой записью с «жучка» из землянки.

«В 4 часа они уже помолились, потом в 6 часов поели, на ужин была каша», – объясняют нехитрую предысторию очередного диалога милиционеры. Сквозь потрескивание из динамиков слышно, как под землей гремят посудой и тихо переговариваются.

– Ты зачем сюда тарелку поставила? Убери, ей здесь не место, – строго говорит женский голос.

– А где ей лежать? – без вызова отвечает другой, тоже женский.

«Они переругиваются из-за бытовых мелочей. Но в основном женщины, – с надеждой в голосе говорит дежурный лейтенант. – Через месяц они просто съедят друг друга».

До вечера пятницы из пещеры, вопреки ожиданиям властей, так никто и не вышел.

ПОКА ОНИ ЕДИНЫ

Даже если ситуация в Пензенской области разрешится благополучно, у нее будут далеко идущие последствия. А у Петра Кузнецова – более радикальные последователи. Ведь согласия нет не только среди пензенских сектантов, но и в самой православной церкви.

В пензенской епархии Newsweek передали список из 29 фамилий людей, которые добровольно ушли под землю. «Их сложно назвать сектантами», – считает отец Сергий (Лоскутов); хотя, по его словам, все единомышленники Петра Кузнецова порвали связи как с церковью, так и с государством. «Церковную иерархию они не признают, паспорта уничтожают. Кузнецов, конечно, вел их за собой, но уйти от мира эти люди были уже давно готовы», – сочувственно вздыхает отец Сергий.

В пензенском Успенском кафедральном соборе своим чередом идет служба. Батюшка перечисляет по присланному из епархии списку имена затворников: Василий, Татиана, Иулия, Сергий, а потом читает специально составленную архиепископом молитву о «Единстве православных христиан». «Господи помилуй, – вздыхает маленькая старушка, прихожанка храма. – Люди в землю живьем зарываются. Опять, никак, раскол у нас начался».

ПАВЕЛ СЕДАКОВ, ФОТО: МАКС НОВИКОВ

RUSSIAN NEWSWEEK

 

ПУТЬ ИСКУШЕНИЯ

Кто и когда уходил из Русской православной церкви

 

IMG_3130

XIV в. Стригольники

Стригольники Пскова и Новгорода стали первой сектой, отколовшейся от РПЦ. Название секта получила благодаря своему основателю – псковскому дьякону по имени Карп, стригшему волосы на темени по обычаю тогдашнего духовенства. Карп и его последователи сначала протестовали против пошлин, взимавшихся при посвящении в сан, а затем объявили недействительным священство и церковные таинства. Бунты, которые устроили стригольники, враждебно настроили к ним общество. Стригольники были преданы анафеме, большинство из них казнили. Карпа утопили в реке Волхов.

XV–XVI вв. Жидовствующие

Странное учение основано на смеси православия и иудаизма. Автором его был некто Схария, каббалист и астролог. Учение оказалось неожиданно популярным и тайно проникло из Новгорода в Москву, вплоть до ближайшего окружения царя. Приверженцами его стали несколько крупных церковных иерархов. Забивший тревогу игумен Иосиф Волоцкий (позже святой) добился трех церковных соборов, которые изобличили и осудили еретиков.

XVII в. Раскол, старообрядчество, беспоповщина

“Наставление благочиния церковного” – этот документ, принятый на церковном соборе 1666 г. по инициативе патриарха Никона, стал причиной глубочайшего раскола Русской церкви, продолжающегося до сих пор. Вполне оправданные исправления в церковной службе разделили верующих на два лагеря – старообрядцев и никониан. Старообрядцев ссылали в Сибирь, а само движение вскоре разделилось на поповцев и беспоповцев. Отрицая священство, брак и государственную власть, наиболее радикальные из староверов в своей убежденности дошли до массовых самосожжений. Те же, кто не был доволен ни старым, ни новым укладом, примкнули к “бегунам” – странствующим нигилистам неопределенного вероисповедания.

XVIII в. Хлыстовство, скопчество

Сочетая элементы вероучений западных мистических сект с русскими народными преданиями, хлысты считали воплощением Христа костромского крестьянина Даниила Филиппова и практиковали самобичевание. Жившие закрытыми общинами, разные направления хлыстов балансировали между крайней распущенностью и показным аскетизмом (скопцы). Государственные преследования сектантов не истребили движение, и 100 лет спустя самобытностью уцелевших хлыстов восхищались поэты Серебряного века.

XIX в. Духоборы, молокане

Духоборы, молокане, прыгуны и субботники образуют отдельную группу “духовных христиан”. Не признавая церковь и Библию, они призывали своих адептов объединяться в коммуны и строить Царство Божие на земле под пение псалмов. При Николае I наиболее лояльных государству духоборов и молокан переселяют в Закавказье, но попытка привлечь пацифистов-молокан на военную службу в 1895 г. приводит к массовой эмиграции движения в Канаду. В защиту духоборов высказывался Л. Н. Толстой, а позже – В. И. Ленин, оценивший эти своеобразные протоколхозы.

XX в. Советский период

Советская власть на первых порах сотрудничала с сектами в противовес официальной церкви. К 30-м годам развернулось их преследование. Проникшиеся апокалиптическими настроениями, многие сектанты отказываются от употребления цифр, не прикасаются к советским деньгам и газетам, отвергают введение паспортов – “печати антихриста”. Когда временный глава РПЦ митрополит Сергий принял декларацию о лояльности РПЦ большевикам, а потом без решения собора был объявлен патриархом, от Церкви отделилось движение катакомбников, или “непоминающих”. Большая часть катакомбников воссоединилась с РПЦ после избрания патриархом Алексия I. Однако некоторые группы продолжали настаивать на безблагодатности официальной Церкви и постепенно превратились в малочисленные секты, называвшие себя “истинно православными христианами” или “истинно православной церковью”.

1990-е. Нашествие зарубежных сект

На территории бывшего СССР “Аум Синрикё”, “Белое братство”, Церковь сайентологии, неопятидесятники и другие полностью подчиняют себе жизнь тысяч людей. Возникают и доморощенные секты (наиболее яркий пример – “Богородичный Центр”), которые начинают активно использовать православную символику, не имея при этом к РПЦ никакого отношения.

1990–2000-е. Борьба с “неообновленчеством”, религиозный фундаментализм. Полемика вокруг ИНН

В середине 90-х наиболее консервативные круги русского православия обвиняют ряд приходов и монастырей в ереси, экуменизме и отказе от церковнославянского языка. Во время этой полемики происходит формирование фундаменталистских православных организаций. В 2000 г. дальнейшее развитие фундаментализма связано с борьбой частью церкви против новых документов, штрих-кодов на продуктах, банковских карточек; одновременно от руководства РПЦ требуют прекращения контактов с западными церквями.

«Черный дельфин»: дорога в один конец

«Черный дельфин»: дорога в один конец

В тюрьме «Черный дельфин»  сидит почти половина от всех помилованных российских смертников: убийц, серийных маньяков и террористов.

В Соль-Илецке, под Оренбургом, есть две местные достопримечательности:  целебные соленые озера с лечебницей и тюрьма для пожизненно осужденных «Черный дельфин». Иногда их путают. Здание штаба колонии выкрашено ярко-розовой краской, на лужайке – фигурки дельфинов и крупные, почти с чайное блюдце, розы. Курортники принимают зону за пансионат, а молодожены даже пытаются здесь фотографироваться. Их вежливо выпроваживают. «Энергетика тут жуткая. На 700 заключенных – 4000 загубленных душ », – говорит Алексей Хальзунов из УФСИН по Оренбургской области.

С исправительной колонии №6, как официально называется «Черный дельфин», собираются брать пример. Министр юстиции Александр Коновалов заявил о грядущей тюремной реформе. Люди, укравшие мешок картошки, уйдут на колонию-поселение. Рецидивисты, убийцы и другие особо опасные преступники перейдут из бараков в тюремные камеры под видеонаблюдением. Фсиновцы говорят, что в таких условиях проще бороться с бунтами и переброской на зону наркотиков и ограничить контакт с охраной. Но это удовольствие не из дешевых. Во ФСИНе уже подсчитали: переоборудовать одно место для зэка стоит около 700 000 рублей. Такие деньги власти пока готовы тратить только на содержание самых опасных преступников.

В России – 1 509 осужденны пожизненно  и их число, видимо, будет только расти. Президент Медведев, например, предлагает давать пожизненные сроки особо провинившимся лидерам ОПГ. «У нас в новом блоке 124 места. Есть свободные [места] », – прикидывает начальник ИК-6 Александр Кандалов. На его визитке нарисована решетка и написано: «Кто не с нами, тот у нас». Первый этап ПЛС (пожизненно лишенных свободы) пришел в «Черный дельфин» девять лет назад. Сейчас там сидит почти половина от всех помилованных российских смертников: убийц, серийных маньяков и террористов.

В России не казнят уже 13 лет. Срок моратория истекает 1 января 2010 года, но смертная казнь не вернется, об этом уже объявили в Кремле. В любом случае, заключенным ИК-6 смертная казнь не грозит: им ее заменили пожизненным сроком, а закон обратной силы не имеет. Но выступления президента в «Черном дельфине» слушают даже более внимательно, чем радиопроповеди местного протестантского пастора. Мечтают о гуманизации. «Одни думают, что гуманизация – это когда их переселят в специальный поселок где-нибудь в Сибири, – рассказывает замначальника колонии по лечебно-профилактической работе Сергей Щербаков. – А другие говорят, что гуманизация наступит, когда им раздадут по надувной резиновой кукле ».

БЕЗ РОМАНТИКИ

За 255 лет существования Соль-Илецка здесь научились профессионально заниматься только двумя вещами: добывать соль и охранять заключенных. Последнее, кажется, довели до совершенства. Согнутого пополам осужденного заводят в комнату. Его руки скованы за спиной и подняты вверх. Конвоир пристегивает наручники к приваренному к полу табурету. «Здравия желаю, гражданин начальник! Осужденный Костарев Олег Владимирович, 1986 года рождения, осужден по статьям – 210, 222, 223, 167, 213, 205, 105-30. Убил 14 человек … »- скороговоркой рапортует заключенный.

Студент-химик Олег Костарев вступил в националистическую группировку «Спас», смастерил бомбу и в августе 2 006 года взорвал ее на Черкизовском рынке. Теперь Костарев сидит в новом корпусе тюрьмы на первом этаже. На внешней стене корпуса висит плакат, который может довести до слез любого зэка. Голубоглазая блондинка с ребенком на руках и подпись: «Тебя ждут дома». Но осужденные на пожизненное заключение этого плаката никогда не видели: по двору их водят с завязанными глазами.

Четырехэтажный корпус, построенный в 2006 году, составляет особую гордость администрации колонии. На него потратили 56 млн рублей. Одного железа ушло 108 тонн. Внутри непривычная для российских тюрем чистота. Зона не курит, табак здесь – табу. На полу плитка, на потолке вытяжки и сплит-системы. Массивные железные двери и «стакан» покрасили в голубой цвет. «Появилась некая эстетика», – улыбается замначальника колонии по воспитательной работе Алексей Трибушной. «Стакан» – это железная клетка посередине коридора, туда заключенного сажают, когда нужно войти в его камеру.

По коридору проходит резервная группа, которая выводит осужденных. Дежурный дает команду: «170-й – в исходную!» 170-й – это Костарев. Все, что происходит в коридорах и в камерах, видно на мониторе в комнате оператора. Вот осужденные замерли, подняли руки и вывернули ладони с растопыренными пальцами. «Между пальцев можно спрятать лезвие и резануть сотрудника по глазам, – объясняет Алексей Хальзунов. – Электричество включают на несколько часов в день, потому что можно бросить провод на решетку, чтобы сотрудника ударило током ». Такие случаи были в других колониях. В «Черном дельфине» учились на чужом опыте.

Прежде чем запустить нас в камеру, оттуда выводят и сажают в «стакан» двух постояльцев: террориста Зайнутдинова и людоеда Николаева. Их камера – три на четыре метра. Внутри – тюремный минимализм: аккуратно заправленная кровать, табуретка, стол. После подъема садиться на кровать запрещается. Можно сидеть на табуретке, читать книги за столом или ходить по камере взад-вперед. По словам правозащитников из Московской Хельсинкской группы, от осужденных на пожизненное заключение практически не поступает жалоб на жестокое обращение.

«В« Черном дельфине »самый жесткий режим и самые строгие порядки, – говорит уже Newsweek правозащитник Валерий Борщев. – На «вологодском пятаке» (зона для ПЛС на острове Огненный -. Ньюсуик) осужденные даже без наручников свои параши выносили ». Администрация ИК-6 и не спорит: законы жесткие, зато в камерах не параши, а унитазы, деревянные полы, горячая вода. А главное – нет побегов. За пределами камеры все передвижения только в наручниках, с заведенными за спину руками. В молельной комнате пристегивают только левую руку – правой крестятся. В душе наручники снимают, но моются за решеткой.

В ИК-6 нет никакой тюремной романтики и не работают воровские законы: бывший милиционер сидит в одной камере с бандитом, а насильник – с террористом. Все сами убирают свои камеры, и даже чеченский полевой командир Салаудин Тимирбулатов по кличке Тракторист, резавший российских солдат, послушно натирает до блеска медный кран умывальника. Те, кто не хочет выполнять требования, отправляются в изолятор. «Бунтовать смысла нет. Тем дальше от свободы », – говорит взрывник Костарев. В его характеристике написано: склонен к побегам, нападениям, владеет навыками рукопашного боя.

Когда в «Черный дельфин» привозили первых пожизненных, им надевали на голову мешок и прогоняли через строй с собаками. Сейчас мешки заменили на повязки. С виду все осужденные почти дрессированные. «Кто знает, что у него на уме. Осужденным терять нечего. Я честно предупреждаю сотрудников, что домой они могут не вернуться », – говорит начальник ИК-6 Кандалов. На психучете 161 осужденный. Случаются обострения – один накинулся на овчарку и стал душить. Собака потом сошла с ума. Другой отказывался вставать с койки, утверждая, что у него украли ночью ноги. Тихие закатывают концерты – поют песни.

На пищеблоке полковник Трибушной заглядывает в громадный чан, в котором варились первые блюда: «Так, чем сегодня кормят в ресторане «Черный дельфин»?».  Обед уже разлили по пластмассовым мискам и разнесли по камерам. Повар Андрей, осужденный за кражу сотового телефона  вспоминает, что готовили рыбный суп из потасу и кашу с овощами и мясом. «Ну, а компоты, какие вы варите компоты? – допытывается Требушной и сам же отвечает. — И сливовый, яблочный. И арбуз даже давали”.

 

ОДНА ДОРОГА
До революции в Соль-Илецке сидели каторжане. После революции —  спекулянты табаком, грабители, убийцы, политические — подследственные МГБ и НКВД. В 1965 – появились «полосатики» особо опасные рецидивисты, больные туберкулезом. «Был у нас зык —  Баталов Иван Кузьмич. Он  сел в 1934 году за конокрадство. В 41 году сбежал, через его 3 дня поймали и добавили срок, — вспоминает председатель Совета ветеранов ИК Виктор Матвеюшкин. —  Уж  очень этот Баталов хотел посмотреть, как на воле живут. Говорил, что ему даже квартиру дадут и пионеры будут зубы чистить. Я ему отвечал: ага, начистят прямо на вокзале». Увидел ли Баталов на свободу не известно — в 1995 году 85 летний старик ушел на строгий режим в Новосибирск.
А в 2000 году после объявления моратория на смертную казнь в Соль-Илецк привезли первый этап ПЛС. Здесь у всех статьи за убийство, разница только в количестве трупов. Осужденный Муханкин, назвав себя учеником Чикатило, убил восемь человек. Осужденный Ершов сбежал из армии и убил 19 человек, перерезав им горло. Олег Рыльков из Тольятти изнасиловал 37 малолетних девочек и четырех детей зверски убил. Ахмед Исмаилов осужден за взрыв здания правительства в Грозном – там погибли 83 человека.

Людоед Владимир Николаев, убивший и съевший двух человек, с утра не в духе. «Нет чая, нет конфет, какое тут настроение», – хмуро бурчит он, разглядывая свои синие от наколок пальцы. В колонии говорят, что Николаев подхватил звездную болезнь. Раньше просил за интервью гонорар, теперь – клянчит сласти. Получив обещание, что конфеты будут, осужденный начинает охотно рассуждать о смертной казни. Вообще-то он против «вышки», но лично для себя сделал бы исключение: «Мне хоть расстрел, хоть сожжение на костре. Через десять лет все равно помрешь ». Обитатели «Черного дельфина» надеются оказаться на свободе, но признаются, что пожизненное заключение порой хуже смерти.

Почти все они совершали свои преступления на трезвую голову. Михаил Иванцов из ревности убил беременную жену. В соль-илецкой тюрьме он уже восемь лет. «Это и есть для меня высшая мера. Нет мне прощения », – тихо говорит бледный мужчина. Теперь он написал письмо начальнику колонии – добивается встречи с сыном. Сыну 15 лет, а он уже получил срок – пять с половиной лет. «Чтобы попасть к отцу, он решил, что ему надо убить троих. Его надо остановить », – пишет в письме Иванцов.

Библиотекарь Сергей Хаметов, сидящий сам на строгом режиме, рассказывает, что осужденные выписывают газет и журналов почти на 250 000 рублей, но самая популярная книга – Библия. Почти все стали верующими. «Их больше всего интересует, простит ли их Бог, – рассказывает пастор церкви меннонитов Виталий Мокрушин. – Мы говорим: да. Но всем остатком своей жизни вы будете искупать вину ».

Кроме веры на зоне есть еще одно спасение. Это работа. Осужденные «Черного дельфина» шьют обувь – тапочки, армейские берцы, туфли и даже войлочные сапоги «прощай, молодость». На каждой паре – эмблема «Черного дельфина». Это уже бренд. По словам замначальника колонии Алексея Трибушного, когда цех только открывался, шить умели только двое, но конкурс был 100 человек на место. Сейчас работают 300 осужденных.

В зоне есть даже своя художественная мастерская. Реставратор Андреев, осужденный за тройное убийство, за решеткой написал 239 икон. Они находятся в церквях, частных коллекциях и даже в собрании шведской королевы. «Краски готовлю по рецептам, старинным Добавляю, например, мед. Жаль, нет возможности добавлять водку », – переживает он.

Его дело даже тюремщики называют «очень запутанным», намекая, что его приговор – одна из роковых судебных ошибок. Андрееву повезло: от него не отворачивались родные, его поддержало дворянское собрание Петербурга, к нему по-человечески относится администрация. Для многих его соседей по корпусу пути назад нет. Один осужденный (администрация просила не указывать его фамилию) спустя много лет в тюрьме написал родственникам жертв покаянное письмо. В ответ ему пришла фотография двух убитых детей с подписью: «Сдохни, мразь!»

Пожизненное заключение – это смертный приговор, растянутый во времени. Первые годы смертность среди осужденных была высокая – 20-30 человек в год. В последнее время умирают по три-пять человек. В этом году похоронили двоих. Зона почти победила туберкулез. «Самое главное достижение, – говорит врач Сергей Щербаков, – они у нас психоустойчивые». Раньше, по его словам, осужденных мучили галлюцинации и кошмары: окровавленный топор, запертая в подвале мать. «Сейчас у них хорошие эротические сновидения, крепкий сон, – уверяет врач. – Ни инфарктов, ни параличей ».

Один из таких психоустойчивых – Олег Костарев. Он говорит, что его совершенно не мучают кошмары. «Я даже фотографии не смотрел [погибших], чтобы у меня это никак не отразилось в голове», – признается он. В тюрьме Костарев хочет выучиться на юриста: «Выходят постоянно новые законы. Шансы есть, что пожизненное заменят на обычный срок ».

Костареву всего 23 года. При пожизненном сроке порядок такой: первые десять лет – на особом режиме с минимумом передач и двумя свиданиями, потом – смягчение режима: разрешат получать больше передач и длительные свидания. Через 25 лет, если за последние три года не будет замечаний, заключенного могут перевести в колонию строгого режима. И уже оттуда он может добиваться условно-досрочного освобождения. Первые из осужденных на пожизненное заключение теоретически могут освободиться в 2014-2015 годах. При этом в неофициальных беседах сотрудники ФСИН намекают: серийные маньяки, убийцы-педофилы на свободу не выйдут.

В трех километрах от Соль-Илецка в чистом поле стоят ряды одинаковых ржавых табличек с номерами – это тюремное кладбище. С недавних пор родственникам разрешают забрать тело. Или поставить крест. Под одним из них лежит Валерий М. В «Черном дельфине» рассказывают такую историю: на парня нажали бандиты, он написал заявление в УБОП, и милиция обещала прислать группу. Вечером подъехал «Мерседес» – внутри мужчины в гражданке. Парень был на нервах – вышел и разрядил карабин. Оказалось, что в «Мерседесе» были оперативники. Когда М. об этом узнал, сам потребовал для себя расстрела, но попал в «Черный дельфин» и умер своей смертью.

Павел Седаков, фото: Макс Новиков Newsweek

Террорист Олег Костарев: «Я сам человек неконфликтный»

Доклад. — «Здравия желаю гражданин начальник! Осужденный Костарев Олег Владимирович, 1986 года рождения, осужден по статьям – 210, 222, 223, 167, 213, 205, 105 — ст. 30 УК РФ. Убил 14 человек». 15 мая 2008 года московским городским судом приговорен к пожизненному лишению свободы. Вопросов жалоб, заявлений к администрации нет».

Справка: 21 августа 2006 года на Черкизовском рынке в Москве прогремел взрыв, в результате которого погибли 14 человек. Взрывное устройство изготовил студент Российского химико-технологического университета Олег Костарев, являвшийся членом националистического военно-спортивного клуба «СПАС». 21 августа Костарев вместе с Ильей Тихомировым оставил сумку с бомбой возле общественного туалета на Черкизовском рынке и привели взрывное устройство в действие. Приговором суда Костарев и Тихомиров, а также лидеры СПАСа Николай Королев и бывший прапорщик ФСБ Сергей Климук получили пожизненные сроки лишения свободы.

— Сколько вам сейчас лет?

— Мне сейчас 23 года.

— Когда вы были этапированы в «Черный дельфин»?

— Приехал в данное учреждение 30 апреля.

— Какие были первые впечатления?

— Ждал худшего.

— Вы сразу приняли требования, правила внутреннего распорядка?

— Я приехал сюда уже подготовленный. В Москве я содержался с пожизненно осужденными – и знал то, что мне надо будет знать. Меня учили докладу. Вот меня сюда завели и сказали представиться. Я сделал доклад, который учил. Потом [учили] заправлять кровать правильно, чтобы красиво было. У меня проблем больше, конечно, с постелью, но сейчас адаптировался.

— Были попытки протеста?

— Я человек неконфликтный. Тем более это же законные требования. Я и на других изоляторах нареканий не имел. В изоляторе на Бутырском валу (Бутырке), там, конечно, похуже и условия содержания и питания. Там камеры давно не соответствуют стандартам. Здесь деревянный пол, унитаз, горячая вода. В Бутырке ее просто выключали.

— Кто вы по специальности?

— Я закончил три курса по специальности редкие и рассеянные элементы, ближе к ядерной физике. Но вообще-то, я химик.

— А в деле какую роль играли?

— Изготовление взрывчатого вещества. И непосредственно как исполнитель.

— Вы сами изготовили взрывное устройство?

— Принципы изготовления давно известны. Новое то, что вещество, которое мы использовали, это консервант для муки.

— Причина взрыва была межнациональная ненависть?

— У Королева (лидера СПАСа) был конфликт с хозяином кафе на Черкизовском рынке. Он предложил его взорвать. У нас была группа из 30 человек, которую разбили [по уголовным делам]. В нашу группу вошли 8 [человек]. Непосредственно на рынке участвовало 5 человек.

— Вы давно состояли в СПАСе?

— С февраля 2006 года. Полгода.

— Чем занимались?

— Рукопашным боем, стрельбой из пневматики, ножевым боем.

— А минно-взрывное дело?

— Взрывное дело (улыбается)… ну это для особенных.

— Члены СПАСа, действительно, старообрядцы?

— Большинство в камере принимают старообрядчество.

— Вы сами себя называли неонацистами?

— Нет, у нас даже со скинхедами конфликты были, с Тесаком (Максим Марцинкевич, лидер группировки наци-скинхедов «Формат-18).

— Так почему взрыв решили устроить именно на Черкизовском рынке?

— Здесь скорее не националистическая идея была, а то… Сейчас говорят[по радио], что на рынке торговля людьми шла, и контрабанда наркотиков. Больше всего наше государство страдает из-за контрабанды наркотиков, из-за контрабанды оружия. Мы на Матросской тишине содержались в камерах с распространителями наркотиков, которые приобретали наркотики килограммами на Черкизовском рынке.

— Когда вы находились в СИЗО, испытывали ли вы давление со стороны «пиковых», авторитетов-кавказцев?

— Естественно, не без этого. Здесь зависит от того, кто с кем попал. Есть люди здравые, которые понимают, что в тюрьме конфликты никому не нужны.

— Почему, как вы считаете, у неонацистов меняется тактика и способы борьбы? Вместе нападений на гастарбайтеров чаще взрывают и поджигают отделы милиции, прокуратуры?

— Кто такие гастарбайтеры от них же ничего не зависит! Люди стараются больше воздействовать на власть.

— Как у вас день строится в «Черном дельфине»?

— Подъем в шесть утра, заправка кроватей, после чего 10-тиминутная зарядка. Уборка камеры и завтрак. После завтрака — личное время до 8 утра. С 8.00. начинается проверка. Меняется постовой, приходит новая смена. Проверяют камеру. После этого у нас личное время идет до обеда. Нас посещает врач, в определенное время библиотекарь. После обеда начинается прием по личным вопросам: в администрации или у начальника. После обеда у нас опять уборка камеры и личное время до ужина.

— Радио слушаете?

— Так точно. По выбору – «Радио России» или «Европа плюс».

— Что вы читаете?

— Книги из библиотеки, в основном классику. Еще читаю «Российскую газету» — слежу за законодательством, либо юмористические издания.

— Получаете письма с воли?

— Да, постоянно. Пишут друзья и родственники. С передачами у нас ограничение по закону, но магазин у нас есть.

— Чем вас кормят и сколько раз в день?

— Завтрак — каша, яйца, молоко, хлеб. Обед – суп с мясом, каша с мясом, хлеб, кисель. В ужин – рыбу, кашу, чай.

— Какую книгу сейчас читаете?

— Сейчас читают Шерлока Холмса. Недавно прочитал «Унесенные ветром», где рассматривался вопрос об отмене рабства в южных штатах Америки.

— Не секрет что на зонах и в СИЗО очень сильные воровские порядки? А здесь такого нет?

— И не будет.

— С кем в камере находитесь?

— С осужденным, который сидит уже 17 лет. По статье убийство. Убил собутыльников.

— Как отношения строятся?

— Нормально. Я сам человек уживчивый, неконфликтный.

— Хотели бы здесь работать?

— Пока я не могу работать, поскольку не прошел срок для адаптации. А так здесь есть работа, сам я работать не против. Просто я собираюсь учиться через год, на юриста. Заочно, дистанционно.

— У вас страшный срок. На что надеетесь?

— Выходят постоянно новые законы. Сейчас статья о терроризме изложена в новой редакции. Можно на этом основании получить какое-то снисхождение. Либо впоследствии, со временем написать письмо президенту о помиловании. Шансы есть, что заменят [пожизненное] на обычный срок.

— Раскаивались ли вы в совершенном преступлении?

— Я придерживался позиции, что мы убивать никого не хотели. Мы настаивали на открытом процессе. Мы были за открытый процесс. Мы хотели выразить свою позицию, но нам не дали.

— Сны снятся, снятся ли кошмары?

— У меня такого нет. Я сам по себе человек не слишком впечатлительный. Я даже фотографии не смотрел их (погибших), чтобы у меня это никак не отразилось в голове.

Киллер Сергей Бабков: «Каждый день ближе к свободе»

Доклад: «Здравия желаю гражданин начальник. Докладывает осужденный Бабков Сергей Владимирович 1963 года рождения, осужденный по статьям 210, 163 126, 111, 105, 222 УК РФ. Убил восемь человек. 2007 года приговорен Верховным судом к пожизненному лишению свободы».

Справка: Сергей Бабков входил в ОПГ «Тагирьяновские» из Набережных Челнов. Подсудимые обвинялись в совершении 23 убийств, 8 похищений людей с целью получения выкупа. Из 16 подсудимых — четверых суд приговорил к пожизненным срокам, в том числе лидера группировки 41-летнего Эдуарда Тагирьянова. Остальные подсудимые получили от 5 до 25 лет лишения свободы колонии строгого режима.

— Сколько вам лет?

— 36 лет исполнилось. Встретил здесь 6 сентября свой первый день рождения.

— Когда вы были этапированы в «Черный дельфин»?

— Прибыл 30 июля этого года. До этого содержался в первом изоляторе города Казани.

— Какие были впечатления?

— Я не знаю, как описать эти ощущения. Особой приятности в том, что пожизненное лишение свободы, нет.

— Где родились? У вас есть семья?

— В Набережных челнах. Ребенок, жена, мама, брат.

— Пишут письма?

— Никого не потерял, с кем общался, с теми и общаюсь.

— За что вы были осуждены?

— Осужден за бандитизм. Была группа лиц, совершали преступления. Был договор с прокуратурой, что пожизненного не будет. Был сговор со следствием. Это долгая история, я из этого сговора вышел, стал писать жалобы на следствие. Мне сказали – что если не откажешься от жалоб, получишь пожизненное. А пожизненное было за что: на мне двойное убийство. Я с первых дней, как попал под стражу, был вынужден вступить в сговор: как они скажут, так я и делал. Мне представляли свидания в домашней обстановке. А когда понял, что слишком много они захотели, от всего от этого отказался. Были и есть документальные показания, что я не совершал преступления. Никто не хочет расследовать. Надеюсь все равно добиться справедливости.

— Здесь вы бы хотели работать?

— В настоящее время есть чем заняться. Я подал явку с повинной, будет расследование. Вывезут на следствие. Если чему-то обучаться — надо время, а есть ли смысл, если увезут? Непонятно — приеду или не приеду.

— Что читаете?

— Юридическую, духовную литературу.

— Чего вам не хватает?

— Все в рамках закона. От меня, то есть оттого, что я прошу, ничего не будет зависеть.

— Вас пугает пожизненный срок?

— Были надежды, что пожизненное не вынесут. Надеюсь, что заменят срок. По приговору мне предъявили 8 человек. А те, у кого по 14 убийств, получили 18 и 20 лет, потому что остались в сговоре. Один из них был организатором части преступлений.

— Кого убивали?

— У меня лично два трупа. Один – генеральный директор «Камаз металлургия». Было похищение, требовали 1 миллион долларов.

— Сколько человек входило в состав ОПГ? Кто был лидер?

— 16. Одного из них сделали свидетелем. Лидером сделали Тагирьянова, а на самом деле тот, который 18 лет получил – Безуглов.

— Как группировка называлась?

— Как такового не было названия. Была группа друзей. Мы познакомились по месту работы. Потом начались должники и так далее.

— Вы за смертную казнь?

— Я против. Преступность как была, так и будет.

— Пожизненное лишение свободы достаточно суровое наказание?

— Думаю, что да.

— Что страшнее всего в пожизненном заключении?

— Осознание, что на всю оставшуюся жизнь останешься здесь. Я уточню: маньяки и педофилы действительно заслуживают смертной казни. Я себя не сравниваю с маньяком.

— Как ваш день строится?

— Каждый день? Ближе к свободе.

Людоед Владимир Николаев: «Сам я пельмени не делал»

Доклад: «Здравия желаю, гражданин начальник! Осужденный Николаев 1959 года рождения. Осужден по статьям 105, 152, 162 УК РФ. Убил два человека. В 1997 году приговорен к смертной казни. В 1999 году указом президента смертная казнь была заменена на пожизненное лишение свободы».

Справка: Житель Новочебоксарска Владимир Николаев убил двух мужчин-собутыльников, затем использовал их мясо в пищу. Часть мяса отнес на рынок и обменял на спиртное.

— Как настроение?

— Плохое. Будут чай, конфеты, будет хорошее настроение.

— Ладно. Сделаем.

— Тогда хорошее настроение.

— Как вы думаете, Николаев, нужно ли опять вводить смертную казнь?

— Смертная казнь ни к чему. Мне заменили смертную казнь [пожизненным заключением] как альтернативу. Ельцин заменил. У меня от этого радости нет никакой.

— Когда поступили в «Черный дельфин»?

— В январе 2001 года.

— Какие ощущения?

— Режим жесткий сам по себе. Один день похож на другой.

— Как кормят?

— Нормально. Как кормили, когда приехали и как сейчас кормят, — небо и земля. Сейчас лучше.

— Письма получаете?

— Приятель пишет. А родственников нет.

— Чем занимаетесь в свободное время?

— Читаю детективы.

— Что Вас заставило съесть человека?

— Я даже сам себе не могу объяснить. Я убил. Потом просто расчленял. Хотел его похоронить. А тут что-то мне в голову ударило, решил попробовать – машинально получилось – от ляжки кусок отрезал и отварил. А второго – также расчленил и по городу раскидывал. Сам я пельмени не делал. Только на суде узнали, что из этого мяса пельмени делали. Одногодки мы с убитыми были.

— До этого сидели?

— Да я трижды судим. Хулиганка в основном. Первый раз сел в 21 год, в 1980 году.

— Вас называют людоедом. Вы сами себя воспринимает как каннибал?

— А чего мне воспринимать! Нормально воспринимаю. Корреспонденты из меня делают маньяка, а у меня маньякового ничего не было. Обыкновенное преступление – взял попробовать.

— Ну, это не обыкновенное преступление.

— Это неординарное преступление. Поэтому оно в глаза и бросается.

— Вы фильм смотрели «Молчание ягнят»? Интересовались темой каннибализма?

— И в голову не приходило. Экспромтом получилось.

— Отношения нормальные с сокамерником?

— Да, а что нам друг другу бояться. Все убийцы сидят. Это уже пятый или десятый сокамерник (их меняют).

— Так вы против смертной казни?

— Вообще против, но лично для себя за.

— Вам не страшно так уходить из жизни?

— А что страшно? Рано или поздно все равно помрешь. Через 10 лет все равно помрешь, смысл какой.

— Какой вид казни вы бы выбрали: расстрел, инъекция, электрический стул?

— Хоть расстрел, хоть сожжение на костре, какая разница. Смертная казнь — она и есть смертная казнь. Если маньяк – его и смертная казнь не остановит. Он маньяк – как убивал, так и будет убивать.

— Надеетесь оказаться на свободе?

— Ну, а почему бы и нет. Лет 25 отсижу, а там видно будет.

— Чем вы займетесь, если выйдите на свободу?

— Тяжело сказать, что будет через десять лет. Если бы вышел прямо сейчас, когда мне 50 лет, то можно было заново жизнь начать, пожениться и туда-сюда. А если выйду в 65 лет, уже песок будет сыпаться, – только в дом престарелых.

— А раскаяние было?

— Ну, как, конечно, оно есть. Такое преступление совершил (улыбается).

— Кошмары не мучают?

— А чего они будут мучать. Я и сплю хорошо.

Устрица на вырост

Устрица на вырост

Бывший полковник ФСБ Александр Ежель построил бизнес на морепродуктах с выручкой 258 млн рублей. Запрет на ввоз устриц из Европы позволит заработать ему еще больше

Кирпичный склад на территории бывшей Красногорской птицефабрики пахнет морем. В трехкубовых резервуарах с холодной водой в состоянии спячки пребывают сахалинские устрицы, мидии с Белого моря, дальневосточные гребешки. Александр Ежель, основатель группы компаний «Жемчужина», достает из воды несколько увесистых устричных раковин, вскрывает их специальным ножом и предлагает попробовать. Сочная мякоть тает на языке, оставляя послевкусие огурца и ореха.

«Не правда ли, освежает?» — спрашивает Ежель. Он уверяет, что устрицы выловлены в декабре прошлого года, но на вкус — будто вчера. Бывший офицер не только наладил масштабную добычу съедобных моллюсков на Дальнем Востоке (300 т в 2014 году), но и придумал, как продлить их жизнь с помощью емкостей-передержек. Помимо морепродуктов «Жемчужина» продает аквариумы-витрины для ресторанов и устричных баров, выручка группы за прошлый год составила 258 млн рублей.

Запрет на ввоз европейских устриц открыл перед Ежелем новые возможности — на Черноморском побережье он собирается открывать устричные хозяйства. «Помните, как разбогател Форрест Гамп? После того как ураган разбил лодки конкурентов, он стал монополистом на рынке ловли креветок, — рассуждает предприниматель. — Для себя я понял две вещи: бери от природы и торгуй дефицитом — тогда товар сам себя будет продавать».

В начале 2000-х Александр Ежель в звании полковника ФСБ закончил службу в мурманском поселке Кандалакша и гадал, чем бы заняться на пенсии. Одно время он вязал на продажу веники для бани, но успешную идею ему подсказало море. Рыболовы, торгующие крабовым мясом, обычно брали у пойманных крабов только первую фалангу — самую крупную и ценную. Ежель решил поставлять ресторанам и консервным заводам менее дорогие остатки — так называемую «розу» (плечевую часть) и колено. В 2004 году он приехал в питерский «Сегун», один из самых известных японских ресторанов города, и уговорил повара сделать ролл из «розы».

«Владелец ресторана попробовал и остался доволен, — рассказывает Ежель. — Повара начали рекомендовать меня друг другу».

В подмосковном Зеленограде Ежель открыл цех для переработки и фасовки камчатского краба. Он закупал краба по $3–7 за килограмм, отдавал мясо по $30. Объем переработки доходил до 150 т в месяц. Но конкуренция среди продавцов крабового мяса обострилась, и Ежель в 2007 году переключился на добычу устриц, гребешков и мидий на Дальнем Востоке, где когда-то служил. Дикая устрица крупнее и мясистее французской, выращенной в опресненном водоеме. Однако в середине 2000-х, вспоминает управляющий сети ресторанов Porto Maltese Михаил Демин, на рынке морепродуктов ни сахалинских, ни магаданских устриц в продаже не было.

Основатель «Жемчужины» оформил лицензию на промысел дикой устрицы в объеме 200 т в год. Сбор мидий после отлива разрешения не требовал. В Приморье он нанимал группы из местных водолазов, добытые морепродукты на грузовых самолетах переправлял в Подмосковье. Предприниматель, как и прежде, лично презентовал свой товар рестораторам, давая сортам диких устриц собственные названия: «хасанская», «соловьевская» и т. д. По словам Ежеля, за 2007 год он продал 30 т моллюсков на сумму 50 млн рублей.

Но свежевыловленные морепродукты — товар скоропортящийся. Как сохранить их в живом состоянии максимально долго? Ежель экспериментировал, загубил, как он говорит, немало ракушек и в итоге додумался наполнять резервуары морской водой с постоянной температурой +4°C. При такой температуре устрицы, мидии и гребешки впадают в спячку и могут жить до года.

Чтобы сэкономить на накладных расходах, Ежель оборудовал передержки прямо на местах добычи: четыре комплекса поставил в Магадане и по два — на Сахалине и во Владивостоке. Бывший поставщик французских устриц Андрей Куспиц вспоминает, как на встрече с председателем Совета устрицеводов Франции владелец «Жемчужины» рассказал о своей технологии: «Французы очень удивились. Говорили, что Ежель это придумал, потому что никто прежде не задавался таким вопросом» (у французских устриц всегда был гарантированный быстрый сбыт).

Ежель еще и догадался извлечь дополнительную выгоду из своего открытия. Он организовал на аутсорсинге производство аквариумов-витрин из полипропилена, в отдельных ячейках которых можно поселить 200–500 кг морских обитателей: крабов, устриц, мидий, лобстеров, гребешков (предприниматель уверяет, что сам разработал конструкцию, поддерживающую нужную температуру). «Для рестораторов это было настоящее открытие», — замечает Михаил Демин из Porto Maltese. Французских устриц после доставки полагалось употребить в течение 10 дней, поэтому их возили в Москву небольшими партиями три раза в неделю.

Первые аквариумы Ежель устанавливал бесплатно при условии, что морепродукты ресторан будет брать только у него. Все девять ресторанов Porto Maltese до сих пор являются клиентами «Жемчужины». Рязанский ресторатор Рамиль Мамиев, открывая в 2012 году «Устрицы и танцы», приобрел у Ежеля аквариум за 680 000 рублей — тот окупился за 1,5 месяца. «Это была бомба! — восторгается Мамиев. — Четверть оборота ресторана составляли живые морепродукты». Московский White Rabbit после установки аквариума, по словам Ежеля, увеличил продажи с 80 кг французских устриц в месяц до 800 кг русских. В White Rabbit эти цифры не комментируют, поскольку сменили поставщика устриц. «Продажи морепродуктов у нас реально выросли. Правда, Ежель утверждал, что они сохраняются в аквариуме год, а у нас выходило два-три месяца, — говорит шеф-повар крупного краснодарского ресторана. — Нам пришлось переделывать фильтрационную систему, и от его устриц мы отказались».

Несмотря на отдельные промахи, производственный бизнес стал ведущим у «Жемчужины». Продано 2700 аквариумов-витрин, 850 из них установлены в столичных ресторанах и сети «Глобус Гурмэ».

Сбыт налажен и за границу — в Австрию, Данию, Францию, Марокко, Таиланд.

В 2013 году, за год до введения санкций, он начал ввозить устриц из Франции. «До эмбарго Ежель был моим лучшим дистрибьютором», — отмечает совладелец французской компании Zory Глеб Орликовский. Импорт приносил «Жемчужине» около $2 млн годовой чистой прибыли. Соответственно, столько она теряет от запрета. Было бы логично увеличить добычу диких устриц в России. Александр Ежель, наоборот, хочет снизить ее в 10 раз. Он ссылается на экологию: «До эмбарго на русские продукты мало обращали внимания. Теперь слишком большая конкуренция, и велик риск ущерба для природы». На деле выращивание устриц перспективнее трудоемкого и нестабильного вылова. У Ежеля опыт есть — одно время он арендовал устричные хозяйства на Шри-Ланке, во Франции, Марокко.

Для будущих хозяйств Ежель присмотрел 72 места на побережье Краснодарского края и в Крыму. В этом году он готов инвестировать $580 000 в установку садков. Выращивание устриц из молодняка займет полтора-два года. Зато при себестоимости $2,5 за килограмм их можно будет продавать со 100%-ной наценкой. Если все пойдет по плану, то уже в 2015 году хозяйства «Жемчужины» вырастят 100 т устриц — это более 20% годового импорта устриц в Россию до эмбарго.

«Мы пробовали диких устриц с Дальнего Востока, впечатления были сдержанными, — комментирует ресторатор Андрей Деллос. — Но я приветствую эксперименты на Черном море. Вопрос, какого качества можно добиться. Но тема эта важная. Устрицы у русского человека, можно сказать, в крови с XIX века».

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ФОТО ЮРИЯ ЧИЧКОВА ДЛЯ FORBES

ИСТОЧНИК: FORBES

Ферма для жизни

Ферма для жизни

Новая волна фермеров — горожане с опытом в бизнесе. Они не ждут помощи государства и не гонятся за рекордным урожаем. Есть ли перспективы у их проектов?

«Чем выше была должность, тем меньше она приносила удовольствия. А то, что приносило деньги, не приносило радости », – вспоминает свою прошлую жизнь фермер Павел Тарасов, бывший заместитель директора по финансам московского филиала дорожно-строительной компании« Автобан ». Семь лет назад он обосновался в Заокском районе Тульской области.

На своей ферме «Болотово» Тарасов выращивает без химикатов и удобрений овощи и зелень для ресторанов и фермерских магазинов. В отличие от жены, которая так и не рискнула совсем перебраться в деревню, Тарасов легко переносит отсутствие привычных городских удобств. Но вот спутниковый интернет ему необходим как воздух: посреди двора на столбе висит тарелка, Регулярно обновляет биоферма страничку в Facebook.

Добродушный бородач Тарасов – типичный представитель нового класса фермеров, горожан с успешной предыдущей карьерой, для которых сельское хозяйство одновременно и образ жизни, и бизнес-проект с высокой маржой.

Новые аграрии, в отличие от фермеров первой волны, толчком для переселения которых из городов на землю стала программа господдержки тысяча девятьсот девяносто одна года на 1 млрд рублей («силаевский миллиард»), не слишком рассчитывают на помощь властей, активно используют интернет для продвижения и не гонятся за рекордными урожаями.

«Городские фермеры – совсем не конкуренты традиционным, у них нишевой бизнес. Хотя возможностей для сбыта у фермеров новой волны больше – они знают городской менталитет, их пиарят соцсети », – отмечает глава« Союзмолока »Андрей Даниленко, основавший фонд« Русские фермы »еще в 1 993 году. По оценкам, ЕГО органические продукты (именно на таких продуктах для тех, кому важно здоровое питание, специализируются Павел Тарасов и другие фермеры-горожане) могут занять максимум 10-15% рынка. «Но пока не принят закон об органическом земледелии, тут большой простор для шарлатанства. Неясно, что есть органика, что нет », – добавляет Даниленко.

СЕМЕЙНЫЙ ФЕРМЕР

Видавший виды чемодан с наклейкой «Хрупко» медленно едет по ленте транспортера в багажное отделение Аэропорта Шарль-де-Голль. Двое мужчин пристально следят за его движением. «Если с ними что-то случится, я тебя покусаю», – шепотом предупреждает своего спутника фермер Дмитрий Климов. Тот абсолютно спокоен: до ввода продуктовых санкций Андрею Куспицу, совладельцу французской компании Зори – поставщика морепродуктов в Россию, приходилось перебрасывать через границу устричный спат – молодняк для развода. На этот раз в обклеенном поролоном отсеке чемодана в Москву летели 120 утиных и куриных яиц, купленных Климовым в Гаскони за € 500. Птица: Стала европейская основой стартовавшего в Мае Этого года проекта «Вольный выгул», который Климов реализует совместно с соседом, фермером Александром Почепцовым, бывшим программистом. «Мне надоели серость и убогость, свойственные сельскому хозяйству в России. Хочется привнести в свой ​​бизнес что-то европейское, отлаженное, организованное », – говорит Климов.

Обладатель диплома журналиста-международника МГУ раньше зарабатывал антикризисным пиаром. Свой бизнес на земле он начал в 2 010 году. Первый опыт оказался не слишком удачным – Климов с партнером вложили $ 350 000 в выращивание цесарок. Африканская курица крупнее обычной, и бизнес-план сулил радужные перспективы. Но москвичи экзотику не оценили, проект не взлетел. Из 5000 цесарок в месяц продавалось не больше 50.

Отчаявшись, Климов выставил бизнес на продажу, а сам уехал в Гондурас – «для перезагрузки». И действительно, вернулся с новой идеей: дорогую птицу надо продавать тем, кто уже распробовал фермерские продукты и готов платить за них больше, чем за обычные. Объявив краудфандинг на сайте фермерского кооператива LavkaLavka, он собрал 100 000 рублей на новый птичник.

В ресторан и магазины проекта LavkaLavka Климов поставляет сейчас до 40% своей продукции. И для многих других фермеров, с которыми пообщался Форбс, LavkaLavka, созданная пять лет назад бывшим журналистом «Афиши» и «Сноба» Борисом Акимовым, – основной канал сбыта и продвижения. На своем сайте, на поддержание которого в месяц тратится около 1 млн рублей, кооператив подробно рассказывает про каждого из поставщиков. Свой шестой магазин в Москве LavkaLavka открывала на деньги фермеров.

 

Дмитрий Климов выращивает в Подмосковье гасконских уток под фуа гра-Дмитрий Климов выращивает в Подмосковье гасконских уток под фуа-гра

Цены на фермерские продукты в LavkaLavka даже по московским меркам высокие. Так, целиком индейка от Климова в интернет-магазине кооператива продается по +1080 рублей за кг, бедро индейки – по 1490 рублей за кг, цыпленок

подрощенный – по 675 рублей за кг. Бориса Акимова, который в 2013 году и сам стал фермером, разница в ценах даже с премиальными сетями вроде «Азбуки вкуса» не смущает – его клиенты готовы платить за здоровое питание. «У нас наценка 100% от цены фермера – фермер сам формирует цену и может ее снизить или увеличить, – поясняет Акимов. – Мы хотим, чтобы фермерских продуктов было гораздо больше – будет конкуренция, станут снижаться цены ».

В обычных торговых сетях, по данным Ассоциации крестьянских хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов (АККОР), доля фермера в конечной стоимости продукта на полке в два раза ниже – около 25%. В прошлом году, замечает Ольга Башмачникова, заместитель директора АККОР, себестоимость сельхозпродукции у фермеров увеличилась на 40%, а в животноводстве – до 70% из-за роста цен на корма. А вот отпускная цена выросла незначительно. Два года назад ассоциация опросила 4000 фермеров, и 70% респондентов своей основной проблемой назвали сбыт. «Им просто некогда этим заниматься: стоять на рынке, искать новых покупателей», – говорит уже Башмачникова. У фермеров новой волны все иначе.

Стоя посреди торгового зала в магазине натуральных продуктов LavkaLavka, шумный и веселый Дмитрий Климов в фартуке с надписью «Я люблю Деймона» одновременно тушит индейку в устричном соусе, подливает гостям хреновуху и обсуждает с покупательницами преимущество барбарийских уток. «Климов у нас звезда», – замечает Акимов. Участие в гастрономических шоу для фермера – важная составляющая бизнеса.

Свое хозяйство в Клинском районе Подмосковья фермер Климов посещает несколько раз в неделю. Козами, курами, утками там занимаются четыре наемных сотрудника. Зато он сам принимает заказы на личную почту и не ленится на своей Audi развозить продукты по Москве для постоянных покупателей. «Знаю всех клиентов в лицо, кто что ест и кто что любит, у кого аллергия, – говорит Климов. – Вот до революции были семейные доктора, а я, получается, семейный фермер ».

Он активно использует для общения с клиентами соцсети – так, перед Новым годом провел опрос, не будут ли они возражать против подорожания на 20 рублей после того, как он два года держал цены без изменений. Все одобрили. Охотно делится в Facebook фотографиями животных и детей на природе, репортажами с кухни и сложностями подбора зоотехников.

Финансовых показателей своего бизнеса Климов не разглашает, но признается, что работает с маржой 15-18%. А со стартом проекта «Вольный выгул» она должна вырасти еще. Это микс фермерского хозяйства, где используются исключительно естественные технологии, интернет-магазина и кулинарного цеха.

Концепция родилась после общения с европейскими фермерами. Новый год Климов провел на сицилийской ферме, хозяин которой рассказал, как сбывает свои оливки и масло через интернет. А технологию естественного выращивания птицы Климов с дотошностью шпиона снимал и записывал на ферме в Гаскони, где гостил вместе со своим другом Андреем Куспицем.

Чем здоровее птица, тем выше она ценится, хотя и растет до товарного размера на вольном выгуле дольше, чем в клетке. Дополнительный доход должна обеспечить кулинария – эту часть проекта согласился развивать Куспиц. Мясной цех «Вольного выгула» уже коптит и запекает цыплят и индюшек, делает паштеты, в планах – освоить выпуск мясных деликатесов и ароматных сыров.

Климов с Куспицем решили замахнуться и на производство попавшей под запрет фуа гра– ради этого они и везли из Гаскони яйца уток и образцы ярко-золотистой кукурузы для их откорма. Подмосковная фуа гра-, по расчетам Климова, будет стоить 3000-4000 рублей за килограмм (как три утки). Расставаться с фермерством он в ближайшее время точно не намерен.

ВКУСНОЕ МЕСТО

В День святого Валентина возле фермерского ресторана «Марк и Лев» в Тульской области (120 км от Москвы) остановились два черных внедорожника. Оказалось, губернатор Орловской области Вадим Потомский, прочитав в «Афише» обзор маршрутов выходного дня в Подмосковье, вместе с семьей и помощниками решил остановиться в дачном отеле «Велегож-парк». Завтракал и ужинал губернатор в «Марке и Льве» здоровыми фермерскими продуктами. И даже, как говорят сотрудники ресторана, задумался об открытии аналогичного проекта в своем регионе (в администрации Потомского ничего об этом не знают). «Мы самое популярное заведение, по отзывам в TripAdvisor, в деревне Митино, – замечает бренд-шеф проекта и супруга Бориса Акимова Ольга Стрижибикова. – Другое дело, что мы тут пока единственные ».

Александр Гончаров нашел способ приобщить горожан к сельской жизни  Александр Гончаров нашел способ приобщить горожан к сельской жизни

Кому пришла в голову идея Открыть ресторан вдалеке от оживленных автомагистралей? «Хотелось создать центр притяжения, чтобы вокруг ресторана начал формироваться круг людей, которые интересуются натуральными продуктами, и поставщиков, фермеров», – говорит Александр Гончаров, девелопер, управляющий партнер «Велегож-парка». В 2000 х годах он в качестве адвоката консультировал инвесторов, которые скупали земли разорившихся хозяйств в Тульской области, а позже и сам занялся строительством. Вместе с партнерами построил около 40 коттеджных поселков, но несколько лет назад заметил, что коттеджная тема стала себя изживать. Предприниматель стал искать способы, как «раскачать и оживить территорию».

Так появился проект дачного отеля «Велегож-парк» – 19 вилл, которые сдаются в аренду на выходные и праздники. По словам Гончарова, сдавать на короткий срок выгодно: одна вилла приносит 200 000-300 000 рублей в месяц, тогда как сдача ее в аренду на все лето дает всего 50 000 рублей в месяц. Инвесторы получают 20% годовых. Но, как признается предприниматель, чего-то в его дачной концепции не хватало – земля не приносила пользы.

Сам он несколько лет назад перебрался из города в деревню Дворяниново, когда его теща искусствовед Светлана Михалева возглавила музей прежнего владельца села Андрея Болотова, одного из основателей агрономии в России. Гончаров заинтересовался фермерством и органическим земледелием. В конце 2 013 года он пришел к основателю LavkaLavka Борису Акимову с идеей открыть фермерский кооператив и ресторан на территории своего дачного отеля. Акимов с женой Ольгой Стрижибиковой как раз обсуждали проект создания ресторанов региональной кухни «Съедобная Россия». Втроем придумали концепцию ресторана «Марк и Лев», который открылся летом +2014 года.

За образец взяли популярный локаворский (когда в ресторане готовят и едят то, что выросло в радиусе 100-150 км) ресторан Faviken, расположенный в 600 км от Стокгольма. В основе меню – сезонные органические продукты местных фермеров. На стене в «Марке и Льве» висит карта Тульской области – кружочками обозначены два десятка поставщиков.

«Сначала у традиционных фермеров – людей, прошедших школу советских колхозов, – было мало доверия к горожанам и москвичам, в частности: подведут, обманут», – вспоминает Стрижибикова, которая стала бренд-менеджером проекта. Например, сложно было убедить их выращивать брюкву, причем определенного размера. Теперьпроблем с поставками нет.

Ресторан рассчитан всего на 30 мест, с летней верандой – на 50. с Средний чек – 1500-1800 рублей. Прибыли до последнего времени он не приносил, замечает Гончаров, но уже с самого начала привлекал внимание к территории и вовлекал в фермерский проект новых людей. Фермерскую тему девелопер планирует эксплуатировать и дальше. Вместе с LavkaLavka создает фермерский кооператив, строит поселок «Ферма для жизни», готовится к открытию фермерского рынка и хаба.

«Вот тут, где камыши, у нас будет гостиница, тут будем хлеб печь, а тут пройдут две новые улицы с домами для фермеров», – говорит продюсер проектов «Марк и Лев» Анна Богомолова, разложив на капоте машины план будущего поселка на окраине деревни Дворяниново, где у Гончарова было 120 га земли. Проект «Ферма для жизни» предполагает строительство 50 домов, из них несколько предназначены для фермеров. Цена дома – 3-5 млн рублей. Для фермеров будут специальные условия – 80% стоимости можно выплачивать в рассрочку. Арендную плату за землю для хозяйства Гончаров готов взимать в размере земельного налога.

На холме на берегу пруда уже стоит дом председателя кооператива Светланы Голубевой, которая переехала сюда из Новосибирска в январе 2 015 года. Голубева уже зазвала в проект несколько фермеров. Лингвист София Шарова выращивает экзотические для российских огородов овощи: спаржу, артишоки и пастернак. Бывший учитель физики Евгений Шутов производит органический картофель.

«Еда, которую едят многие, – колбасы, сосиски, она химическая, не настоящая», – поддерживает разговор Сергей Александров, владелец костромской компании «Котлетарь», которая выпускает полуфабрикаты из мяса собственного хозяйства. Он приехал в «Марк и Лев» с супругой на переговоры. В ходе беседы Александровых приглашают переехать в Тульскую область, инвестировать здесь в разведение скота и создавать сеть фермерских магазинов. «Очень перспективное направление», – говорит Александров и обещает подумать над предложением о переезде.

Скоро на границе Московской и Тульской областей появится фермерский рынок на 30-60 мест, чтобы дачники не везли в деревню продукты из супермаркетов. По данным ГИБДД, летом по Симферопольскому шоссе в выходные проезжают 50 000-90 000 дачников. Торговать там будут только члены кооператива «Марк и Лев», плата за аренду составит доходную часть проекта, он получил принципиальное согласие властей и сейчас проходит согласование.

Гончаров с Акимовым изучают опыт США по открытию локальных фермерских хабов – хотят предоставить местным фермерам сервис по хранению, переработке и сбыту продукции. «С хабом удобнее работать федеральным сетям, да и фермерам будет удобно продвигать свою продукцию», – говорит уже Гончаров. Фермерская тема может стать для девелопера еще одним масштабным бизнесом.

ХЛЕБНЫЙ КРАЙ

Взвалив на плечи мешок с зерном, основатель компании «Черный хлеб»Павел Абрамов сам тащит его на мельницу – через несколько минут из-под каменных жерновов потечет ручеек смолотой ржаной муки. «В мешке 50 кг. За восьмичасовую смену надо загрузить 2,5 т, это 50 мешков », – прикидывает Абрамов, оглядывая гору мешков с высоты своего двухметрового роста.

К физическим нагрузкам ему не привыкать: профессиональный волейболист, бронзовый призер Олимпийских игр в Афинах. На своих полях он без удобрений и ускорителей роста выращивает около 1000 т пшеницы, ржи, полбы, овса, гречихи, ячменя, из которых выпускает цельнозерновую муку, крупы и отруби с пометкой «Продукт органического земледелия».

Бизнес начинался с увлечения здоровым питанием. Сестра жены Павла – Мария Веденеева – пекла дома хлеб из итальянской органической муки. Российской тогда еще не было. Это и навело Абрамова на мысль заняться органикой.

Землю нашли в Алексинском районе Тульской области. Первый участок 200 га в 2012 году году засеяли пшеницей и рожью. Земля не обрабатывалась три года, что для органики хорошо – отдохнула от «химии», хотя и заросла сорняками. С самого начала Абрамов ввел в своем хозяйстве полный запрет на применение ядохимикатов, стимуляторов, минеральных удобрений, а почву обрабатывают без плуга. С сорняками боролись, многократно проходя с культиватором. Первый урожай собрали в 2013 году, в феврале 2014 года произвели первую муку – Абрамов купил две мельницы, одна из них с каменными жерновами. Сейчас из семи видов злаков он выпускает 19 видов продукции, в том числе крупу из полбы и отруби.

Средняя урожайность невысокая – 15 ц с гектара, но все зерно сертифицировано по стандартам как России, так и ЕС. Урожаи при органическом земледелии ниже, а цены – выше. В Ассоциации фермерских хозяйств ссылаются на исследования ООН: при переходе на органические технологии доходы фермеров возрастали в 2-3 раза.

Абрамов вложил в дело около € 2 млн, отбить вложения планирует за 7 лет. Он поставляет продукты и в LavkaLavka, и в ресторан «Марк и Лев». Но не только туда. В ноябре 2014 года на Абрамова вышли представители Danone с предложением поставлять органическую пшеничную и полбяную муку для детского питания. Павел Певнев, директор завода Данон Нутриция в Истре, Говорит, что муку «Черного хлеба» выбрали за соответствие строгим требованиям, предъявляемым к сырью для детского питания. «Кроме этого, поставщик находится территориально ближе к заводу Нутриция в Истре, что позволяет оперативно взаимодействовать», – отмечает Певнев. И добавляет, что для Нутриция в России это первый опыт использования органической муки, которым остались довольны.

Сам Абрамов говорит, что заказ от Данон – «хорошие объемы, но для детского питания мы можем производить муки в четыре раза больше». Недавно у фермера появились инвесторы, говорить о которых он отказывается. Теперь бывший волейболист планирует наладить переработку своего зерна и сам: выпуск хлопьев, макарон, хлеба.

Год назад Абрамов завершил спортивную карьеру и полностью сосредоточился на зерновом бизнесе – его перспективы очевидны.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ФОТО ЮРИЙ ЧИЧКОВ ДЛЯ FORBES

ИСТОЧНИК: FORBES

Forbes под огнем

Forbes под огнем

Офи­ци­аль­ного ответа на вопрос, кто 9 июля 2004 года стре­лял в Хлеб­ни­кова, кто орга­ни­зо­вал и кто зака­зал это убий­ство, нет до сих пор

Видите, я ни от кого не скрываюсь», —  вышел навстречу гостю Казбек Дукузов, крепкий брюнет в деловом костюме. Дукузова окружали два десятка хмурых парней в олимпийках и папахах, но сам он был абсолютно спокоен, вспоминает журналист Андрей Калитин. Эта конспиративная встреча, похожая чем-то на бандитскую сходку, произошла в июне 2006 года в Москве, на автозаправке на Аминьевском шоссе. Здесь, усевшись на пластиковый стул, Дукузов дал свое первое и до сих пор единственное интервью на камеру. «Похоже, считал, что все позади и он уже выиграл», — говорит о своих впечатлениях от встречи Калитин.

Дукузова и нескольких членов его «бригады» обвиняли в убийстве Хлебникова, но в мае 2006 года присяжные всех оправдали. Спустя полгода Верховный суд отменил оправдательный приговор. Процесс начался заново, но на скамью подсудимых Дукузов не вернулся. Он исчез на долгих семь лет, а суд забуксовал, и дело ушло в архив. Официального ответа на вопрос, кто 9 июля 2004 года стрелял в Хлебникова, кто организовал и кто заказал это убийство, нет до сих пор.

Не дождавшись российского вердикта, Минюст США в апреле 2013 года включил Дукузова в «список Магнитского». Это значит, что его счета будут заморожены, а въезд в США запрещен. Впрочем, Дукузову сейчас не до поездок, уверяет источник Forbes в российских правоохранительных органах: в 2011 году он получил срок в ОАЭ за разбой и сидит в тюрьме под чужой фамилией. «В полицию Дубая через российское бюро Интерпола направлен запрос для установления личности Дукузова с отпечатками пальцев», — рассказал Forbes источник в МВД. На запрос Forbes в полицию Дубая с просьбой идентифицировать Дукузова полицейские попросили переслать запрос по дипломатическим каналам. Если беглеца опознают, то Россия будет добиваться его экстрадиции.

В деле Хлебникова большие перемены, рассказали Forbes несколько источников, знакомых с ходом расследования. Заказчиком убийства следствие считает теперь олигарха Бориса Березовского, таинственно скончавшегося в марте этого года в ванной комнате своего особняка в британском Аскоте. А прежний заказчик — чеченский авторитет Хож-Ахмед Нухаев — мог играть роль посредника, не исключает следствие. Среди организаторов убийства Хлебникова появились новые лица — это милиционеры, которые следили в 2004 году за бывшим вице-премьером Чечни Яном Сергуниным, а в 2006-м — за журналисткой «Новой газеты» Анной Политковской. Как и Хлебников, они были убиты: Сергунин — 25 июня 2004 года, Политковская — 7 октября 2006 года.

«Версия, что заказчиком является Березовский, не нова, она отрабатывалась еще в прошлый раз,  — говорит Forbes брат Пола  Петр Хлебников. — Притом что здесь есть логика, нужны железные доказательства, но их нам пока не представили». «На мертвого теперь можно все списать», — пожимает плечами адвокат Дукузова Игорь Коротков. Он считает, что новую версию подгоняют под политический заказ и смерть Березовского.

В Следственном комитете ход расследования официально не комментируют, но свидетели, которых вновь допрашивали по делу Хлебникова, подтверждают версию источников Forbes: следователь Петрос Гарибян — он возглавляет следственную группу — неоднократно повторял, что ему больше всех обидно, что Березовский так внезапно умер. «Если бы Березовский был жив, я бы его подтащил [в суд]» — так говорил, по словам допрошенных, следователь.

ВЫСТРЕЛЫ НА ДОКУКИНА

Черная ВАЗ-2115 с тонированными стеклами медленно двигалась по улице Докукина. Из-за угла здания, в котором расположена редакция Forbes, вышел высокий широкоплечий мужчина с рюкзаком — в тот вечер Пол Хлебников ушел с работы около 21.30.  Он перешел дорогу и направился привычным маршрутом к метро «Ботанический сад» —  десять минут быстрым шагом через парк. Внезапно журналиста нагнала «пятнадцатая». Из открытого окна высунулась рука с пистолетом. Стреляли почти в упор.

«Из 9 выстрелов 9 попали в Хлебникова, — рассказывает собеседник Forbes, входивший в оперативно-следственную группу. — Стрелок был в машине один, сам стрелял из-за руля, скорее всего, из пистолета Макарова»

Хлебников прожил еще около часа и успел сообщить коллеге — шеф-редактору русского Newsweek Александру Гордееву —приметы стрелявшего. «У тебя были какие-то встречи, визиты, контакты, из-за которых это могло случиться?» — успел спросить Гордеев. «Нет, ничего, — ответил Хлебников. — Не знаю, почему [стреляли]».

Прошло девять лет. Смогло ли следствие найти ответ на этот вопрос?

В Хлебникова стрелял 30-летний Казбек Дукузов. Так считала прокуратура в 2004-м, и так же сейчас считает Следственный комитет.

КАЗБЕК ДУКУЗОВ

Обвиняемый в убийстве журналиста Пола Хлебникова и бывшего вице-премьера Чечни Яна Сергунина. Уроженец Урус-Мартановского района Чечни. В Москве появился в середине 90-х. Профессионально занимался боксом. По информации следствия, был исполнителем серии заказных убийств и разбоев. После убийства Хлебникова Дукузова задержали в ноябре 2004 года, в Минске, — с паспортом на имя Муслима Ибрагимова. По милицейской базе данных «Учет членов НВФ и пособников» некий Муслим Ибрагимов проходит как преступный авторитет, специализировавшийся на похищении людей. По информации МВД, в настоящее время Дукузов под чужой фамилией может находиться в ОАЭ, где был осужден за разбой.

 

 

Казбек ДукузовКазбек Дукузов фото ИТАР-ТАСС

Биография Дукузова туманна. У него было несколько паспортов — на имя Дукузова, Руслана Мусатова и Мусы Ибрагимова. Как Мусатов он получил условный срок за незаконное хранение боеприпасов, как Дукузов — обвинялся в разбое — нападении на семью Дорожкиных. «Казбек всегда отлично выглядел, носил костюмы от Brioni, ездил на Mercedes S-класса, у него жена, ребенок и бизнес, связанный с лесом, зачем ему идти на убийство по найму?» — вспоминает его адвокат Руслан Хасанов.

В деле Хлебникова на Дукузова вышли, отрабатывая телефонные звонки в районе убийства, — телефон чеченца «всплывал» несколько раз. «Этот номер не имеет отношения к Дукузову, — утверждает Хасанов. — Потом в «пятнадцатой» (ВАЗ-2115 — Forbes) не нашли ни следов пороха, ни следов Дукузова, и вообще не понятно, та ли вообще машина, из которой стрелял киллер?»

После покушения черную «пятнадцатую» нашли брошенной во дворах на Проспекте Мира. Машина оказалась в угоне. Все номера на агрегатах были срезаны, вместо них приварены другие. Госномер снят с иномарки. До убийства машиной не пользовались и она пару месяцев стояла где-то в гараже. В салоне криминалисты обнаружили несколько волос, а на водительской двери и левом боковом зеркале — отпечатки пальцев.

Один из них принадлежал бывшему замполиту внутренних войск, отцу шестерых детей Мусе Вахаеву. Следствие считало, что он подвозил Дукузова или перегонял машину после убийства. В материалах дела говорится, что вечером в день убийства на его телефон несколько раз звонил некий Казбек. «Предлагал в бильярд поиграть», — утверждал на допросе Вахаев, а историю с отпечатком объяснил так: на автосервис, где он чинил машину, заехала ВАЗ-2015 с чеченцами — он подошел поздороваться и, возможно, коснулся автомобиля. После суда Вахаев шесть лет живет в Москве под подпиской о невыезде, исправно ходит на допросы. Но его встреча с корреспондентом Forbes не состоялась — адвокат сказал, что его клиент не отвечает на звонки.

Дукузов действовал не один и у него были сообщники, которые следили за Хлебниковым и прикрывали убийцу, говорит собеседник Forbes в следственной группе. До сих пор на сайте Интерпола в разделе «розыск» висит профайл Магомеда Дукузова — родного брата Казбека. Он и еще несколько человек, считают следователи, «вели» редактора Forbes перед убийством.

В 2006 году, когда присяжные отпустили Дукузова и Вахаева на свободу, расследование замерло. Год назад у следствия появился новый козырь. Это бывший милиционер Дмитрий Павлюченков, один из организаторов убийства журналистки Анны Политковской.

ЗАКАЗ НА СЛЕЖКУ

Начало 2012 года, Москва, здание Следственного комитета России в Техническом переулке. Допрос бывшего подполковника Павлюченкова подходил к концу, когда старший следователь по особо важным делам СКР Гарибян оторвал взгляд от бумаг и как бы между прочим спросил сидящего перед ним невысокого лысого мужчину: «Дима, а что ты делал на улице Докукина в 2004 году?» К делу Политковской этот вопрос не имел никакого отношения, и Павлюченков задумался. Его адвокат Карен Нерсисян, присутствовавший на том допросе, хорошо помнит ответ своего клиента: «Мы следили за американским журналистом. Это была халтура Хаджика (речь идет о экс-капитане столичного РУБОПа и друге Павлюченкова Сергее Хаджикурбанове — сейчас он проходит обвиняемым по делу Политковской — Forbes)».

ДМИТРИЙ ПАВЛЮЧЕНКОВ

Подполковник милиции в отставке, бывший начальник 2-ого отделения 4-ого отдела Оперативно-поискового управления ГУВД Москвы. Один из организаторов убийства Анны Политковской, свидетель по делу Хлебникова и Сергунина. Дал показания следствию, что в 2006 году его сотрудники следили за Политковской незадолго до покушения. Заказ ценой $150 000, по словам Павлюченкова, был получен от чеченского авторитета Лом-Али Гайтукаева, а тот якобы признался, что выполняет волю Березовского и Закаева. Павлюченков заключил сделку со следствием, первым пошел в суд и получил 11 лет лишения свободы за организацию убийства Политковской. Процесс над остальными фигурантами Хаджикурбановым, Гайтукаевым и его племянниками Махмудовыми идет в Мосгорсуде. Из-за приступов эпилепсии Павлюченков переведен в тюремную больницу СИЗО «Матросская тишина».

 

Весной 2004 года, рассказал Павлюченков следователю, он получил от Хаджикурбанова два заказа на слежку: за Сергуниным и за Хлебниковым. Павлюченков и его подчиненные охотно брались за халтуру — следили за неверными женами, коммерсантами-должниками, конкурентами, не брезгуя  даже сомнительными криминальными заказами. Объект вели обычно 2-3 экипажа, в одном экипаже — водитель и два «разведчика». За день халтуры рядовой «топтун» мог заработать $100-150. «Хаджик лично привез Павлюченкова на улицу Докукина, показывал, где работал Хлебников, к его дому на Котельнической набережной и к дому, где живет Сергунин», — рассказал адвокат Нерсисян.

За Хлебниковым следили три дня: проверили адреса и установили маршруты передвижения. Выяснили, что охраны у журналиста нет, он ездил по городу на метро или на «желтом такси», «хвоста» за собой не замечал. Внезапно, рассказывает Павлюченков, около дома Хлебникова милицейскую наружку по требованию Хаджикурбанова сменили чеченцы. «По Сергунину, Хлебникову и Политковской схема была одинаковая. За ними сначала следили менты, а потом их сменили чеченцы. Исполнители привыкают к жертве, выслеживают, а потом убивают», — рассказал Forbes источник, близкий к следствию.

Сергунина расстреляли ночью 25 июня 2004 года возле ресторана «Восточный дворик» на Покровке, когда бывший чеченский чиновник вместе с женой Камилой и их знакомой садились в Lexus. К машине подошел мужчина в мотоциклетном шлеме и открыл огонь из пистолета. Сергунин погиб на месте. Спустя две недели на улице Докукина был расстрелян Хлебников. Следствие считает, что Дукузов стрелял в обоих.

Хаджикурбанов обвинения в своей адрес отрицает. «Вопрос в том, насколько можно доверять Павлюченкову? Он охотно рассказывает про других и принижает свою роль», — сказал Forbes адвокат Хаджикурбанова Алексей Михальчик.

В августе 2012 года Павлюченков вместе со следователями выезжал на место убийства на улицу Докукина и на Котельническую набережную и показывал, где стояли «посты». «Мы пешком облазили всю эту местность и нашли дом, где жил Хлебников, осмотрели ориентиры, пути отхода», — вспоминает Нерсисян. По его словам, показания Павлюченкова подвердили его подчиненные — о том, что велась слежка за Хлебниковым, следователь Гарибян впервые узнал не от Павлюченкова, а от одного из расколовшихся «топтунов».

Дмитрий ПавлюченковДмитрий Павлюченков, фото: ИТАР-ТАСС

В ГОСТЯХ У ВАРВАРА

Кто стоит за убийством Хлебникова? С самого начала версий было множество: Березовский, чеченцы, олигархи. «Мы встречались с каждым участником «золотой сотни» (первый рейтинг русского Forbes вышел в мае 2004 года). И хотя некоторые возмущались, что их состояние не так посчитали, было видно, что они очень довольны», — рассказывает сотрудник оперативно-следственной группы.

Не прошло и года после выстрелов на улице Докукина, как следствие установило не только киллера, но и заказчика — редкая удача для резонансных убийств. Заказчиком прокуратура назвала героя последней книги Хлебникова «Разговор с варваром» — Хож-Ахмеда Нухаева, бывшего лидера чеченской ОПГ, экс-главу дудаевской разведки и финансиста ичкерийского подполья.

На Нухаева Хлебников вышел, собирая материалы о Березовском. «Чехи» (чеченская ОПГ) с самого начала были крышей ЛогоВАЗа», — вспоминает Сергей Соколов, глава «Атолла» — службы безопасности олигарха. Чеченцы подмяли под себя столичный Южный порт и крупнейший авторынок, автосервисы и первые автосалоны. В Тольятти дилеры АвтоВАЗа находились под контролем местной чеченской группировки, которую возглавлял бывший милиционер Шамад Бисултанов.

В самый разгар первой чеченской войны в доме приемов ЛогоВаза на Новокузнецкой, 40 в компании гостей из непризнанной Ичкерии — Ахмеда Закаева, Шамиля Басаева, Арби Бараева — часто появлялся седобородый мужчина в генеральской форме со Стечкиным в деревянной кобуре. Это был Нухаев. Что связывало Березовского с Нухаевым? В интервью Хлебникову Нухаев признался, что имел долю с ЛогоВаза — блокирующий пакет питерского филиала компании. «Мне оттуда что-то перепадало», — признавался он. Но автопромом интересы Нухаева не ограничивались. «Боря с ним общался напрямую. Они решали вопросы о завозе денег для Басаева и Радуева, деньги на выкуп заложников, на героиновые наркозаводы в Ачхой-Мартановской районе, — утверждает Соколов. — В Чечню шли угнанные в столице иномарки, туда же отправлялись деньги, собранные с дилеров АвтоВАЗа».

Валерий Стрелецкий, сотрудник Службы безопасности президента (с 1996 года вошла в состав Федеральной службы охраны) вспоминает, что в 1997 году Нухаев, хотя и находился в розыске, свободно передвигался по Москве и  участвовал в конференции народов Кавказа: «Его сразу обложил ГУБОП, но арест не состоялся. ФСБ опекала, видимо, он был нужен для каких-то оперативных игр».

Хож-Ахмед НухаевХож-Ахмед Нухаев, фото ИТАР-ТАСС

ХОЖ-АХМЕД НУХАЕВ

По первоначальной версии следствия, заказчик и организатор убийства Хлебникова. По данным РУБОПа, с 1988 года являлся одним из лидеров «лазанской» ОПГ («чеченская группировка, дислоцировавшаяся в столичном ресторане  «Лазания»), бывший чеченский полевой командир, руководитель дудаевской разведки, бывший вице-премьер ичкерийского правительства. В 1991 году был арестован и судим за вымогательство. С 1999 года Нухаев живет в Азербайджане и Турции. В милицейской базе «Учет членов НВФ и их пособников» сообщается: «11.03.2001 года. Нухаев финансирует выпуск двух чеченских газет, редакция расположена в гостинице Апшерон, Баку». «14.03.01 закупил в Азербайджане около 100 16-канальных радиостанций «Моторолла». «2.06.2001 года осуществляет финансирование и переброску боевиков на территорию Грузии». В 2004 году появилась информация, что в феврале того же года — то есть задолго до смерти Хлебникова — Нухаев был убит в составе отряда Руслана Гелаева при переброске боевиков из Дагестана в Грузию. В другой милицейской базе — по преступным группировкам — напротив фамилии Нухаева значится короткое: убит. Дата смерти, правда, не указана. «Нухаев жив, просто он уже давно предпочитает не светиться, но его нефтяной и строительный бизнес развиваются», — говорит источник в спецслужбах. Именно Нухаев мог быть связующим звеном между Москвой и Лондоном в деле Хлебникова, не исключает сейчас следствие.

Встреча Нухаева с Хлебниковым состоялась в конце 2000 года, в Баку, в гостинце «Апшерон», где у Нухаева размещалась штаб-квартира. Хлебников записал с ним 20-часовое интервью. Нухаев не слишком охотно рассказывал о своих делах с Березовским, зато подробно о своей бандитской молодости, борьбе за независимость Чечни и философских взглядах — исламском варварстве, которое, по его мнению, разрушит европейские ценности. Беседа, разбавленная комментариями анонимного сотрудника РУБОПа и культурологическими зарисовками самого Пола, вышла в виде книги «Разговор с варваром». Она была издана тиражом 20 000 экземпляров и пользовалась спросом. В издательство приезжали чеченцы — покупали книги для Нухаева. «Нухаев был заинтересован, чтобы его взгляды распространялись», — рассказывает сотрудник издательства «Детектив-пресс».

Следствие, напротив, решило, что книга разозлила Нухаева. И дело не только в эпитетах, которыми наградил Хлебников Нухаева. Один из членов оперативно-следственной группы, прочитав книгу Хлебникова, заметил, что там слишком вольно толкуются суры из Корана — одного этого было достаточно для убийства каким-то ревностным мусульманином. «Версию приняли, и ее начали разрабатывать», — вспоминает источник Forbes.

Дело ушло в суд, и именно из-за Нухаева процесс шел за закрытыми дверями: в материалах имелись секретные справки спецслужб на боевика. Оправдательный вердикт присяжных стал ударом для обвинения, следствия, коллег и семьи Хлебникова. Из-под стражи вышли не только обвиняемые в убийстве, рассыпались все обвинения в адрес так и не пойманного Нухаева.

ТЕНЬ БЕРЕЗОВСКОГО

Когда заговорил Павлюченков, в прессе появились сенсационные новости: бывший милиционер назвал заказчиков убийства Хлебникова — Березовского и Закаева. Это не совсем так. «Павлюченков до сих пор не назвал заказчика по делу Хлебникова, — говорит адвокат Нерсисян, — но он дал полный расклад по делу Политковской». И именно там, в показаниях Павлюченкова, появляются Березовский и Закаев — об этом Павлюченкову якобы лично сообщил посредник Лом-Али Гайтукаев. Но даже в приговоре Павлюченкову (копия есть в распоряжении Forbes) фамилии Березовского нет. «Дело в отношении неустановленного заказчика выделено в отдельное производство», — сухо говорится в документе.

Павел Хлебников

Но следствие, похоже, допускает: раз в деле Политковской и Хлебникова фигурируют одни и те же лица, то и заказчик может быть один. То, что заказ от Березовского, — рабочая версия, подтвердили Forbes несколько источников в следственных органах.

«Павлюченков знает гораздо больше того, что говорит следствию, он опер — наверняка наводил справки о заказчиках», — считает адвокат Михальчик. По его мнению, испытанием на прочность показаний Павлюченкова станет предстоящий суд по делу Политковской: «Если приговор будет обвинительный, версия следствия получит подтверждение и с Павлюченковым еще будут возиться года три. Если приговор будет оправдательный — дело Хлебникова в таком виде до суда вряд ли дойдет».

Судя по содержанию допросов людей, лично знавших Березовского, следствие восстанавливает цепочку — через кого мог прийти заказ. У Березовского были давние и крепкие связи с чеченцами — от чиновников разряда Руслана Хасбулатова до криминальных авторитетов, но в Лондоне олигарх, как считают в его окружении, «патологически боялся высветить свою связь с чеченцами перед МИ-6».

В Лондоне, говорят сотрудники олигарха, все сомнительные вопросы Березовский решал через Закаева, Бадри Патаркацишвили, Александра Литвиненко или Нухаева. И именно последний, не исключает следствие, мог выполнять роль посредника — в России у него оставались связи среди чеченцев и деньги, из которых могли оплатить заказ на убийство Хлебникова. «Пока следствие не установит денежные потоки — как оплачивалось преступления, доказательств этой версии нет», — возражает адвокат Дукузова Игорь Коротков.

«Я считаю это все [версию о заказе] полнейшим бредом, — заявил Forbes Юлий Дубов, писатель, бизнесмен и друг Березовского. — Березовский единожды выразил желание разобраться с Хлебниковым и Forbes, для чего пошел в суд и оный суд выиграл (в 2003 году стороны заключили мировое соглашение). Больше его Хлебников не интересовал. Борис умер. Бадри умер. Литвиненко убили. Хотят все свалить на мертвых?»

Действительно, были ли у Березовского причины убивать Хлебникова?

СУД С «КРЕСТНЫМ ОТЦОМ»

Осенью 1997 года в кабинете директора издательства «Детектив-пресс» Стрелецкого раздался звонок. Стрелецкому звонил американский журналист Хлебников с предложением встретиться. «Пол интересовался Березовским, спросил, есть ли у меня информация на него? Я пообещал подготовить справку», — вспоминает тот разговор Стрелецкий.

Прежде чем заняться книгами, Стрелецкий два года — с 1994 по 1996-й — возглавлял отдел «П» (по борьбе с коррупцией) службы безопасности президента, а до этого много лет работал в МУРе. Хлебников, вспоминает Стрелецкий, собирал доказательства для суда с Березовским. Олигарх подал иск в Высокий суд Лондона на журнал Forbes за статью Хлебникова «Крестный отец Кремля?» (Godfather of the Kremlin?) — она вышла 30 декабря 1996 года.

В статье Forbes Березовский — новоиспеченный глава Совбеза (назначение состоялось осенью 1996 года ) — выходил откровенным мошенником, казнокрадом и мафиозо, связанным с чеченской ОПГ. Хлебников обвинил его в причастности к громким преступлениям, в  том числе к убийству гендиректора ОРТ, журналиста Владислава Листьева.

«Боря сильно возмущался», — вспоминает бывший охранник Березовского Соколов. По его словам, Березовский заранее знал, что Хлебников ведет расследование: «Они встречались, но ни до чего не договорились. Боря в традиционной для него манере предложил Хлебникову деньги и закрыть тему». О том, что Павлу предлагали деньги, Петр Хлебников не знает, но признает: брат опасался Березовского. «Павел говорил, что Березовский — человек очень опасный», — вспоминает брат журналиста.

После выхода статьи «Крестный отец Кремля?» Березовский, как утверждает Соколов, сказал ему: «Есть такой журналист Хлебников — его надо убрать! Убрать в прямом смысле». «Я сказал, что принципиально не буду этим заниматься, но не потому что испытываю какие-то чувства к Хлебникову, а потому что уже на следующий день пол-Москвы будет знать, кто стоит за убийством», — вспоминает Соколов. Его показания есть в материалах дела Хлебникова. После конфликта с Березовским в 1996 году Соколов неоднократно разоблачал своего шефа — на его рассказах и прослушках «Атолла» основана книга депутата-единоросса Александра Хинштейна «Олигархи с большой дороги» и документальный фильм «Березовский» госканала «Россия-1».

Знал ли об этих угрозах Хлебников? Как минимум, догадывался. По совету ФБР, рассказывает Петр Хлебников, его брат с семьей переехал в Париж и жил там около шести месяцев. Вернувшись в Москву, Хлебников нанял себе телохранителя. Правда, отказался от его услуг через несколько недель. «Решил, что охрана не поможет предотвратить покушение, — вспоминает Петр Хлебников. — Кроме того, Павел верил, что эпоха убийств закончилась. Бизнесмены в России больше не убивают, они предпочитают идти в суд».

Для Хлебникова иск Березовского стал личным вызовом. «Если статья задела — значит я попал в точку», — вспоминает слова Хлебникова издатель. Собирая документы и показания для суда, Пол был настолько перегружен информацией, что ее хватило на целую книгу. «В Березовском заключено все плохое, что было в России 90-х: в приватизации, в смене политических систем и в коррумпированности государства. Люди должны знать об этом», — вспоминает Петр слова своего брата.

В 1999 году книга «Крестный отец Кремля Борис Березовский, или История разграбления России» вышла в США, а в 2000 году — в России. «Мы выпустили 6 изданий — всего около 200 000 экземпляров. На сегодня нет более объективного исследования той эпохи», — считает Стрелецкий, доставая с полки книги Хлебникова с личным автографом.

УГРОЗА С DOWNING STREET

Несколько экземпляров книги в начале 2000-х можно было найти и в офисе Березовского на Downing Street, 7, в Лондоне, где олигарх обосновался после бегства из России. «Одна из них лежала у Березовского на столе, рядом с книжкой Литвиненко «ФСБ взрывает Россию», — вспоминает один из друзей Березовского, несколько последних лет работавший с ним в Лондоне. Этот человек просит не называть его имя, хотя от откровенного разговора при свидетелях не отказывается.

Корреспонденты Forbes встретились с ним в московском ресторане. Он не спеша потягивает кальян и вспоминает о последствиях книги для Березовского: «Про Борю много чего писали в газетах, но Хлебников был первым, кто сделал про него серьезное расследование и подошел к этому академически. Книга его «высветила» настолько сильно, что геморрой от последствий публикации книги был гораздо больше, чем осознание того, какой он великий и ужасный».

Лондонский партнер Березовского стал вторым человеком, найденным Forbes, с кем олигарх обсуждал вопрос ликвидации журналиста. «Это было в 2003 году, за год до смерти Пола. Боря спросил меня: «Есть такой Хлебников, а не возьмутся ли за него люди? Нет у тебя подходящих спецов?» Я отказался, и больше к этой теме мы не возвращались. Лишь однажды, после смерти Хлебникова, Боря произнес его имя. Боря очень стремился в США, но его не пускали. Чтобы ему дали визу, мы подключили суперлоббистов, но вопрос не решался. И тогда Березовский сказал мне: «Знаешь почему не дают визу? Это из-за Хлебникова»!

Стоит ли серьезно относиться к угрозам Березовского? В конце 90-х в разговорах со своими доверенными лицами он в запале часто грозился убить многих — олигарха Владимира Гусинского, экс-главу совета директоров «Новых известий» Олега Митволя и бывшего журналиста «МК» Хинштейна, рассказали Forbes несколько знакомых бизнесмена в Москве и Лондоне.

Вячеслав Жарко, бывший сотрудник налоговой полиции, работавший на Березовского, полагает, что не все угрозы стоило воспринимать всерьез. «У Бори ливиец Фарес Кильцие увел любовницу Марианну. Березовский очень переживал — он попросил собрать установочные данные: где живет, паспортные данные — и придумать, как выдворить его за пределы России. И все. А Марианна доставила ему страданий больше, чем Хлебников», — говорит Жарко.

Один из российских олигархов, много лет знавший Березовского, замечает, что тот вообще любил напустить пыль в глаза. «Боря мог привезти гостей на Кавказ и изображать из себя, что у него там все с бандитами схвачено, но реально заказать этим людям кого-то — вряд ли», — уверяет участник списка Forbes. В то, что заказчиком убийства Хлебникова был Березовский, он не верит: «Это непохоже на Борю. За журнальную публикацию или книгу Березовский, который кайфовал от внимания прессы, не стал бы этого делать».

Источник в следственных органах полагает, что причины гибели Хлебникова надо искать не в прошлом, не в опубликованных статьях и книгах, а среди новых тем, которые журналист расследовал перед смертью.

ДЕНЬГИ ЧЕЧНИ

«Россия стоит на пороге новой эры. Я убежден, что мы станем свидетелями великого подъема всего российского общества», —- писал Хлебников в редакторской колонке первого номера русского Forbes — он вышел в апреле 2004 года. Сразу за ним вышел журнал с рейтингом 100 богатейших бизнесменов России — «Золотая сотня». После выхода рейтинга Пола стали приглашать на радио и на телеканалы — рассказывать о Forbes и первом рейтинге богатейших. «Он говорил, что такое внимание прессы стало для него «культурным шоком», — вспоминает Максим Кашулинский, на тот момент работавший шеф-редактором журнала.

Хлебников с головой ушел в работу — он не только редактировал, но и сам готовил расследования (в первом номере вышел его материал о «Северстали»), помогал коллегам собирать комментарии. «Ему уже было не до Березовского — он к этой теме охладел», — считает редактор информагентства «Стрингер» Елена Токарева. Выяснилось это так.

За неделю до смерти Пола на Токареву вышел ее знакомый капитан ФСБ, просил устроить встречу с Хлебниковым. «Они хотели, чтобы Пол разместил в английских газетах материал о Березовском — будто тот получил британский паспорт, использовав фальшивые доказательства», — вспоминает Токарева (в 2003 году Березовский получил в Великобритании политическое убежище и британский паспорт на имя Платона Еленина). «А Пол отнесся к теме Березовского прохладно — сказал, что устал уже от нее, ему не интересно», — говорит Токарева. Но с чекистом, по ее словам, все же встретился — в холле гостиницы Marriott на Петровке.

То, что Хлебников потерял интерес к Березовскому, подтверждает и Стрелецкий. За два-три дня до гибели Хлебникова Стрелецкий приехал на улицу Докукина и привез гонорар за книгу «Разговор с варваром»: «Я спросил, ничего у тебя больше не выскочит? Пол сказал, что ему несут всякие материалы, но ему так надоела тема с Березовским, что даже слышать о нем не хочет».

И все-таки, считает следствие, фигура Березовского могла натолкнуть Хлебникова на новую тему для расследования. «Это деньги Чечни», — говорит собеседник Forbes, знакомый с ходом расследования. «Пол, видимо, пытался выяснить, как в республике «пилили» федеральные деньги, начиная с того момента как Березовский возглавил Совбез и до того момента, как Ахмада Кадырова убили 9 мая 2004 года», — уверяет источник Forbes в правоохранительных органах.

«По нашей информации, Пол вел сбор доказательств того, как похищаются в Чечне деньги, выделенные на восстановление. Он встречался с людьми на эту тему», — подтверждает журналист Ричард Бихар, один из основателей проекта «Хлебников» —  журналистского альянса, который пытается раскрыть убийство редактора Forbes.

В Совбезе Березовский контролировал направление Чечни. Он участвовал в операциях по освобождению заложников за выкуп —  Хлебников писал, что это скрытое финансирование боевиков. «Березовский назначал министров и председателей правительства Чечни, которые подписывали странные бумаги. Например, покупают для республики, в которой не наберется и 20 тысяч коров, полтора миллиона доильных аппаратов на миллиард рублей. Или сорок миллионов мальков», — говорит источник Forbes. Интереснее мальков была только «труба». Транспортировку нефти контролировал тот самый Хож-Ахмед Нухаев.

«Я предложил Полу написать про Чечню, он заинтересовался», — вспоминает бывший сотрудник «Стрингера» Андрей Архипов. За неделю до убийства Пола Архипов принес в редакцию Forbes текст про то, во сколько России обошлась Чечня, — о потерях среди федералов и о том сколько денег закачали в республику.

ЯН СЕРГУНИН

Бывший вице-премьер Чечни, экс-руководитель аппарата главы администрации республики. Бывший сотрудник МВД, уволен из органов в звании капитана за подлог и похищение документов. Был судим. После освобождения занимался бизнесом и работал в одной из структур управделами президента. В 2000 году назначен руководителем судебного департамента Чечни, с присвоением звания генерал-лейтенанта юстиции. В октябре 2001 года по протекции Ахмада Кадырова назначен вице-премьером Чечни. На этом посту вступил в конфликт с премьером республики Станиславом Ильясовым — в итоге Кадыров отправил обоих в отставку. После этого Сергунин начал работать на конкурентов Кадырова на президентских выборах 2003 года.

После убийства Хлебникова, в квартиру Архипову ломились силовики — нашли его письмо в почте Хлебникова. «Я немного испугался, а мне сказали, что хотели меня защитить», — вспоминает Архипов. Оказалось, что два месяца назад его снова вызывали на допрос и спрашивали о встрече с Хлебниковым и теме финансирования Чечни.

Хлебников искал людей, которым было известно, как расходовались федеральные средства. Тем же самым сейчас занимается и следствие — ищет собеседников Хлебникова, расшифровывает его записи в ноутбуке, ищет финансовые документы, изучает отчеты Счетной палаты о расходовании бюджетных средств.

Одним из источников для Хлебникова мог быть тот самый Ян Сергунин, правая рука Ахмада Кадырова в 2001-2002 годах. Сергунин был убит за две недели до Хлебникова. Следствие пытается сейчас выяснить, встречался ли Сергунин с Хлебниковым, передавал ли какую-то информацию о финансировании Чечни, говорит собеседник Forbes в правоохранительных органах.

Ян СергунинЯн Сергунин фото ИТАР-ТАСС

Журналист Вадим Речкалов после убийства Сергунина вспоминал в одной из своих заметок, что виделся с экс-чиновником в 2003 году и тот «обещал разоблачительные документы на своего патрона». «Впрочем, обещаниями все и ограничилось», — замечал Речкалов.

Не случайно с самого начала убийство Хлебникова и Сергунина были объединены в одно дело — у них оказались общие исполнители и организаторы. Теперь, опрашивая коллег Хлебникова и расшифровывая его рабочие записи, следствие пытается найти общие звенья в цепи нераскрытых убийств. Варианты те же, что и девять лет назад: Березовский, Нухаев, деньги Чечни.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ИСТОЧНИК: FORBES

Южная Осетия: бюджет без дна

Южная Осетия: бюджет без дна

Как в Южной Осетии бесследно исчезают миллиарды рублей, выделяемые правительством России

Оптовая база стройматериалов на улице Героев полтора года назад была одним из самых опасных мест в столице Южной Осетии Цхинвале. Однажды к проходной подъехала тонированная «девятка», из окна высунулся ствол «калашникова» и дал очередь по складу. «Первое время у нас волосы дыбом вставали: и стреляли, и угрозы были», — вспоминает бывший директор базы Станислав Пустозеров. Сам он с Урала, из Челябинской области, однако в послевоенном Цхинвале оказался неслучайно. В августе 2009 года правительство Южной Осетии возглавил челябинец Вадим Бровцев. Следом за ним в республику приехали три десятка земляков — чиновники, строители, снабженцы. «Хотели расширить сферу интересов, — объясняет свой переезд Пустозеров. — Я слетал предварительно в командировку [в Южную Осетию], познакомился с людьми, понял, что восстанавливать есть что и Россия деньги выделяет».

Пустозеров сел на «золотую жилу» — снабжение стройматериалами. В разрушенной республике это был высокодоходный, но и весьма криминализированный бизнес. Все — от профнастила до шурупа — в Цхинвале стоило в два раза дороже, чем по другую сторону Рокского тоннеля. До осени 2009 года, по словам Пустозерова, товары завозились в Южную Осетию или контрабандой, или под видом гуманитарной помощи, которую потом продавали. «Власти республики нам поставили задачу обеспечить легальный ввоз», — рассказывает челябинец.

В Цхинвале он открыл магазин и оптовую базу «Главстройснаб». Бизнес шел успешно до тех пор, пока в апреле 2010 года на склад не пришли с обыском местные силовики. Компанию Пустозерова они посчитали «прокладкой», через которую было выведено 42 млн рублей бюджетных денег. Склад был опечатан, стройматериалы арестованы, Пустозеров спешно вернулся в Россию. Сейчас он с неохотой вспоминает этот период своей биографии. «Автоматизированный склад, стройматериалы — все это мы подарили. Так что свою лепту в восстановление мы внесли», — говорит экс-директор базы.

С начала 2000-х годов Южная Осетия живет главным образом за счет финансовых вливаний извне. «В мою бытность главой правительства мы получали помощь со стороны Тбилиси и Москвы по межправительственному договору между Россией и Грузией, также действовали программы Евросоюза и УВКБ ООН», — вспоминает Дмитрий Санакоев. С 2001-го он был премьер-министром республики, а с 2007 года — главой созданной правительством Грузии администрации по управлению Южной Осетией. После российско-грузинского военного конфликта 2008 года Россия признала независимость Южной Осетии (подавляющее большинство стран ООН независимость республики не признали, а в Грузии ее официально числят оккупированным «Цхинвальским регионом») и полностью взяла ее на обеспечение.

Без учета гуманитарной помощи в республику направили почти 43 млрд рублей: более 30 млрд поступили из российского бюджета, 10 млрд инвестировал «Газпром», 2 млрд выделило правительство Москвы и еще 1 млрд рублей собрал благотворительный спецсчет. Для республики с населением не более 36 000 человек сумма огромная. Для сравнения: 41 млрд рублей — доходная часть бюджета 1,5-миллионной Ленобласти.

Выделение денег сопровождалось ожесточенной аппаратной борьбой между Москвой и Цхинвалом, взаимными обвинениями в коррупции. Республиканская генпрокуратура возбудила 17 уголовных дел против строителей и чиновников, участвовавших в восстановлении. Комитет экономической безопасности вскрыл нарушений на 500 млн рублей, а Стройтехконтроль урезал аппетиты строителей почти на 1 млрд рублей: строительные сметы завышались в 10, а иногда и в 20 раз. Тем не менее строительство выходило золотым: стоимость 1 кв. м построенного жилого дома в Цхинвале составляла $830, на 30% выше, чем в расположенном неподалеку Владикавказе (столица входящей в Российскую Федерацию Северной Осетии); дом площадью 125 кв. м обходился для бюджета в 2,8 млн рублей.

СЛОВА «СТРОИТЕЛЬСТВО» И «ВОРОВСТВО» СТАЛИ СИНОНИМАМИ

Не успели в августе 2008 года российские танки дойти до Гори, как российские власти уже пообещали выделить 10 млрд рублей на восстановление Цхинвала и окрестных сел. После войны в Южной Осетии насчитали около 700 разрушенных домов, еще более 3000 зданий требовали срочного ремонта. Непризнанная республика, которая 20 лет жила в изоляции, нуждалась буквально во всем: стройматериалах, технике, рабочих руках, управленцах. И, конечно, российских деньгах.

Размер неосвоенной бюджетной помощи поначалу вызвал ажиотаж. Количество крупных генподрядчиков увеличилось с 18 до 40 — и только две компании были местными. Разделив город, подрядчики составили смету на 1340 млн рублей, включив в нее даже ветхие и разрушенные дома, которые надо было не ремонтировать, а сносить. Смету потом завернули. «Некоторые приехали с умыслом выхватить, вырвать кусок из тех средств, которые выделяла Россия, — рассказывает руководитель Комитета государственного контроля и экономической безопасности республики Батраз Таказов. — Из-за них некоторые [жители] до сих пор остались в палатках и гаражах».

С десяток фирм просто исчезли с бюджетными деньгами. Североосетинская компания «Владремстрой» получила 19,4 млн рублей аванса и уехала — на стройплощадку компанию возвращал УБЭП. ООО «Золотой фазан» получило на специальный расчетный счет, открытый в Южной Осетии, примерно 10 млн рублей — его не могут отыскать до сих пор. Много претензий было к работе ОАО «Строительная компания Чеченстрой». Летом 2009 года договор с компанией был расторгнут, тем не менее чиновники одобрили перевод на ее счета 50 млн рублей.

До лета 2009 года все восстановительные работы буксовали: строители завышали расценки, Цхинвал и Москва долго не могли согласовать работы, в результате обещанные деньги до строителей не доходили. Однако в декабре 2008 года Счетная палата России обнаружила на счетах, используемых Южной Осетией, неизрасходованные 500 млн рублей. «Мы потеряли время, но сохранили деньги. Добились прозрачности и совместного контроля по расходованию средств», — объяснял корреспонденту Forbes президент республики Эдуард Кокойты, приводя в пример рекорд завышения сметной стоимости жилого дома — в 21 раз.

По данным Счетной палаты, наибольшее финансирование получили структуры «Спецстроя» — 30% (2,7 млрд рублей), ОАО «Северо-Кавказская энергоремонтная компания» (СКЭРК) — 25,9% (2,3 млрд рублей), ГУП «Дирекция РПНП» — 18,8% (1,7 млрд рублей). И хотя к подрядчикам возникали претензии (СКЭРК, например, отметилась завышением в 2,7 раза стоимости алюминиевого провода), деньги им перечисляли авансом — по схеме опережающего финансирования. С декабря 2008-го по март 2010 года на расчетные счета этих компаний было перечислено в общей сложности 8,5 млрд рублей, тогда как приняты и согласованы были работы только на сумму 4,7 млрд. «Финансирование объектов осуществлялось в режиме 100% предоплаты, что увеличивало риски неисполнения генподрядчиками договорных обязательств», — говорится в отчете Счетной палаты.

Слова «строительство» и «воровство» стали чуть ли не синонимами. Республиканскую больницу стеклили дважды: сначала поставили деревянные рамы, потом, когда привезли пластиковые окна, старые выбили лопатами и поставили новые. Плитку клали четыре раза, рассказывали врачи. «Какого черта все по два раза делать?» — распекал строителей на планерках министр здравоохранения Нугзар Габараев. Не помогало.

«Это не решенный нигде вопрос — ни на Кавказе, ни в Южной Африке: как распределять гуманитарную помощь при условии коррупции у принимающей стороны, — говорит Наталья Зубаревич, директор региональной программы Независимого института социальной политики. — Чтобы контролировать Южную Осетию, Москва направляла туда своих ставленников, но в условиях клановой сплоченности местных элит «засланный казачок» ничего не решал».

ДЕСАНТ «СОКА»

Найти общий язык с кланами сначала пытался Юрий Качмазов, глава поволжской группы «СОК», до недавнего времени контролировавшей «ИжАвто» и частично АвтоВАЗ. Осенью 2008 года администрацию президента Южной Осетии возглавил бывший ульяновский зампред правительства Александр Большаков. Кресло главы Минфина занял Алексей Пантелеев, бывший ульяновский министр финансов. А работу со СМИ и идеологию взял на себя поволжский политтехнолог Лев Павлючков. Все трое были креатурами «СОКа». Президент Кокойты потом объяснял, что лично просил своего друга Юрия Качмазова (он осетин по отцу) помочь с кадрами.

У «СОКа» в Южной Осетии был свой интерес: к лету 2008 года ФГУП «Рособоронэкспорт» выдавил компанию с АвтоВАЗа, и «СОК» начал терять позиции в Поволжье. Разворачиваясь в Южной Осетии, холдинг намеревался получить крупные подряды, а заодно подправить имидж. Павлючков подтвердил в интервью Forbes, что «СОК» в республике интересовали инфраструктурные проекты — ремонт автодорог, Рокского тоннеля, строительство аэропорта. Эти подряды вполне мог получить, например, инфраструктурный дивизион «СОКа» — компания «Волгомост». Планы были серьезные — Качмазов прикидывал даже, где в Южной Осетии построить себе дом.

Но «СОК» в Южную Осетию так и не пустили. В то время глава компании еще не был фигурантом уголовного дела (в феврале 2011 года Качмазова объявили в федеральный розыск по обвинению в преднамеренном банкротстве «ИжАвто»), но осетинские власти не смогли уговорить Москву отдать подряды «СОКу». «Бизнесом мы даже не занимались. Ни одного дома не построили, ни одного рубля не заработали», — говорит Павлючков. Уже через полмесяца после назначения министра финансов Пантелеева Кокойты подписал указ о его отставке. В 2009 году на родину вернулись Большаков и Павлючков. Все это время контроль за финансовыми потоками был у окружения президента республики. В Минрегионе, где весной 2009 года произошли кадровые перестановки, решили эту ситуацию изменить.

ЧЕЛЯБИНСКАЯ КОМАНДА

До августа 2009 года вряд ли кто в Южной Осетии знал про существование расположенного в Челябинской области города Озерска. И вдруг закрытый 90-тысячный город атомщиков стал кадровым инкубатором для кавказской республики. Началось с того, что ее правительство возглавил бизнесмен из Озерска Вадим Бровцев.

Ему было 40 лет, с начала 1990-х он занимался бизнесом, два срока был депутатом Озерского городского совета депутатов. Газеты расхваливали нового премьера: Бровцев строит олимпийские объекты в Сочи, однажды вынес из горящей квартиры пьяного соседа. Как оказалось, Бровцев действительно спас человека в 2000 году, но вот в олимпийском строительстве его компании не участвовали.

Бровцев начинал бизнес с поставок мандаринов в Озерск, вспоминает редактор интернет-портала «Озерск 74» Наталья Павловская. Отец будущего премьера Владимир Бровцев в советское время возглавлял комбинат бытового обслуживания (потом его успешно приватизировал), считался влиятельным человеком в городе. В 1990 году в Озерске появилась компания «Вермикулит» (вермикулит — это вспученная слюда, изоляционный строительный материал). Она начинала с ремонта дорог и благоустройства, а с 2001 года стала строить жилые дома. Конкурентов было много, но помощник Бровцева, озерчанин Андрей Агапов рассказывал в интервью журналистам, что, когда другие строительные организации города разорились, «Вермикулит» приобрел старый завод ЖБИ и стал успешно развиваться. В Озерске Бровцева до сих пор вспоминают как пробивного человека со связями, который умел получать муниципальные заказы. «Он умеет находить подходы к людям, расположить к себе, оказать хорошую услугу и благодаря этому с руководством города у него сложились хорошие отношения», — вспоминает бывший коллега Бровцева по городскому совету депутатов Валентин Черников. По его словам, пока Бровцев был депутатом, его компания получала муниципальные заказы.

«Компания «Вермикулит» и в Озерске не очень знаменита, за исключением пары скандальных строек», — утверждает челябинский политолог Александр Подопригора. Два года назад, сразу после того как назначили Бровцева, Подопригора опубликовал материалы, связанные со строительством городской набережной, подрядчиком которого выступал «Вермикулит». «Проверка ОБЭП Озерска и экспертов из «Челябинформцентра» выявила ущерб для городского бюджета в размере около 8 млн рублей — недовложение стройматериалов и завышение расценок работ, однако в возбуждении уголовного дела УВД было отказано прокуратурой», — говорилось в публикации. Валентин Черников утверждает, что историей вывода бюджетных средств занимались депутаты и милиция, но «уголовное дело не возбуждалось, потому что администрация находилась в хороших отношениях с Бровцевым».

И вот назначение в Южную Осетию. Как произошел такой стремительный карьерный рост? Сам Бровцев через помощника объяснил Forbes прибытие в республику желанием помочь «маленькой многострадальной стране» и стремлением самореализоваться в государственном менеджменте. Депутат южноосетинского парламента Амирал Дьяконов помнит, что Бровцева депутатам представлял замминистра Минрегионразвития Роман Панов, сам выходец из челябинского региона. Панов утверждает, что познакомился с Бровцевым в Москве за месяц до назначения. Тем не менее Панов представил Бровцева как одного из ведущих строителей и управленцев России, говорит Дьяконов. Да и в Цхинвале вначале были твердо уверены: это Москва прислала Бровцева смотреть, чтобы местные чиновники не разворовали деньги. То обстоятельство, что с его приходом финансирование программы восстановления было возобновлено, тоже сыграло на руку премьеру.

НАИВНЫЕ КАЗНОКРАДЫ

Они [осетины] за 20 лет войны отвыкли работать. Но они не озлобились, вполне доброжелательны. Даже казнокрадство организовано так наивно, как в России не поступают уже лет 30. В то же время взаимная наивность казнокрадов и проверяющих порождает гигантские масштабы воровства. Клановость есть, но для озерчанина такое положение дел вполне привычно. Так что найти общий язык с местными жителями можно», — писал в своем интернет-дневнике 40-летний бывший замглавы ЗАТО Озерск Александр Жмайло. По приглашению Бровцева Жмайло приехал в Цхинвал и был утвержден министром экономического развития.

В Озерске имя Жмайло прежде всего связывают с Фондом социального и экономического развития, куда были переведены 70 млн рублей для поддержки местного бизнеса. Фонд впоследствии обмелел, через четыре года в нем осталось всего 3,5 млн рублей. Черников говорит, что «деньгами пользовались лукаво»: например, был выдан кредит на 1,9 млн рублей — вероятно, по фиктивным документам — некой екатеринбургской предпринимательнице, которая недавно вернулась из мест заключения.

Жмайло был не единственным земляком в команде Бровцева: первым вице-премьером стал озерчанин Александр Зелиг, а помощником Бровцева — озерский депутат Андрей Агапов. «Даже завхозы и те — из Челябинска, а наши ребята, которые защищали город (во время конфликта с Грузией), сидят без работы», — недоумевает Таира Гаглоева, руководитель общественной приемной южноосетинской «Народной партии».

Основная борьба развернулась за контроль над финансами. Российские деньги шли в Южную Осетию двумя большими потоками: меньшая часть — на поддержку бюджета республики (зарплаты бюджетникам, пенсии), большая — на восстановление разрушенных объектов и строительство новых. Бюджетные поступления контролировало правительство Южной Осетии, средства на восстановление — Госкомитет по реализации проектов восстановления Республики Южная Осетия, нечто вроде параллельного правительства, находившегося в подчинении президента. В течение первого послевоенного года расходование денег, попадавших в Южную Осетию, и распределение гуманитарной помощи практически полностью контролировало окружение Эдуарда Кокойты. Москву это не устраивало, и с августа 2008-го по апрель 2010 года схемы финансирования восстановления республики менялись трижды. Почему это происходило? Сам Кокойты в одном из интервью заявил, что посредники были созданы Минрегионом под предлогом того, что «в Южной Осетии все воруют».

Весной 2009 года Межведомственную комиссию (МВК) по восстановлению Южной Осетии возглавил замглавы Минрегиона РФ Роман Панов, который выстроил новую финансовую вертикаль. С декабря 2009 года главным распорядителем бюджетных средств (5 млрд рублей) определен Минрегион, а госзаказчиком работ — ФГУ «Южная дирекция реализации программ и проектов». Дирекция базировалась в Москве, возглавил ее предприниматель из Челябинска Сергей Агеев. Предприятие отвечало за строительство девяти стратегических объектов: водовод, внутренние городские сети, вертодромы, водозабор и городские очистные сооружения. В Цхинвале же по инициативе Бровцева под предлогом, чтобы деньги не уходили из республики, был образован местный крупный генподрядчик — ГУП «Дирекция по реализации национальных приоритетных проектов Республики Южная Осетия». Ее возглавил заместитель Бровцева по «Вермикулиту» Исмаил Каримов.

Раньше схема работы была следующей: подряды по восстановлению весь 2009 год распределял Госкомитет по реализации проектов восстановления совместно с МВК. Деньги перечислялись из Минфина РФ в Минфин Южной Осетии, оттуда — в Госкомитет, а затем — подрядчикам. Теперь же местные структуры в лице Госкомитета были фактически отстранены от рычагов управления. «Челябинская команда» сделала то, что не удалось СОКу, — под контроль были взяты все финансовые потоки и 10–15% строительного рынка республики (это сообщил в одном из интервью заместитель директора «Южной дирекции» Павел Бегеба). В генпрокуратуре Южной Осетии оценивают экспансию челябинцев шире — до четверти рынка. Ответная реакция осетинских властей не заставила себя долго ждать.

ПИВНОЙ КОНФЛИКТ

Когда Бровцев стал избавляться от сомнительных фирмочек-субподрядчиков, выстроил вертикаль власти, а деньги начал распределять Каримов, а не цхинвальские структуры, начались проблемы с пивзаводом «Алутон», — вспоминает собеседник в окружении премьера кавказской республики.

В апреле 2010 года директор по развитию пивзавода «Алутон» Дмитрий Лазарев уехал из Цхинвала, оставив автомашины и оргтехнику, взял с собой только личные вещи и документы. «Предупредили, что меня могут арестовать, — рассказывает Лазарев. — В 20:00 мы заехали в правительство, а потом вдвоем с водителем рванули в аэропорт. Границу пересекли спокойно». Через несколько часов в доме, который снимал Лазарев, прошел обыск, несколько его сотрудников были задержаны и на какое-то время оказались в тюрьме.

А ведь всего полгода назад, осенью 2009 года, Лазарев приехал из Челябинской области в Южную Осетию — поднимать, как он говорит, разрушенную войной промышленность. «Никто нас с шарами и фанфарами, конечно, не встречал, — вспоминает он. — Свели нас с местными, чтобы получить доступ на объекты. Вместе с [главой Минэкономразвития] Александром Жмайло осмотрели винкомбинат, консервный завод, пивзавод «Алутон» в Лениногорском районе. Он [пивзавод] — самый интересный». Это неудивительно: до августа 2008 года завод находился под контролем грузинских предпринимателей — они выпускали там пиво и лимонад. Лазарев говорит, что завод год стоял заброшенный — часть оборудования проржавела, часть растащили. Лазарев стал директором по развитию, а должность гендиректора получил его земляк Руслан Шарипов, ранее менеджер по развитию в Челябинской области пивоваренной компании «Балтика».

Лазарев уверяет, что инвестировал в восстановление завода «примерно 10-15 млн рублей», однако точную сумму назвать затруднился. Через два месяца завод заработал, в январе 2010 года сварили первое пиво, весной оно появилось в каждом магазине республики. В тот момент, когда руководство завода решило отправлять пиво в Россию, им и заинтересовалась прокуратура.

Челябинских топ-менеджеров обвинили в мошенничестве, присвоении и растрате бюджетных средств. Как рассказали в прокуратуре, на счета «Алутона» из бюджета было переведено 5,5 млн рублей — в качестве уставного капитала, но потом, как полагает следствие, деньги были выведены из республики. «Около 4 млн рублей перевели в город Озерск на счета ООО «Орфей» — якобы на закупку оборудования, еще 1,5 млн рублей сняли в Цхинвале через ООО «Эталонсервис», — рассказал в интервью Forbes заместитель генерального прокурора республики Эльдар Кокоев. По его словам, из нового оборудования на пивзаводе обнаружили только три новых насоса, цена которых не превышает 20 000 рублей.

Проблемы с силовиками возникли не только у пивоваров. В апреле 2010 года в офисах «челябинских» компаний прошли проверки, обыски, аресты счетов и имущества. Два десятка челябинских специалистов, чтобы не попасть в руки следователей, спешно уехали из республики. Уже в Москве они сами поспешили обвинить цхинвальские власти в коррупции. Экс-директор ГУП «Управление автомобильного транспорта» Сергей Олейник заявил, что выделенные республике автобусы забрали себе водители и чиновники. Дмитрий Лазарев назвал арест завода рейдерским захватом. По его словам, топ-менеджерам предлагали поделить бизнес: «Нам предлагали схему: пять дней завод работает на вас, два дня на нас».

Политика уже вмешивалась в работу правоохранительных органов, считает оппозиционер Ахсар Кочиев, бывший генпрокурор Южной Осетии. «В корне уголовных дел не борьба за справедливость, а борьба за власть, чтобы дорваться до денег», — считает Кочиев. Так, например, уголовное дело было возбуждено в отношении политического оппонента Кокойты Альберта Джуссоева (его компания «Стройпрогресс» тянула газопровод в Южную Осетию). По данным Комитета экономической безопасности, на счета дочки «Стройпрогресса» — ОАО «Спецстрой Южной Осетии», открытые в ООО «Первый республиканский банк», — за 2007–2008 годы поступило около 1,5 млрд рублей. Потом деньги были переведены в Москву, а компания не уплатила налогов в бюджет на сумму 163 млн рублей. Давать комментарии для этой статьи Джуссоев отказался, но в 2009 году в беседе с корреспондентом Forbes называл преследование политическим заказом. На открытие газопровода Джуссоев не приехал.

Всего генпрокуратура Южной Осетии возбудила 17 уголовных дел по фактам превышения должностных полномочий, мошенничества, халатности, из них десяток относится к деятельности челябинской команды. «Я готов подать в отставку, если челябинцы мне назовут, что перекрыли хотя бы один канал хищений. А я назову 10 каналов, которые они открыли», — уверяет Батраз Таказов из Комитета по экономической безопасности республики. Больше всего претензий к «Южной дирекции» и челябинцу Исмаилу Каримову, директору ГУП «Дирекция реализации приоритетных национальных проектов», основного генподрядчика на восстановительных работах.

Происходящее едва не привело к отставке Бровцева — в мае 2010 года местный парламент инициировал расследование деятельности команды премьера и готов был проголосовать за его отставку. Но за Бровцева вступился Кокойты. Причина проста: незадолго до этого Кокойты встречался с министром регионального развития России Виктором Басаргиным — в Минрегионе Бровцева не сдали. «Внешне все было хорошо. Он [Бровцев] вместе с президентом ездил на охоту. Сидели за одним столом, поднимали тосты», — говорит информированный собеседник Forbes, отмечая, что на самом деле взаимоотношения между ветвями власти больше походили на холодную войну.

Любопытно, что претензий к местным чиновникам у силовиков нет — не возбуждено ни одного уголовного дела. «Кокойты под микроскопом, вначале он просто боялся принимать управленческие решения. Потому что еще никто ничего не украл, а Москва всех уже обвинила», — утверждает собеседник Forbes в руководстве республики. По его словам, у многих высокопоставленных чиновников есть недвижимость или бизнес в России. В республике многие говорят о московском бизнесе самого Эдуарда Кокойты, например, в Москве работает компания «Франг», которая занимается сдачей в аренду недвижимости. В сентябре 1996-го Кокойты был замгендиректора и совладельцем (38% акций) зарегистрированного в Москве ЗАО с таким названием. Соучредителем (62%) компании был авторитетный предприниматель Альберт (Ибгарим) Тедеев, застреленный в октябре 2006 года. Став президентом республики, Кокойты оставил пост гендиректора «Франга». Компания же существует до сих пор.

ЧУДЕСА ДИПЛОМАТИИ

Летом 2010 года российские власти, которые снова были недовольны ходом восстановительных работ, объявили, что посредники будут устранены: с 1 января 2011 года «Южная дирекция» перестанет отвечать за распределение денег на восстановление республики, будет ликвидирована МВК. В начале 2011 года Минрегион России и южноосетинские власти объявили об окончании программы восстановления и отчитались, на что потрачены деньги. По отчетам Минрегиона, работы завершены на 792 объектах: построено 250 жилых домов, отремонтировано 57 многоквартирных домов, на сотне зданий поменяли крыши. Но в самой республике много недовольных: строили долго, некачественно и в итоге дорого.

Осенью этого года у Эдуарда Кокойты заканчивается президентский срок — и ему сейчас как никогда надо проявить чудеса дипломатии. Независимо от того, кто станет новым президентом республики, Россия пообещала и дальше вкладываться в Южную Осетию — теперь уже в рамках «инвестиционной программы». У Цхинвала есть пример для подражания. Бюджетная помощь России на восстановление Чечни по двум федеральным программам с 2002-го по 2011 год составляет около 111 млрд рублей. Для Кремля закачка денег в Чечню стала гарантией спокойствия и мира. «Помощь Цхинвалу — гарантия лояльности осетинского народа», — уверяет бывший южноосетинский чиновник. Но это еще и вопрос амбиций: в Грузии беженцам из Осетии за считаные месяцы построили коттеджный поселок, а в Цхинвале люди три года жили в палатках.

После череды скандалов «челябинская команда» практически в полном составе покинула Южную Осетию. Снабженец Пустозеров и пивовар Лазарев вернулись на Урал и сожалеют о потраченных деньгах и времени. Еще хуже подмоченная репутация. Когда в августе 2010-го экс-министр Жмайло попытался пойти на выборы в заксобрание Челябинской области, южноосетинские силовики предъявили чиновнику претензии в халатности, которая обошлась бюджету республики в 30 млн рублей. Кандидат выбыл из предвыборной гонки. Сам Бровцев в республике бывает все реже, уверяют несколько собеседников в Цхинвале, — документы на подпись премьеру возят в Москву или Сочи.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ФОТО ВАСИЛИЯ МАКСИМОВА КОММЕРСАНТ

ИСТОЧНИК: FORBES

Чемезов, финансисты и титан

Чемезов, финансисты и титан

Как Сергей Чемезов и менеджеры «Ростехнологий» взяли под контроль и приватизировали титанового монополиста России.

Осенью 2006 года в небольшой промышленный городок Верхняя Салда Свердловской области прибыли высокопоставленные гости из Москвы. Делегацию возглавлял глава ФГУП «Рособоронэкспорт» (сейчас — госкорпорация «Ростех») Сергей Чемезов, один из друзей Владимира Путина. Главной целью долгого путешествия был завод «ВСМПО-Ависма», крупнейший производитель титана в мире.

Гости сильно спешили, поэтому Чемезову во время экскурсии по цехам не показали фокус с часами. Обычно у кого-то из гостей берут часы и отправляют под работающий пресс «семидесятку», который с усилием 50 000–75 000 т штампует детали для самолетов Boeing и Airbus. Хозяин в ужасе, но часы возвращают невредимыми — автоматика останавливает пресс в нескольких миллиметрах от корпуса. «Наверное, не рискнули, — вспоминает директор заводского музея Аркадий Ежов. — К тому же все было очень быстро, по-деловому». В тот же день, 7 ноября, на внеочередном собрании представители «Рособоронэкспорта» Михаил Шелков и Михаил Воеводин вошли в состав совета директоров «ВСМПО-Ависма», а Чемезов стал его председателем.

Всего годом ранее под административный пресс попали предыдущие владельцы «ВСМПО-Ависма» — Владислав Тетюхин и Вячеслав Брешт. Налоговые претензии, проверки Генпрокуратуры под прикрытием ОМОНа, угрозы возбуждения уголовных дел — все это эпизоды борьбы за контроль над предприятием с годовой выручкой более миллиарда долларов. Чем заинтересовала титановая компания госменеджеров из «Рособоронэкспорта» и почему война за него приняла такой ожесточенный характер?

САМОЛЕТЫ ИЛИ БИДОНЫ

Корпорация «ВСМПО-Ависма» — это два больших завода по обе стороны Уральского хребта. В Пермском крае, в Березняках, на «Ависма» выпускают титановую губку, а на ВСМПО, в Верхней Салде, из этого сырья делают титановые слитки и полуфабрикаты. Из салдинского титана выпускают детали для Boeing и Airbus, компоненты авиадвигателей, спутников связи, межконтинентальных ракет и подводных лодок, титановые имплантаты, часы, велосипеды и клюшки для гольфа. Даже команда Renault из «Формулы-1» закупила в Верхней Салде полтонны титана для своих болидов.

В 1992 году Владислав Тетюхин, проработавший на заводе с 1956 года, купил дачу в Подмосковье с прицелом на пенсию. «Приехали ребята из Салды и сказали: возвращайся обратно. Ситуация критическая», — вспоминает Тетюхин. В 1992 году заказы по титану упали в 30 раз и в 6 раз — по алюминиевым сплавам — состояние, близкое к коллапсу. Летом того же года Тетюхин приехал в Салду и его выбрали гендиректором, а в феврале 1993 года ВСМПО было акционировано.

Где взять быстрые деньги? Вместо танковых катков стали делать диски для легковых машин. Из отходов титана выпускали лопаты — они легкие и земля к ним не прилипает. Еще одна удача — кастрюли, оборудование для производства которых достал в Германии местный предприниматель Вячеслав Брешт. «Мы познакомились с Брештом в гостинице, разговорились. Сразу было видно, что у него неплохая голова и хорошая реакция», — вспоминает Тетюхин. Брешт родился и вырос в Нижнем Тагиле. С отличием окончил местный пединститут, но, вместо того чтобы пойти в школу преподавать немецкий и английский языки, в начале 1980-х пошел служить в КГБ. Попал в Первое главное управление, которое занималось внешней разведкой, но был комиссован из-за проблем со здоровьем.

В 1993 году Тетюхин и Брешт разослали предложения о сотрудничестве всем авиакосмическим компаниям в Европе, США, Японии. У Тетюхина со времен работы во Всесоюзном НИИ авиационных материалов остались контакты с представителями Boeing и NASA. «Когда мы поехали в Южную Америку, я взял с собой пять бидонов — таскал их и всем показывал. Думал, что пригодятся для ферм, а нами заинтересовался бразильский Еmbraer», — вспоминает Тетюхин.

Оба завода буквально притягивали к себе акционерные скандалы и конфликты. В середине 1990-х в ходе приватизации 70% акций «Ависма» собрала группа «Менатеп», а председателем совета директоров стал Михаил Ходорковский. Но эта инвестиция так ни к чему и не привела; в 1997 году «Менатеп» уступил свой пакет знаменитому американскому инвестору-стервятнику Кеннету Дарту. Дарт, в свою очередь, поменял пакет на 30% акций ВСМПО, которое стало владельцем «Ависма». Тетюхин и Брешт к тому времени уже контролировали ВСМПО: они собрали акции, которые в процессе приватизации получили рабочие. Это был слаженный тандем: старший Тетюхин отвечал за производство, более молодой Брешт — за внешние связи и денежные вопросы. Вместе они сумели избавиться от Дарта, на которого даже подали иск в американские суды, а позже выкупили его пакет. В начале 2000-х под контролем Брешта с Тетюхиным оказалось примерно по 30% акций ВСМПО, владевшего около 70% «Ависма», остальные акции были распылены либо принадлежали менеджменту заводов. Позже предприятия перешли на единую акцию и возникло «ВСМПО-Ависма».

ТАКСИ ИЗ ВЕРХНЕЙ САЛДЫ

В 2003 году в Верхней Салде появился странный автобус. На нем висел плакат: «Купим акции. Дорого». Так на ВСМПО пришел новый акционер — компания «Ренова» Виктора Вексельберга. Миссионеры, как называли их тогда, ходили по домам и уговаривали сотрудников продать акции. «Мы поговорили с местными таксистами. Они стали вывозить этих миссионеров за город и выбрасывали посреди леса», — вспоминает очевидец тех событий, работавший на ВСМПО. В итоге свои акции продали только пять человек из менеджмента, с которыми Тетюхин немедленно расстался, а у «Реновы» оказалось около 13% акций ВСМПО. Попытки взять под контроль менеджмент предприятия тоже успехом не увенчались. «У Тетюхина был со всеми короткий разговор: я ребят подниму, забастовку устрою», — вспоминает участник тех событий. Забастовки в итоге не было, но представителей Вексельберга на завод не пустили физически — перекрыли въезд в город КамАЗами.

Через два года, когда «ВСМПО-Ависма» была уже единой компанией, акционеры помирились, подписав трастовое соглашение. В нем был прописан механизм «русской рулетки», цивилизованного развода: с весны 2005 года любой собственник имел право объявить цену, по которой он готов купить акции партнеров или продать свои. «Это была идея «Реновы», — вспоминает бывший директор управления «Ренессанс Капитала», а сейчас депутат Верховной рады Украины Павел Ризаненко,— они вовлекли Тетюхина и Брешта в соглашение акционеров, чтобы получить право выкупить компанию». «Ренова» запустила рулетку сразу же, как закончился мораторий на войну, назначив цену $96 за акцию — значительно ниже, чем оценивал рынок (более $116). На помощь Брешту и Тетюхину пришла инвестиционная компания «Ренессанс Капитал», которая привлекла консорциум иностранных банков. «Это была выгодная сделка для «Реновы», компания купила пакет за $40 млн, а продала за $130 млн», — говорит Ризаненко.

В «Ренове» так не считали. «Мы, конечно, облажались — цена была объявлена слишком низкая. Брешт нашел деньги. Выстави мы цену немного выше, и все было бы по-другому», — говорит близкий к «Ренове» источник.

Партнеры окончательно перессорились и стали апеллировать к государству. «Я написал президенту Путину про опасность захвата стратегического предприятия и про то, что мы не против участия государства — может быть «золотая акция» или госпредставитель в совете директоров», — рассказывает Тетюхин. Но ответа он не получил.

Как вспоминают участники событий, Вексельберг в это же время пошел в другой кабинет — к гендиректору «Рособоронэкспорта» Сергею Чемезову. Довод был примерно такой же — «у Брешта есть израильский паспорт, и он хочет увести актив за границу», рассказывает источник, близкий к «Ренове». «Вексельберг думал и о других механизмах привлечения государства, но, например, ВЭБ еще не был такой влиятельной структурой, а Чемезов активно мультиплицировался». Официальный представитель «Реновы» это не комментирует.

Так в истории с ВСМПО появился новый герой, который вскоре оказался главным.

«ЗАВХОЗ» ИЗ ДРЕЗДЕНА

В 1985 году в Дрездене в панельной пятиэтажке на Радебергерштрассе, 101, где жили семьи советских офицеров и сотрудники восточно-германской разведки «Штази», появился новый жилец — старший оперуполномоченный КГБ Владимир Путин. В соседях у Путина — семья Сергея Чемезова, руководителя представительства засекреченного ЭНО «Луч». Про дружбу с Путиным Чемезов охотно вспоминал в интервью «Итогам»: «Жили в одном доме, общались и по службе, и по-соседски». Сергей и Владимир были не только соседями, но и делили одну на двоих служебную машину «жигули», вспоминает, не называя фамилий, Владимир Усольцев, подполковник КГБ, автор книги о службе с Путиным в Дрездене: «Один день на машине ездит Володя, другой — Сергей, рулить любили оба. У всех дрезденских разведчиков были клички. У Володи — «Ути-Пути», а у Сергея — «Завхоз», — добавляет он.

Став заместителем главы управделами президента в 1996 году, Путин позвал к себе Чемезова, который до этого скромно работал в «Совинтерспорте». Замдиректора заключал контракты с иностранными спортсменами и тренерами, которых приглашали для работы в Россию, покупал инвентарь. «Не было ни лыж, ни ботинок, ни подъемников. Компания Чемезова все это доставала», — вспоминает бывший глава Олимпийского комитета Леонид Тягачев.

И в 1999-м премьер-министр Путин про сослуживца не забыл, назначив Чемезова главой внешнеторгового объединения «Промэкспорт». Это было одно из первых знаковых назначений нового главы правительства. «Промэкспорт» продавал в арабские и африканские страны «оружие на один бой» — технику и запчасти с армейских складов. Бывший сотрудник «Росвооружений» вспоминает, что «Пром-экспорт» получал комиссионные 18–25% от сделок, что в два раза больше, чем у «Росвооружений», контролировавших тогда до 80% рынка оружия.

В 2000 году Путин объединил конкурентов в одну компанию «Рособоронэкспорт». Руководителем, правда, поставил не Чемезова, а его заместителя по «Промэкспорту», тоже сотрудника КГБ Андрея Бельянинова. По словам бывшего сотрудника «Росвооружений», Чемезова не поставили руководить, потому что он был слишком близкой к Путину фигурой — представители влиятельной тогда ельцинской «семьи» были против. Однако, по его словам, большого значения это не имело — именно Бельянинов ездил на совещания из своего офиса на Гоголевском бульваре на Стромынку, где располагался кабинет его заместителя Чемезова, а не наоборот.

Как Чемезов добивался своего? В начале его работы в «Промэкспорте» многие директора предприятий спорили с ним о слишком высоких комиссионных, заложенных в цену. «Мы говорили, это превышает наши возможности. Тогда он показывал пальцем на портрет президента и говорил: вы думаете, я так хочу? Это он так хочет», — рассказывает один из директоров, чьи интересы пересеклись с «Рособоронэкспортом». — Сейчас уже давно с Чемезовым никто не спорит».

Однако хозяева «ВСМПО-Ависма» спорить все-таки попытались.

«ЖИЗНЬ ЧЕЛОВЕКА КОНЕЧНА»

«Сами виноваты, разбудили лихо, «Рособоронэкспорт» узнал, что такое предприятие есть», — говорит знакомый Брешта и Тетюхина. За три дня до того, как деньги должны были упасть на счет «Реновы» в банке, как рассказывают участники событий, последовал окрик из «Рособоронэкспорта»: сделку остановить. «Ренова» подала в суд, утверждая, что Брешт с Тетюхиным нашли деньги, заложив свои акции, а это было запрещено трастовым договором. Иски были поданы в Нью-Йорке, на Кипре, в Лондоне, а также в Свердловский арбитражный суд. Последний назначил в качестве обеспечительной меры арест 73,4% акций «ВСМПО-Ависма», а Федеральная служба по финансовым рынкам с 13 октября 2005 года остановила торги акциями на биржах.

В ноябре 2005-го на заводе появилась бригада Генпрокуратуры в сопровождении бойцов ОМОНа — компанию проверяли на незаконные хищения в процессе приватизации. Когда охранник попросил показать документы, ему заломили руки и несколько раз ударили ногами. Позже к «ВСМПО-Ависма» предъявили претензии и налоговики — обнаружилась недоимка за 2005 год, 2 млрд рублей. «Брешт тогда недооценил ситуацию, — рассказывает Ризаненко, — он был уверен, что победа уже за ним — суды казались бесперспективными, «маски-шоу» тоже не пугали».

Владельцев предприятия стали приглашать «на разговор» в «Рособоронэкспорт» и администрацию президента. «Основной мотив бесед был такой, — рассказывает знакомый бизнесменов, — молодцы, что посадили на титановую иглу мировую авиапромышленность,  «родина» вас благодарит и просит все подарить «Рособоронэкспорту». «В 2006 году основные заказчики «ВСМПО-Ависма» были обеспокоены акционерным кризисом в компании и рассматривали варианты долгосрочного обеспечения своих потребностей закупкой у американских и японских производителей, и Россия могла потерять свое место на мировом рынке», — объясняет необходимость вмешательства государства представитель «Ростеха».

Тетюхин, не раскрывая подробностей, подтверждает, что разговоры действительно были. «Во время встреч было понятно, что государство настроено на полное доминирование и 100%-ное управление. Я свою позицию озвучил так: жизнь человека конечна, государство вечно. Вести диалог, спорить с государством можно до определенного момента. Потом начинается согласительная позиция. У меня было мнение, что если предприятие принадлежит государству и оно о нем заботится, то это неплохой вариант. У Брешта было иное мнение, хотя и он, как человек прагматичный, понимал, что других вариантов нет», — вздыхая, рассказывает он. Брешт с момента своей эмиграции в Израиль в 2006 году не дал ни одного интервью, от комментариев для этой статьи он также отказался. Для Брешта это был прежде всего бизнес, он был готов продавать, но по рыночной цене. «Он никогда не скрывал, что для него это в первую очередь деньги. Он еще Вексельбергу говорил: зачем вы выдумали эту рулетку, предложили бы $300 за акцию, я бы продал», — вспоминает его знакомый (осенью 2006-го акция торговалась за $250).

В конце февраля 2006 года обоих владельцев «ВСМПО-Ависма» позвали в «Рособоронэкспорт». В кабинете, как рассказывают их знакомые, сидели несколько человек — глава ФСБ, помощник президента, замглавы МВД и Чемезов. Фактически зачитывались условия капитуляции. Решение принято, якобы сказал Чемезов. «Надо отдать должное догадливости Брешта, он сам работал в КГБ и сразу сказал, что понимает важность момента и со всем согласен. Спросил только, куда и когда присылать юристов, чтобы оформить бумаги», — рассказывает знакомый Брешта.  А на следующий день Брешт собрал вещи и улетел в Германию.

Во Франкфурт-на-Майне прилетели два ближайших сподвижника Сергея Чемезова — замглавы «Рособоронэкспорта» Алексей Алешин и глава «Оборонимпэкса» Михаил Шелков.  Разговор был жесткий — угрозы звучали уже с обеих сторон. «Брешт обложился юристами и обещал сделать скандал публичным, что после «дела ЮКОСа» не лучшим образом скажется на имидже России», — говорит знакомый Брешта. Больше встреч с руководством у Брешта не было, посредником в сделке после скандального разговора выступал «Ренессанс Капитал».

Для расчетов с бывшими акционерами «Рособоронэкспорт» привлек кредит — около $1 млрд от консорциума госбанков во главе со Сбербанком. Как эти деньги распределились между собственниками, точно неизвестно. По словам одного из участников тех событий, Тетюхин был согласен на любую сумму, главное — остаться у руля. Сам Тетюхин говорит, что получил значительно меньше половины — так было принято считать. Его знакомый уточняет, что Тетюхин получил около $150 млн. Гендиректором «ВСМПО-Ависма» он оставался до 2008 года. Около 4 млрд рублей Тетюхин вложил в строительство медицинского центра в Нижнем Тагиле, производство титановых имплантатов в Туле и медицинской мебели в Рязани. Сейчас средства заканчиваются, и он ждет поддержки из федерального бюджета. Вячеслав Брешт живет в Тель-Авиве, ходит в оперу, принимает гостей из России, но в Россию не торопится. «К нему до сих пор периодически приезжают люди, грозят завести дело. Но Брешту есть чем крыть: переговоры во Франкфурте он записывал на пленку, и вряд ли кто-то из «Ростехнологий» захочет, чтобы они стали достоянием общественности», — рассказывает один из его гостей.

УШЛИ С РЫНКА

Осенью «Рособоронэкспорт» закрыл сделку. В его собственности на тот момент оказалось 66% акций «ВСМПО-Ависма» (около 4% осталось у Тетюхина, остальное новые владельцы заложили по кредиту). Представители дочерней компании «Рособоронэкспорта» «Оборонимпэкс» Михаил Шелков и Михаил Воеводин вошли в состав совета директоров, а Чемезов стал его председателем. Такой чести не удостоился даже АвтоВАЗ, где долго шла борьба за контроль с авторитетной самарской группой СОК.

Это неудивительно: ВСМПО — самый привлекательный актив из всего, чем управляет Сергей Чемезов. Компания занимает 30% мирового рынка титана, 70% продукции идет на экспорт. ВСМПО обеспечивает более 60% потребностей в титане европейской авиастроительной корпорации Airbus, около 40% —американской Boeing и 100% — бразильской Embraer. Все авиакомпании декларируют, что собираются наращивать производство титаноемких лайнеров. Преимущества титана заключаются в его исключительной прочности при низком весе. Растет и внутренний рынок: государство взяло курс на перевооружение Российской армии.

Иностранцев появление государства в капитале не испугало — все ключевые контракты с авиакомпаниями были перезаключены: в 2009 году в присутствии Путина был подписан контракт с Airbus до 2020 года ($4 млрд), в 2012-м — с Boeing до 2018-го. Однако рынок потерял интерес к активу — ведущие инвестиционные банки перестали анализировать ВСМПО с точки зрения привлекательности для частных инвесторов. В обзоре от 2010 года аналитики Банка Москвы (до поглощения ВТБ) писали, что компания фундаментально очень привлекательна, но постепенно становится «черным ящиком», предоставляя о себе мало информации.

СОБСТВЕННОСТЬ КОРПОРАЦИИ

Однажды у Сергея Чемезова спросили: собственность, принадлежащая «Ростехнологиям», какая — государственная или частная? Не то и не другое, ответил он, это собственность государственной корпорации.

В 2007 году гендиректор «Рособоронэкспорта» продвигал идею создания госкорпорации «Ростехнологии», которая могла бы собрать воедино все убыточные оборонные активы государства и вывести их на новый уровень. Тогда же Чемезов писал Путину: учитывая профицит госбюджета и то, что «Рособоронэкспорт» вынужден половину кредита гасить самостоятельно, ему «представляется целесообразным» перечислить деньги из федерального бюджета в уставный капитал госкорпорации. Но денег он не получил. Через год Чемезов отправил запрос на погашение всего кредита из бюджета — 34 млрд рублей. Против создания госкорпорации тогда выступал вице-премьер правительства Алексей Кудрин.

В письме первому вице-премьеру Игорю Шувалову он писал, что передача активов «Ростехнологиям» — не что иное как скрытая приватизация, которая предполагает непрозрачность механизмов и «направлена на увод доходов от продажи госактивов из федерального бюджета». Минфин предлагал обязать «Ростехнологии» согласовывать с правительством любые решения по отчуждению предприятий. Денег тогда Чемезову не дали, но мнение путинского финансиста учли не в полной мере. Для продажи актива оказалось достаточно визы наблюдательного совета. Как продавать, тоже решает руководство.

До 22 ноября 2012 года, пока наблюдательный совет «Ростехнологий» возглавлял министр обороны Анатолий Сердюков и в совет входила Эльвира Набиуллина, опасения Кудрина не оправдывались. Заседания наблюдательного совета всегда проходят в закрытом режиме, поскольку обсуждаются секретные темы. После скандальной отставки Сердюкова председателем набсовета назначили главу Минпрома Дениса Мантурова, а 27 ноября было объявлено, что контрольный пакет «ВСМПО-Ависма» выкупит менеджмент. Андрей Клепач, пришедший в наблюдательный совет вместо Набиуллиной, сказал Forbes, что на его памяти такого решения не принималось. Запрос другому члену совета замминистра обороны Юрию Борисову остался без ответа.

Как была оформлена сделка и кто они, новые собственники?

НОВЫЕ ХОЗЯЕВА

Новый совладелец и генеральный директор «ВСМПО-Ависма» 36-летний Михаил Воеводин принимает корреспондентов Forbes в особняке в тихом центре, в Большом Саввинском переулке. У входа — стальные скульптуры грифонов в человеческий рост. Посетителей сопровождают несколько охранников. «Мы знали, что «Ростех» (в декабре 2012-го госкорпорация «Ростехнологии» провела ребрендинг и стала называться «Ростех». — Forbes) получил предложение о продаже пакета, и решили сделать свое», — рассказывает Воеводин в интервью Forbes. Интересно, что еще в октябре 2012 года руководство «Ростеха» и не помышляло о management-buyout «ВСМПО-Ависма»: Чемезов во всеуслышание объявлял о поиске стратегического инвестора. Бывший сотрудник госкорпорации говорит, что от желающих купить предприятие с выручкой более $1 млрд и многолетними гарантированными контрактами отбоя не было.

За месяц до продажи ВСМПО в правительство обратилась американская металлургическая компания Alcoa, но предложение не вызвало интереса у руководства «Ростеха», рассказал Forbes правительственный чиновник. Интересовались активом и два инвестбанка — российские и иностранный, но предлагали цену с дисконтом к рынку. Это неудивительно, поскольку, несмотря на декларации Чемезова о желании продать пакет «ВСМПО-Ависма» на бирже, с 2010 года компания перестала публиковать отчетность по МСФО. «Если бы это был открытый аукцион и компания показала отчетность, то ее можно было бы продать дороже», — считает аналитик БКС Кирилл Чуйко. «А вы представьте себе, как проводить аукцион? Нельзя же сделать квалификацию и написать: участвуют только покупатели, одобренные заказчиками? Нас же все заказчики знают, с другой стороны, мы дали 16%-ную премию к рынку», — возражает Воеводин.

Как менеджерам, зарплаты которых не позволяют покупать титановых монополистов, удалось найти деньги на выкуп контрольного пакета «ВСМПО-Ависма», оцененного примерно в миллиард долларов?

При ближайшем рассмотрении оказывается, что сделка структурирована очень удачно для менеджеров «Ростеха», ведь они выкупают компанию, не заплатив за нее собственных денег. В качестве основного платежа за компанию они возьмут на себя обязательства «Ростеха» перед Сбербанком — это долг, взятый еще для выкупа долей Тетюхина и Брешта ($495 млн). Для сделки менеджеры «ВСМПО-Ависма» создали совместное предприятие с Газпромбанком в долях 75% плюс одна акция на 25% минус одна акция (у «Ростеха» остается блокпакет «ВСМПО-Ависма»). Непосредственно деньгами СП заплатит «Ростеху» $180 млн. Еще около $300 млн ушли на погашение долга госкорпорации перед ВТБ, который был одним из кредиторов предыдущей сделки с «ВСМПО-Ависма». Воеводин говорит, что для осуществления этих операций менеджерам удалось занять деньги у банков, но, как и у кого, не рассказывает. Очевидно, что новые владельцы «ВСМПО-Ависма» не могли закладывать акции, которые уже заложены по кредиту Сбербанку. Сбербанк и Газпромбанк детали этой сделки не раскрывают.

Трудно сказать, как скоро акционеры расплатятся по своим обязательствам. Новые владельцы не исключают, что пересмотрят дивидендную политику — в сторону увеличения выплат. «Мы хорошо знаем новых собственников и уверены, что они смогут выполнить обязательства. Если нет, то, поскольку пакет заложен Сбербанку, компания вернется под контроль государства. Но это маловероятно», — говорит представитель «Ростеха».

СТРОИТЕЛЬ «РОСТЕХА»

Кто те пять менеджеров, которые составили конкуренцию Alcoa? Глава «Проминвеста», входящего в «Ростех», Михаил Шелков отвечает за стратегию и внешние связи, Воеводин — за оперативное управление. Алексей Миндлин работает замгендиректора по экономике, Дмитрий Санников — главный бухгалтер, а Артем Кисличенко — юрист. По словам источника Forbes, близкого к «ВСМПО-Ависма», бухгалтер, юрист и замдиректора по экономике — люди технические, каждому принадлежит пакет не более 5%. Собеседник Forbes называет основным бенефициаром сделки главу «Проминвеста» Михаила Шелкова. Воеводин это не комментирует.

Шелков родился в 1968 году, окончил Московский физико-технический институт, работал в банках РБРР и Евросиббанке (их уже не существует), а потом перешел в созданную «Рособоронэкспортом» и ВЭБом структуру «Оборонимпэкс». Созданная в 2001 году организация занималась расчетами в валютах, которыми страны третьего мира расплачивались за поставки оружия. Сам Шелков в интервью «Ведомостям» рассказывал, что познакомился с Чемезовым в банке, где они обсуждали тему расчетов в неконвертируемых валютах. «Никого, чтобы возглавить это направление, не нашлось, и я стал этим заниматься — как я тогда думал, временно. Потом это временно затянулось».

В 2007 году «Рособоронэкспорт» превратился в «Ростехнологии». В 2008-м «Оборонимпэкс» переименовали в «Проминвест», и его сделали инвестиционным подразделением госкорпорации. Сейчас в «Проминвест» входит пять компаний: ООО «Проминвест» и ОАО «Промтехнологии», которые покупали для «Рособоронэкспорта» «ВСМПО-Ависма», два бывших внешнеторговых объединения «Тяжпромэкспорт» и «Технопромэкспорт», а также «РТ — строительные технологии», которая занимается оценкой и реализацией непрофильных активов «Ростеха».

Шелков — один из ключевых людей в команде Чемезова,  рассказывает топ-менеджер предприятия, входящего в «Проминвест». Изначально у «Ростехнологий» была идея создать на базе «Проминвеста» большое девелоперское подразделение, вспоминает он, а Шелков был главным лоббистом идеи больших строек.

В 2008 году Шелков заявил, что в «Ростехнологиях» формируется крупная девелоперская компания — «Строительные инвестиции». Единственной сделкой, о которой он официально объявил, оказалась покупка 6% акций «Мосинжстроя». Неудача постигла и другой девелоперский проект Шелкова: он был одним из учредителей биржи строительных долгов ОРСИ, куда помимо него входил СМП Банк Аркадия Ротенберга. Проект со скандалом развалился, после того как туда попали похищенные земли Московской области. А главные фигуранты дела бывший министр финансов Подмосковья Алексей Кузнецов и его жена Жанна Буллок, бежавшие в США, обвинили ОРСИ в рейдерском захвате. Сейчас вопрос о создании девелоперской компании для «Ростеха» не актуален, говорит представитель госкорпорации.

По данным «СПАРК-Интерфакс», Шелкову принадлежит компания «Ренессанс Девелопмент». Однако ни в одной крупной стройке она не замечена — на строительном рынке никто из опрошенных Forbes экспертов фамилию Шелкова не вспомнил. Представитель «Ростеха» ограничился комментарием, что «Ренессанс Девелопмент» и «Проминвест» никак не связаны друг с другом. Сам Шелков разговаривать с Forbes отказался. Но изучить бизнес-приемы людей из его команды удалось благодаря другой истории, казалось бы, напрямую с «ВСМПО-Ависма» не связанной.

«СИЛЬВИНИТ» ПЛАТИТ ДВАЖДЫ

В марте 2008 года государство выставило на торги неосвоенные участки второго по запасам в мире Верхнекамского месторождения калийно-магниевых солей. Их продажи участники рынка ждали много лет, так что страсти вокруг торгов разгорелись задолго до аукционов и продолжились даже после того, как лицензии были проданы (3 млрд т сильвинита, около 600 млн т карналлита, необходимого для производства титановой губки). Эта лицензия нужна была в первую очередь «Сильвиниту» — для компании это был вопрос жизни и смерти, рассказывает один из участников торгов. Половодовский участок граничил с рудниками «Сильвинита». Получив его, компания решала вопрос ресурсной базы на много лет вперед.

Незадолго до торгов тогдашние хозяева «Сильвинита» Петр Кондрашев и Анатолий Ломакин решили разделить бремя этой покупки с партнером. На роль партнера подходил управляющий «ВСМПО-Ависма» «Оборонимпэкс». Почему? «ВСМПО нужен был карналлит, и эта конструкция выглядела вполне надежно», — говорит источник, близкий к одному из участников той истории.

Специально для сделки партнеры образовали Камскую горную компанию, где у «Оборонимпэкса» было 55%, а у «Сильвинита» — 45%. Расходы на освоение месторождения партнеры собирались делить пропорционально долям в компании. Не без труда, но торги КГК выиграла. «Уралкалий» дал настоящий бой — торговался до 241 шага, подняв цену с 1,4 млрд до 35 млрд рублей. Как же удивились в «Сильвините», когда представители «Оборонимпэкса» заявили, что оплачивать свою долю не собираются. «Сильвиниту» пришлось закрывать обязательства партнера из собственных средств.

Со стороны «Оборонимпэкса» учредителями Камской горной компании выступили три организации: 20% принадлежало «ВСМПО-Ависма», 10% — Ланта-банку (владелец — Сергей Докучаев, партнер сына Чемезова Станислава по фармацевтическому бизнесу) и 25% — «ПТФ Балтик», которая через цепочку компаний принадлежит Шелкову. Все доли были консолидированы на «ПТФ Балтик» и проданы «Сильвиниту».

На этом официальная часть истории заканчивается. А что осталось за кадром? То, что «Сильвиниту» пришлось заплатить за Половодовский участок еще раз. Вскоре после демарша КГК руководство «Ростехнологий» провело закрытые торги по продаже доли «партнера» «Сильвинита», рассказал Forbes источник, близкий к участникам тех событий. Участники были прежними — «Уралкалий» и «Сильвинит». Как формировалась цена, Forbes выяснить не удалось. Но пакет достался «Сильвиниту» примерно за $400 млн. В отчетности «Сильвинита» говорится, что компания заплатила третьей стороне за 55% КГК 11,8 млрд рублей.

Кому достались эти деньги? Сделка шла через брокера, поэтому доподлинно этого могли не знать даже владельцы «Сильвинита». Поделилась ли «ПТФ Балтик» с ВСМПО, Ланта-банком или кем-то еще, сказать сложно — ни в отчетности ВСМПО, ни в отчетности Ланта-банка следов сделки нет. Михаил Воеводин ограничивается комментарием, что «ВСМПО-Ависма» вышла из проекта с прибылью, так как не хотела инвестировать более 30 млрд рублей в покупку лицензии. Сергей Докучаев говорит, что сам «Сильвинит» предложил ему продать долю. Как была структурирована сделка, он уже не помнит, как и то, кому принадлежала «ПТФ Балтик». Вопрос о заплаченной ему сумме он называет некорректным. На вопрос, получила ли «ПТФ Балтик» эту сумму, Михаил Шелков не ответил.

НАДЕЖДА ИВАНИЦКАЯ, ПАВЕЛ СЕДАКОВ, ФОТО: АРТЕМ ГОЛОЩАПОВ

При участии Ирины Малковой и Ивана Васильева

 

«ЗАВХОЗ» ИЗ ДРЕЗДЕНА: КАК ВЛАДИМИР ПУТИН СОШЕЛСЯ С СЕРГЕЕМ ЧЕМЕЗОВЫМ

Сергей Чемезов (крайний слева) и Владимир Путин во время службы в Дрездене были неразлучны даже за праздничным столом.

 

При всех заслугах Сергея Чемезова он вряд ли добился бы того, что сейчас имеет, если бы не Дрезден, считают люди, знакомые с главой Ростеха. Служба в Дрездене по сравнению с работой в Берлине или тем более в столицах государств капиталистического лагеря считалась почти ссылкой, но именно здесь, в тихом городке на Эльбе, у Чемезова состоялась встреча, перевернувшая всю его жизнь. 

В 1985 году в панельном доме на Радебергерштрассе 101, где жили семьи советских офицеров и сотрудники «Штази» (восточногерманской разведки), появился новый жилец.  Это был Владимир Путин, старший оперуполномоченный Первого управления КГБ.  В соседях у Путиных  семья Чемезова, руководителя представительства некого засекреченного производственного объединения «Луч». Про дружбу с Путиным тех времен Чемезов однажды вспоминал в интервью журналу «Итоги»: «Жили в одном доме, общались и по службе, и по-соседски».

Владимир Усольцев, подполковник КГБ, автор книги «Сослуживец» (о совместной службе с Путиным в Дрездене), по просьбе Forbes рассказал подробности о персонаже своей книги по имени Сергей. В нем угадывается нынешний глава «Ростеха». Правда, от прямого ответа на вопрос, описывал ли он в своей книге именно Чемезова, автор уклонился  ведь и Путина в книге он называет «Володя-малый».

— Когда вы в первый раз познакомились с «Сергеем»? Какое впечатление он на вас произвел?

— Я не могу уже вспомнить точное время появления Сергея в Дрездене. Где-то под осень 1983-го года. Выглядел он вполне типично для оперработника, которому уже перевалило за тридцать: аккуратно и со вкусом одет, в хорошей физической кондиции, еще стройный, но уже тяготеющий к «заматерению». Располагающая приветливая улыбка. Прост и скромен, не амбициозен, всегда в хорошем настроении. Он выглядел вполне счастливым человеком. Попал в «отстойник» — в провинциальную разведгруппу, ну и хорошо, и здесь жить можно. Начальство прессует, да и Бог с ним, как-нибудь переживем.

Если попытаться охарактеризовать его одним словом, то наиболее точным было бы сказать о нем «симпатяга».

— Может быть, вы помните, когда и как состоялась первая встреча Сергея и Владимира Путина в 1985 году? 

— Володю привез из Берлина в группу, по-моему, Борис (имеется в виду Борис Мыльников, экс-руководитель Антитеррористического центра стран СНГ. — Forbes), и здесь мы все тут же и перезнакомились. Без церемоний. Опера между собой держались вполне простецки, как простые мэнээсы (младшие научные сотрудники. — Forbes).

— Жили все в одном месте? 

— Мы все, кроме шефа, жили  в одном типичном панельном доме на Радебергерштрассе, 101 (по-нашему, в одном подъезде), и все на разных этажах, бегая вверх-вниз друг к другу в гости.

— В книге вы пишете, что у Путина и Сергея была одна машина на двоих, а какая марка машины была и как они на ней ездили? Кто любил порулить, а кто был пассажиром?

— Машины у нас были «Лады» — «шестёрки» или «тройки». Одна машина на двоих означает, что один день машиной владеет один, а следующий день — другой. Соответственно планировались оперативные мероприятия, требовавшие перемещение на колесах. Рулить любили оба. Оба были отменными водителями, получившими опыт вождения еще до прихода на службу.

  Вы работали в одном кабинете с Путиным. Часто ли к вам заходил Сергей?  Его кабинет был в том же здании?

— Да, все мы имели рабочие места в одном здании на Ангеликаштрассе, 4. И Сергей заходил к нам весьма часто. Наша комната —самая просторная — была своего рода клубом.

— Вы довольно часто упоминаете марку пива Radeberger  это что, было самое любимое пиво советских разведчиков в ГДР?

— Это одна из лучших марок пива, выпускавшихся в ГДР. Завод этот был у нас под боком, вот мы туда и наведывались. Не на завод, естественно, а в близлежащий ресторанчик, где наполняли небольшие бочоночки свежим пивом. По ценам сейчас не помню, но Radeberger был на 10 процентов дороже прочих сортов.

Сергей Чемезов (крайний слева) и Владимир Путин во время службы в Дрездене были неразлучны даже за праздничным столом.Фото из книги Владимира Усольцева «Сослуживец»

 Вы пишете, что «дрезденцы» часто давали друг другу клички. У Путина была «Ути-Пути», а была ли кличка у Сергея?

— «Завхоз». Сергей был ответственным за хозяйство группы, и он отлично с этим справлялся. У него был явный талант для должности зама по хозяйственным вопросам у любого генерального директора.

 Сергей хорошо стрелял, в Германии, как он позже вспоминал, пристрастился к охоте, какие еще были у него увлечения?

— О том, что Сергей пристрастился к охоте, слышу впервые. Стреляли мы только из табельных пистолетов Макарова, и всего лишь один раз «особисты» устроили нам стрельбу из автоматов Калашникова. С немцем-полицейским на соревнованиях (об этом состязании и проигрыше немцу Чемезов однажды вспомнил в интервью. — Forbes) тягаться было трудно. Это был почти профи, активный спортсмен, вроде наших сборников-мастеров при штабе армии. Хотя, однажды, помнится, Сергей его перестрелял. Сергей спортивен. В молодости был неплохим боксером, и соревновательный дух ему присущ. Но чем Сергей был симпатичен — он не ипохондрил никогда оттого, что занимал вторые и иногда третьи места (второе место иногда перепадало подполковнику Кристиану Манке из управления МГБ. Даже я однажды умудрился перестрелять Сергея). Соревновался он по-настоящему и если проигрывал, то достойно.

 До сих пор нет четкого понимания, чем занимался Сергей в ЭПО «Луч»: разведкой, контрразведкой или контролировал восточногерманскую партноменклатуру?

— Давайте этот вопрос останется без ответа.

 Вы писали, что служба в Дрездене была бесперспективной в плане карьеры  своего рода «ссылкой».  Какие планы были на тот момент у Сергея, к чему он стремился?  

— Уровень притязаний у Сергея вполне соответствовал его возможностям, и в этом смысле ему можно было и позавидовать, и он сам мог чувствовать себя счастливым. Отслужить в разведгруппе с повышением в должности, получением звания подполковника и направлением в Центр — это было пределом мечтаний каждого сотрудника в представительстве КГБ при МГБ ГДР. И Сергей этого достиг.

 Общались ли вы с Сергеем после службы в Дрездене, готов ли он был помочь вам с продвижением по службе, с новой работой или просто советом?

— Да, пару раз мы встречались в Москве где-то в 1989-м году. Тогда о какой-либо помощи речь идти не могла. Наступала новая эра, и пути наши разошлись.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ, НАДЕЖДА ИВАНИЦКАЯ
ФОТО АРТЕМА ГОЛОЩАПОВА ДЛЯ FORBES
ИСТОЧНИК: FORBES
Придворные виноделы

Придворные виноделы

Почему у семейного бизнеса Бориса Титова большие перспективы

Открыть шампанское точным ударом сабли — особый шик. Принимая в мае 2014 года премьер-министра Дмитрия Медведева на своем заводе шампанских вин «Абрау-Дюрсо», бизнес-омбудсмен Борис Титов в разгар застолья передал саблю сыну Павлу, председателю совета директоров. Павел — опытный сабражист (от французского sabre — «сабля»), он много раз так открывал бутылку, но в тот раз она оказалась дефектной. Раздался хлопок. Осколки разлетелись во все стороны. Шампанское разлилось перед губернатором Александром Ткачевым. Гусарская выходка никаких последствий для Бориса Титова не имела — у него тесные отношения с властью. Чему в немалой степени способствовали и инвестиции Титова в винный бизнес.

Летом 2004 года по приглашению краснодарского губернатора Александра Ткачева завод «Абрау-Дюрсо» недалеко от Новороссийска посетил президент Владимир Путин. На предприятии, производившем легендарное шампанское, царила разруха. «Путина сопровождали несколько крупных бизнесменов. В конце визита президент обратился к ним — кто возьмется навести порядок? Согласился Титов», — пересказывает местную байку Андрей Кобоян, с 2007 года — первый замгендиректора «Абрау-Дюрсо», основным акционером которого является семья Титова (став в 2012 году бизнес-омбудсменом, Борис Титов передал свой пакет в доверительное управление сыну Павлу, а сам стал президентом фонда возрождения традиций виноделия «Наследие Абрау-Дюрсо»). Титов эту байку опровергает, говорит, что это просто красивая легенда.

Девять лет спустя Путин появился на предприятии снова, на этот раз с неофициальным визитом — в летних белых брюках, голубой рубашке. Встречали его Борис и Павел Титовы. После прогулки по подвалам президент покатался на катамаране по озеру, поужинал на набережной в барбекю-баре. На фотографиях он выглядит вполне довольным.

Довольны и хозяева. Выручка «Абрау-Дюрсо» по итогам 2013 года составила $152 млн (с 2009 года она выросла почти в 4 раза), продано 23,5 млн бутылок игристого вина, из них порядка 1,5 млн — это вино по дорогостоящей классической технологии.

Винный туризм обеспечивает компании 10% выручки. Бывшая заводская гостиница превратилась в четырехзвездный отель, помимо ресторана, французского гурме-кафе с видом на озеро и горы есть и «советская столовая», где комплексный обед в среднем стоит 150 рублей. «В год завод посещают порядка 130 000 человек. Это самый посещаемый отдельно взятый винный дом во всем мире», — гордится Павел.

ЧАСЫ, ПОРТЫ И ХИМИЯ

Сейчас «Абрау-Дюрсо» — основной актив Титовых. Помимо винного предприятия у Титова-старшего есть еще небольшая птицефабрика в Ржеве, офисный центр в Москве, половина которого теперь сдается в аренду, акции и евробонды. Хотя относительно недавно он был классическим предпринимателем эпохи 1990-х с инвестициями в крупные промышленные и транспортные предприятия.

У Бориса Титова в юности были все условия для успешного старта. Обеспеченная семья (дед — главврач столичной больницы старых большевиков, отец — геолог, депутат Моссовета), английская спецшкола, учеба в МГИМО. Будучи студентом, он при случае приторговывал дефицитными пластинками, которые привозили из-за границы родители. Но, как признает сам Титов, был в этом далеко не так успешен, как его однокурсник Андрей Брежнев, внук генсека.

На четвертом курсе его, как и многих студентов с языками, вербовали в КГБ. Титов прошел собеседование на Лубянке, должен был пройти медкомиссию. Но, уверяет бизнес-омбудсмен, посоветовавшись с отцом, отказался.

На его карьере это никак не отразилось. Съездив переводчиком в Перу и получив диплом «экономиста-международника», он сразу устроился специалистом по поставкам масел и нефтехимии в Союзнефтеэкспорт — с работой помог тесть, прекрасно знавший директора объединения Владимира Морозова.

Титов часто ездил в командировки на Кубу, что, как вспоминает сам предприниматель, сильно пополняло бюджет молодой семьи — за час стыковки в ирландском Шанноне он покупал на командировочные несколько электронных часов по $1 (60 копеек), в Москве их можно было продать по 60 рублей.

Вскоре подвернулась возможность заняться бизнесом совсем иного масштаба — вместе с другими выходцами из Союзнефтеэкспорта Титов устроился в советско-голландское СП Urals, созданное экс-сотрудником советского торгпредства Андреем Панниковым, высланным из Швеции за промышленный шпионаж. Партнером Панникова был Геннадий Тимченко, будущий совладелец нефтетрейдера Gunvor и друг Владимира Путина. Urals был последним местом работы, где Титов числился наемным менеджером.

Переехав в 1992 году в Лондон (Титов объясняет переезд неспокойными временами: «Бизнес был здесь, а жить семье лучше было за границей»), стал основным владельцем английской компании Solvalub, партнера Союзнефтеэкспорта. Она выросла в группу SVL Group, которая помимо трейдинга нефтепродуктами инвестировала и в другие отрасли. Так, группа «вошла» в латвийский порт Вентспилс, инвестировала в химический терминал Вентамоньякс, купила порт Кавказ в Тамани, скупала производителей минеральных удобрений и химии. В 2000 году группа «Интерхимпром», куда входили активы SVL Group, и газпромовская «дочка» ООО «Межрегионгаз» создали агрохимическую корпорацию «Азот». Когда в «Межрегионгазе» сменилось руководство, Титов предпочел продать свои акции и переключился на средний бизнес — инвестировал в производство химволокна, агрохимию, сельское хозяйство. Тогда он и обратил внимание на «Абрау-Дюрсо».

ПРИЕМЛЕМЫЕ РИСКИ

В марте 2006 года во время визита Путина в Китай Борис Титов вез необычный багаж — 18 бутылок лучших вин производства «Абрау-Дюрсо». Этим вином он угощал участников бизнес-саммита во время одного из кофе-брейков. О том, что Титов приобрел 30% производителя игристых вин «Абрау-Дюрсо» у «Арианта», стало известно летом того же года.

Титов говорит, что заинтересовался производителем шампанского еще в 2003 году, когда возвращался из командировки в порт Кавказ — один из его тогдашних активов. Приятель предложил скоротать время, заехав в легендарное имение всего в 70 км от аэропорта Анапы. «Я всегда думал, что «Абрау-Дюрсо» — это где-то в Крыму», — признается Титов.  Шампанское не понравилось, но, как вспоминает он, «мы зацепились — невероятная природа, озеро, узнаваемый бренд».

Имение, основанное в 1870 году распоряжением Александра II, было собственностью царской семьи. Промышленное производство шампанского наладил с помощью приглашенных французских специалистов князь Лев Голицын. В СССР вино миллионеров сделали напитком миллионов — в Абрау-Дюрсо «Советское шампанское» производилось ускоренным резервуарным методом.

В 1990-е годы хозяйство лихорадило. После приватизации в 1992 году акции оказались у трудового коллектива, семь лет спустя краевые власти через суд отменили итоги приватизации и воссоздали государственное унитарное предприятие.

В ноябре 2001 года после очередной перетряски производственные мощности отошли ЗАО «Абрау-Дюрсо» (70% акций принадлежало краю, 30% — трудовому коллективу), на балансе ГУП остались виноградники. Пока директора боролись друг с другом, рабочие не получали зарплату и грозили забастовками, налоговая опечатывала цеха и склады. «Абрау-Дюрсо» больше полугода не могло получить лицензию на производство алкоголя и торговлю им. К тому же наводнение в Новороссийске в августе 2002 года уничтожило 13% виноградников.

В 2003 году краевые власти передали госпакет ЗАО «Абрау-Дюрсо» в управление частным инвесторам — владельцам челябинского холдинга «Ариант» Александру Аристову и Юрию Антипову. Те были заинтересованы в диверсификации своего мясного бизнеса и к тому времени уже купили семь винодельческих хозяйств в Темрюкском районе, включая «Кубань-вино». Аристов доверил управление винным хозяйством зятю Александру Кретову, тот скупил у частных лиц оставшиеся 30% акций, пригласил команду французских виноделов, подготовил план модернизации на €60 млн. Но в 2006 году пакет был продан Титову.

Почему? По версии совладельца крупного винного предприятия на Кубани, у владельцев «Арианта» возник конфликт с губернатором Ткачевым и их, по сути, вынудили передать актив Титову, обладавшему связями в Кремле. Бывший топ-менеджер «Абрау-Дюрсо» уверяет, что подоплека у смены инвестора «очень политическая». В пресс-службе Ткачева на запрос Forbes не ответили, отказались от комментариев и в «Арианте». В интервью порталу Chel.ru Александр Кретов в 2007 году объяснял причины так: «инвестировать в госпредприятие глупо, а легитимной возможности полностью купить завод не было и нет».

«Многие смотрели [на актив], но боялись зайти. Мы пошли на риск», — говорит теперь Титов. По его словам, миноритарный пакет «Абрау-Дюрсо» был не совсем чистым из-за сложной истории с приватизацией. Но юристы Титова, изучив документы, констатировали, что риски приемлемые.

Титов утверждает, что местные власти ему не мешали. «А когда увидели, что мы вкладываемся, начали помогать», — говорит он. В мае 2004 года он возглавил общественную организацию «Деловая Россия». Вскоре выкупил у государства еще 28% «Абрау-Дюрсо», а летом 2011-го купил на торгах у края оставшиеся 42% ЗАО за 500 млн рублей. Так Титов стал единственным хозяином «Абрау-Дюрсо».

СЕКРЕТЫ ВИНОДЕЛОВ

После покупки «Абрау-Дюрсо» на предприятии высадился десант менеджеров, управлявших портом Кавказ. Как вспоминает Титов-старший, профессиональные трейдеры настаивали на прагматичном подходе: много производить — много зарабатывать. «Своим подходом зарабатывать на каждой бутылке они по-своему были правы, — признается Титов. — Я же как инвестор ориентировался на то, что нужно зарабатывать с каждой акции».

Первые два года в «Абрау-Дюрсо» реализовывались сразу обе стратегии: был построен цех по производству быстрого резервуарного шампанского, и в то же время стали высаживать новую лозу, закладывать в подвалы больше бутылок, изготовленных по классической технологии (в 2005 году — 400 000 бутылок, к 2009-му — уже 3,5 млн). Для возрождения традиций Титов, как и князь Голицын, призвал французов.

«Хороший приятель мне позвонил и говорит, мол, тут один русский ищет специалиста по производству шампанского, не хотел бы я попробовать поработать с ним», — вспоминает консультант-энолог «Абрау-Дюрсо» Эрве Жестин. Приехав первый раз в местечко под Новороссийском в феврале 2007 года, он был поражен разрухой: с потолка сыпалась штукатурка, резервуары все ржавые, в округе ни одной гостиницы. «В тот день говорил только я, — вспоминает француз. — Борис ходил за мной по пятам, кивал головой и записывал». Он отмечает, что Титов «обладает главным качеством для винодела — терпением».

В 2008 году, после продажи Титовым порта Кавказ, команда ушла от него и вернулась в портовый бизнес. Собственник начал вести хозяйство на свой вкус. В это время к бизнесу подключился и сын. Павел окончил лондонскую бизнес-школу Касса (Cass), поработал аналитиком в Merrill Lynсh, ABN Amro и RBS. «Было видно, что отец углубился в этот проект, и я пообещал себе, что останусь рациональным и прагматичным», — вспоминает Павел.

Компания заказала стратегию развития консалтинговой фирме Strategy Partners (партнеров нашли через «Деловую Россию»), которая предложила сделать ставку на субпремиальный сегмент и продавать российское шампанское дороже конкурентов — от $10 за бутылку. «Средняя цена шампанского была ниже стоимости вина, — вспоминает Виталий Вавилов, партнер Strategy Partners Group. — Нижний сегмент (до 180 рублей) занимал более 80%. Мы же, изучив опыт разных стран, видели, что сегмент sub-premium там занимает большую долю рынка и быстро растет в России. Наши прогнозы оправдались: притом что рынок потребления игристых вин в России упал на 30%, сегмент sub-premium существенно вырос».

«Абрау-Дюрсо» — исторический бренд, историческое хозяйство. Боре повезло, что он смог это каким-то образом получить, и у него огромное преимущество на рынке, — комментирует Максим Каширин, основатель и гендиректор виноторговой компании Simple. — И сам Титов, и его сын много делают для развития «Абрау-Дюрсо». То, что они пошли в sub-premium, правильно, если смогут держать качество. Всегда найдется россиянин, готовый отдать деньги за родное, российское».

Другой резерв роста новые хозяева нашли в дистрибуции. Поставками в торговые сети занимались три посредника. «Это была катастрофа: 70% «дебиторки» было просрочено, не могли собрать», — вспоминает Павел Титов, в тот момент еще живший в Лондоне. Титовы решили строить собственный сбыт и приобрели дистрибьюторскую компанию «Атриум», занимавшуюся сбытом водки «Белуга» и оставшуюся без работы после продажи бренда группе «Синергия». У команды были налаженные связи с федеральными сетями, благодаря чему у «Абрау-Дюрсо» появились первые прямые контракты. В 2009 году продажи упали из-за кризиса, затем последовал бурный рост — к 2013 году объем продаж вырос на 27%, чистая прибыль по МСФО — на 67%, до 632,7 млрд рублей. «Бренд начал просыпаться», — с гордостью говорит Павел.

Во сколько же обошлось Титову приобретение «Абрау-Дюрсо» и превращение его в прибыльный проект? Сам предприниматель этих данных не раскрывает. По словам источника, близкого к компании, на консолидацию 100% акций ЗАО «Абрау-Дюрсо» структуры Титова потратили около 1 млрд рублей, а инвестиции составили 3,6 млрд рублей. Источник инвестиций — деньги, полученные от сделок по продаже группе ТАИФ последнего крупного актива, порта Кавказ (по оценкам аналитиков компании «Ингосстрах-инвестиции», сумма сделки составила $100 млн), и предприятия по производству базальтопластика в Новомосковске.

В апреле 2012 года Павел Титов принял решение разместить небольшой пакет акций на ММВБ (они котируются вне списка). С этого момента котировки выросли в три раза, 3% акций разошлись по двум сотням акционеров. Опционы по 20 000 акций компания раздала «послам Абрау-Дюрсо»: экс-министру по налогам и сборам Александру Починку, режиссеру Павлу Лунгину, тележурналисту Леониду Парфенову, актеру Леониду Ярмольнику, владельцу «Независимой газеты» Константину Ремчукову, винному критику, постоянному автору Forbes Игорю Сердюку.

ПОДЪЕМ В ГОРУ

Борис Титов в камуфляжной куртке и трекинговых ботинках, бодро орудуя телескопическими палками, взбирается на вершину холма. За 53-летним предпринимателем, пыхтя и отдуваясь, следуют винные критики, блогеры, журналисты. Наверху бревенчатый гостевой домик, холодное шампанское. Усевшись поудобнее с бокалом, Титов окидывает взглядом раскинувшуюся под ногами долину: покрытые виноградниками склоны, корпуса завода и озеро Абрау — зеленое, цвета бутылочного стекла. «Потрясающее озеро, не хуже чем в Италии, да?» — обращается он к журналистам. Замдиректора завода замечает, что скоро озеро будет выставлено на аукцион. Титов переходит на деловой тон: «Мы участвуем?» Менеджер кивает — он уже подал заявку от «Абрау-Дюрсо» и двух дружественных компаний.

В этом году приватизация ждет и виноградники, находящиеся в госсобственности. Управляет ими по-прежнему ГУП «Абрау-Дюрсо», хотя урожай полностью выкупает компания Титова, инвестируя и в обновление виноградников. Леонид Попович, президент Союза виноградарей и виноделов, отмечает, что узнаваемость бренда «Абрау-Дюрсо» вернулась к уровню советского времени. «Минус в том, что Титову пока не удалось решить вопрос с возвратом предприятию виноградников. Чтобы качество винограда стало выше, они должны быть полностью подконтрольны предприятию».

Летом 2013 года законодательное собрание Краснодарского края приняло закон, включающий ГУП «Абрау-Дюрсо» в перечень приватизируемых в 2014 году. По словам собеседника Forbes, знакомого с ситуацией, сейчас идет процесс акционирования предприятия. «Я вполне допускаю, что могут появиться сторонние претенденты на эти земли», — говорит Павел Титов. Его компания, конечно, будет участвовать в торгах, но платить за актив любые деньги не готова.

ГЛАВНОЕ ВИНО СТРАНЫ

Намерен ли Титов ограничиться только «Абрау-Дюрсо»? Нет, и выяснилось это весьма неожиданно.

В декабре 2010 года петербургский предприниматель Сергей Колесников опубликовал в интернете открытое письмо тогдашнему президенту РФ Дмитрию Медведеву, в котором рассказал, что Николай Шамалов, экс-глава петербургского представительства Siemens, якобы собирал с бизнесменов деньги на «дворец Путина» неподалеку от Геленджика. Частью проекта должно было стать шато с виноградниками, погребами и собственным дорогим вином. «Сидишь с бокалом красного вина и любуешься видами на море в закате солнца», — описывает идею один из разработчиков проекта. Пресс-секретарь премьер-министра Дмитрий Песков сообщил тогда, что Путин к поместью не имеет никакого отношения. Кто же хозяин виноградников?

Юридически виноградные активы — шато Дивноморское — были оформлены на ООО «Лазурная ягода». Именно эту компанию спустя несколько месяцев после скандала с дворцом приобрело «Абрау-Дюрсо» Бориса Титова. Бизнесмен уверяет, что купил ее у миллиардера Александра Пономаренко, бывшего совладельца Новороссийского морского торгового порта. Компания была оформлена на кипрский офшор. Узнать имена бенефициаров не представлялось возможным. Пономаренко на запрос Forbes не ответил.

По данным ЕГРЮЛ,  «Лазурной ягодой» управляет ООО «УК «Инвестстрой». Первое лицо компании Болат Закарьянов с июня 2005-го по август 2007 года, по данным СПАРК, являлся и. о. гендиректора ФГБУ «Дом отдыха «Туапсе» Управделами президента. Именно это госучреждение и Закарьянов фигурировали в инвестиционном договоре на строительство «пансионата в районе села Прасковеевка» в качестве правообладателя участка площадью 740 000 кв. м.

Дивноморское — это 30 га виноградников, которые дают 250–300 т винограда в сезон. Здесь производят около 200 000 бутылок премиального вина отпускной ценой 800–1000 рублей за бутылку. «Фактически это бутик виноделия. Проект с большой претензией», — замечает Кобоян. Там планируют развивать элитный винный туризм, сообщил представитель «Абрау-Дюрсо». В июне 2014 года Борис Титов потчевал журналистов и гостей «Абрау-Дюрсо» красным из Дивноморского. «Прасковеевка — резервная вотчина президента — находится совсем рядом с шато, но никаких документальных доказательств принадлежности нет. Юридически все это принадлежит семье Титова», — уверяет Кобоян. Почему управление шато доверили именно ему, Кобоян объясняет так: «Нужен был профессионал и по маркетингу, и по дизайну, и по реализации — никого ближе, чем Борис Юрьевич, не было».

«В Кремле нас знают, мы поставщики Кремля, они периодически у нас заказывают, но чтобы мы закрывали все игристое вино, такого нет», — скромно замечает Титов. По словам владельца завода, периодически протокол премьер-министра покупает шампанское для торжественных ужинов и подарков иностранным гостям. «Абрау-Дюрсо» выиграло тендер и было официальным поставщиком шампанского на Олимпиаде в Сочи. «Я сам пил шампанское на открытии Игр», — говорит Титов.

КРЫМСКИЙ КУПАЖ

Горная дорога, на которой с трудом разъедутся два автомобиля, петляя, спускается мимо Генуэзской крепости к живописной бухте между горами Коба-Кая и Караул-Оба. В этом месте в 1878 году князь Голицын заложил имение, виноградники, а чуть позже начал производство шампанских вин. Завод «Новый Свет» до сих пор выпускает шампанское по классической технологии — оно не менее трех лет выдерживается в бутылках в огромных подземных тоннелях.

Прямой конкурент «Абрау-Дюрсо» на прилавках магазинов, крымское шампанское до революции тоже было частым гостем на торжественных приемах в Кремле и Зимнем дворце. Сто лет спустя, 18 марта 2014 года «Новый Свет» вернулся в Кремль — коллекционным шампанским с георгиевской ленточкой на горлышке отмечали присоединение Крыма к России. «Мы уступили место [поставщика Кремля] «Новому Свету», — улыбается Титов.

Два месяца спустя, в мае 2014 года топ-менеджеры «Нового Света» приехали в Абрау-Дюрсо на совещание российских виноградарей с участием Дмитрия Медведева и были обескуражены. «Сотрудники «Абрау» стали нас поздравлять — вы теперь будете у нас в группе», — пересказывает один из руководителей «Нового Света». Несколько источников подтвердили Forbes, что в правительстве активно обсуждался вариант передачи крымского актива в управление Титову.

В марте Павел Титов заявил, что группа будет рассматривать крымские активы, но с оглядкой на политические риски, с учетом инвестиционной целесообразности. «Новый Свет» — хороший бренд, даже лучше, чем «Абрау», но начинать заново еще один проект, делать серьезные инвестиции — надо десять раз серьезно подумать», — отмечает Титов-старший. По его оценкам, самые скромные инвестиции для организации резервуарного производства — минимум $20–30 млн. Тем не менее консультант-энолог «Абрау-Дюрсо» Эрве Жестин съездил в конце июня в Новый Свет ознакомиться с производством.

В 2012 году, по данным СПАРК, выручка «Нового Света» составила $9 млн, чистая прибыль $1,2 млн. Завод производит около 1,5–2 млн бутылок шампанского по классической технологии. Примерно 40% отгрузок приходилось на Россию, 50% на Украину, около 10% уходили в Израиль и США. На начало июня 2014 года продажи шампанского упали на 90% — возникли сложности с поставкой шампанского в Россию, у предприятия не было российских акцизных марок. Но директор завода Янина Павленко, которую местные виноделы называют «мотором», заявила, что после модернизации производства в ближайшие три года завод будет выпускать 4 млн бутылок. Однако непонятно, кто будет в него инвестировать.

В Крыму убеждены, что предприятия должны оставаться в подчинении Симферополя, а не Москвы. «Во-первых, управлять собственностью, которая находится далеко, неэффективно, а во-вторых — бюджет: во времена СССР 50% налогов республики приходили от виноделов, сейчас только 8%. Если все налоги будут уходить в Москву, для Крыма это плохо», — говорит Forbes источник, близкий к правительству республики.

Титов считает, что большинство крымских предприятий надо выставлять на торги и продавать частнику, но национальные бренды — «Массандра», «Новый Свет» — должны остаться у государства.

Шансы на то, что «Новый Свет» останется под контролем государства, выросли после объявления о новых санкциях, введенных ЕС против крымских предприятий — попадание в «черный список» грозит заморозкой зарубежных активов и проблемами иностранным контрагентам. По словам Янины Павленко, санкции мало скажутся на работе предприятия: поставки шампанского в Европу были мизерными, а производство пробки, которую везли из Испании и Португалии, можно организовать и в Крыму. Титовы пока дистанцируются от «Нового Света» и активной работы не ведут.

«КОМУ ЗАКОН ПИСАН»

Тем не менее Борису Титову уже удалось извлечь немалую выгоду из крымской кампании. Три года назад Дмитрий Медведев подписал пакет антиалкогольных поправок, которые нанесли серьезный удар по винной отрасли, приравняв вино к алкоголю: запретили рекламу, ужесточили лицензирование. С тех пор виноградари во главе с Борисом Титовым, которого в начале 2010-го избрали председателем Российского союза виноградарей и виноделов, пытались исправить ситуацию.«Я несколько раз встречался с Дмитрием Анатольевичем Медведевым и пытался до него донести, что назрело у отрасли», — делится Борис Титов. Совещание виноделов много раз переносилось, то из-за наводнения в Крымске, то из-за Крыма. Но наконец в этом году состоялось. «Мы сумели убедить премьера в необходимости изменений, — говорит Титов. «Принятие закона о вине сделает Россию цивилизованной страной, потому что вино — это не алкоголь, а сельскохозяйственный высокотехнологичный и трудоемкий продукт», — объясняет председатель совета директоров Chateau le Grand Vostock Елена Денисова.

Но, как отмечает винный критик Игорь Сердюк, именно Крым стал своеобразным ускорителем прохождения закона. «Для Крыма виноделие значит куда больше, чем для России, — напоминает Сердюк. — Во всей России около 60 000 га заняты под виноградники, а в Крыму — аж 40 000 га».

После совещания в «Абрау» с участием Медведева государственная машина быстро заработала. Премьер-министр поручил внести поправки в закон, Минсельхоз должен подготовить проект закона о виноградарстве и вине. Это неудивительно, подъем крымской экономики стал политической задачей. А политика — прекрасный инструмент реализации частных проектов.

ИРИНА СКРЫННИК, ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ФОТО: КОНСТАНТИН ГУЛЯЕВ ДЛЯ FORBES

ИСТОЧНИК:  FORBES

Ярмарки тщеславия

Ярмарки тщеславия

Выставки тщеславия: как декоратор Аллы Пугачевой стал исполнителем госконтрактов на оформление российских выставок за рубежом и что из этого вышло.
 
Сварщик из шатурского поселка Николай Кузнецов очень удивился, когда на пороге его обшарпанной квартиры в июле 2011 года появились оперативники Управления экономической безопасности ГУ МВД Москвы и сунули ему под нос какие-то платежки. По документам выходило, что Кузнецов, ранее судимый за кражу, является гендиректором ООО «Простор Дизайн», на счета которого было перечислено 37 млн рублей. Сварщик растерянно чесал в затылке: никаких документов он не подписывал, о компании впервые слышит, а паспорт потерял еще в 2009 году.

ООО «Простор Дизайн», как считали полицейские, была типичной «фирмой-однодневкой» и для ухода от уплаты налогов ее использовала столичная компания «Инконнект» — организатор крупных международных выставок (рапорты и запросы в налоговую имеются в распоряжении Forbes). «Инконнект» успешно осваивала бюджетные деньги: в 2010 году она получила госконтракт на 212 млн рублей на проведение Русской национальной выставки в Париже, а год спустя ее «дочка» — «ГК Инконнект» — выиграла госконтракт на 375 млн рублей на организацию экспозиции на ЭКСПО-2012 в Южной Корее.

История «Инконнекта» таила в себе много неожиданностей. За парадным фасадом зарубежных выставок с многомиллионными бюджетами и визитами первых лиц государства оказались уголовные дела, нецелевое расходование бюджетных средств и рейдерские захваты.

Широкую известность «Инконнект» получила в сентябре 2011 года, когда в Москве полиция задержала модного столичного сценографа и декоратора Бориса Краснова, двух чиновников Минпромторга Сергея Шилова и Юрия Богданова, а также заместителя гендиректора «Спортивного информагентства Олимпийского комитета» Олега Литошенко и главного менеджера ИК «Магма» Игоря Дунаева. Всех обвинили в вымогательстве 100% уставного капитала «ГК Инконнект» вместе с южнокорейским контрактом на 375 млн рублей. Гендиректор «Инконнекта» Татьяна Садофьева и ее сын — исполнительный директор Андрей Садофьев — в этой истории оказались уже потерпевшими.

Борьба за госконтракт завершилась победой «Инконнекта» — Садофьевы провели ЭКСПО-2012, уголовное дело о незаконном предпринимательстве «Простор Дизайна» было закрыто. А противники «Инконнекта» оказались на скамье подсудимых или на больничной койке. У Бориса Краснова случился инсульт, и его вывезли за границу. Остальные фигуранты дела уже два года дожидаются приговора — заседания суда переносятся раз за разом. О том, что произошло, участники конфликта предпочитают не распространяться. На вопросы для этой статьи Борис Краснов и Татьяна Садофьева отвечать отказались.

КРАСНОВА ПЛОЩАДЬ

Июнь 2010 года, Париж. Воздух под стеклянным куполом Большого дворца нагрелся, как в русской бане. Чиновники и журналисты потели в томительном ожидании, то и дело поглядывая на часы. Ждали Владимира Путина — он должен был открыть Русскую национальную выставку. Когда российский премьер наконец появился в зале, на лице его, казалось, застыло удивление. «Он был поражен тем, что увидел. Спросил, а это что еще такое?» — рассказывает Forbes один из участников выставки. Путина встречал хоровод десятиметровых матрешек, каток с балетом на льду, бронзовые «мушкетеры» Зураба Церетели, макет SuperJet-100 и спорткар «Лада Калина». Из динамиков гремела плясовая.

Эту выставку, стоившую государству 212 млн рублей — почти половину годового российского выставочного бюджета, проводила небольшая, но амбициозная компания «Инконнект» Татьяны Садофьевой. А всю сценографию — матрешек и балет
на льду — придумал Борис Краснов, известный светский персонаж, художник-декоратор, бессменный оформитель «Рождественских вечеров» Аллы Пугачевой. Услуги Краснова стоили дорого, но к нему обращались и звезды шоу-бизнеса, и менеджеры РАО ЕЭС, Минэкономразвития, МИДа, МВД. Однажды Краснову даже разрешили разобрать брусчатку на Красной площади, чтобы провести фестиваль циркового искусства. «После этого Красную площадь называли Краснова площадь», — не без гордости пишет сам декоратор в автобиографии.

Краснова всегда привлекали крупные бюджетные проекты, но как «Инконнект» — маленькая семейная фирма — смогла получить доступ к многомиллионным госконтрактам? На момент выставки в Париже портфель госзаказов на проведение зарубежных выставок составлял около 500 млн рублей. В России почти 80 выставочных компаний, но реально потянуть крупный международный проект типа ЭКСПО или национальной выставки могут не более десятка — «Экспоцентр», ГАО ВВЦ, «Рестэк», «Нижегородская ярмарка», уверяет в разговоре с Forbes высокопоставленный источник в Минпромторге. Компания Садофьевой с боем прорвалась в эту десятку. В 2009 году выручка «Инконнекта», по данным СПАРК, составила 118 млн рублей, чистая прибыль — 222 000 рублей; в 2010 году выручка достигла 443 млн рублей, а чистая прибыль — 1 млн рублей.

«Присосались к министерству и стали выигрывать конкурсы, — отвечает в интервью Forbes Валерий Барулин, вице-президент Российского союза выставок и ярмарок. — Нас уже тогда удивляло, что побеждает не выставочная компания, а мелкая семейная, которая выигрывает конкурс, а потом ищет, кто бы все сделал. Но министерские [сотрудники Минпромторга и Минэкономразвития] нас убеждали: «дайте дорогу молодым».

Татьяна Садофьева по профессии учитель физики. Отработав 11 лет в школе в заполярном Североморске, она в 1989 году вместе с мужем и сыном переехала в Москву. Здесь изучала психологию управления и преподавала в экономическом лицее, а в 1995 году занялась выставочным бизнесом. «Я думала, что уйду, поработаю, стану богатой, а потом вернусь — открою свою частную школу, и мне никто не будет мешать», — позже вспоминала Садофьева в интервью радиостанции «Голос России». В 1997 году Садофьева открыла свою компанию «Инконнект».

«Они начинали с бизнес-туризма: возили на выставки бизнесменов, организовывали трансферы, — рассказывает бывший директор фирмы «Экспомир» Вячеслав Мельник. — Потом сами взялись за несколько проектов — работали с Минприроды, Минпромторгом и Минэкономразвития». За 16 лет «Инконнект», говорится на их сайте, организовала около 1000 выставочных проектов в 50 странах мира, в том числе две ЭКСПО — в испанской Сарагосе и в южнокорейском Есу. «Инконнект», подобно ледоколу в суровом океане, прокладывала дорогу к правительственным чиновникам, организациям, перспективным партнерам», — гласит официальная история компании. Как это выглядело на деле?

СУСАЛЬНЫЕ СТЕНДЫ

Летом 2011 года замдиректора «ГК Инконнект» стал бывший начальник отдела выставок Минпромторга Александр Дианов. За пару месяцев до этого Дианов входил в комиссию, которая отдала «ГК Инконнект» победу в борьбе за южнокорейский госзаказ на 375 млн рублей. Случайность? Этот вопрос потом Дианову зададут и следователи. В своих показаниях он утверждал, что заинтересованности в победе «Инконнекта» у него не было, уходить он собирался давно, рассматривал два места работы — в ВВЦ и в «Инконнекте», но предложение ему сделала только Татьяна Садофьева.

С Парижем получилась другая история. После того как «Инконнект» выиграла конкурс на проведение в 2010 году Русской национальной выставки в Париже ценой 212 млн рублей (компания была его единственным участником), вице-президент Российского союза выставок и ярмарок Барулин написал открытое письмо. Он просил ФАС и Счетную палату разобраться в том, почему «конкурсы выигрывают случайные компании» и куда деваются бюджетные деньги. «На организацию выставки в Париже [всего] было потрачено €7 млн, я надеюсь, — иронизировал Барулин, — что увижу свой стенд как минимум в сусальном золоте. Ведь стоимость 1 кв. м экспозиции составляла €5000».

В интервью Forbes он рассказывает, что с Нижегородской области за площадь взяли еще 3 млн рублей. «Мы спросили, почему регионы несут такие расходы на выставке, которая спонсируется государством? Оператор нам ответил: «Нет денег — нет участия», — вспоминает Барулин. Впрочем, итоги конкурса пересматривать не стали, но в 2011 году «Инконнект» просто не приняли в ряды Российского союза выставок и ярмарок.

Сценографом парижской выставки выбрали компанию «Краснов-Дизайн». Один из участников выставочного бизнеса предполагает, что Краснова к выставке в Париже мог привлечь тогдашний глава Минэкономразвития, а потом Сбербанка Герман Греф. За год до этого, в 2009-м, в компанию Краснова устроилась племянница Грефа Евгения. «Фамилия тут ни при чем, девочка сама очень хорошая, трудяга», — уверяет финансовый директор «Краснов-Дизайна» Татьяна Рябова. По ее словам, Евгения до сих пор работает в «Форум-Холле». Краснов являлся художественным руководителем этого центра, и здесь проводил свои корпоративы Сбербанк. Евгения Греф отвечать на вопросы отказалась.

Есть и другая версия того, как глава «Краснов-Дизайна» появился в Париже. Краснов вспоминал, что познакомился с Садофьевой еще в 2007 году, когда «Инконнект» готовила выставку в испанской Сарагосе. Но поработать вместе им тогда не удалось. Выставка в Париже стала их первым и, как оказалось, последним проектом. «Борис Аркадьевич был очень зол на них [Садофьевых]. Говорил, что с ним не до конца расплатились», — вспоминает в беседе с Forbes его адвокат Александр Добровинский. В одном из интервью он даже назвал сумму: из обещанных 103 млн Краснову якобы заплатили только 40 млн рублей.

Русская национальная выставка в Париже — первый и последний проект Садофьевых и Краснова.Русская национальная выставка в Париже — первый и последний проект Садофьевых и Краснова. фото Коммерсантъ

«Ну мало ли кто чего обещал, у нас есть официальный договор и по нему выплачены все деньги», — уверяет Рябова. По ее словам, претензии Краснова к Садофьевой касались не финансов, а организации. «Раздражало, что организаторы выставки много времени проводили не на экспозиции, а в спа-салонах», — утверждает Рябова. Уже после задержания на допросе у следователя Краснов сказал, что за Парижскую выставку получил 40 млн рублей и никаких финансовых претензий к Садофьевой не имел. Последний раз с хозяйкой «Инконнекта» он виделся на ЭКСПО-2010 в Шанхае.

Каждую минуту в мире проходит 5–6 самых разных выставок, но самой важной считается «Всемирная выставка», где с 1851 года страны демонстрируют новые технологии и достижения. Хрустальный дворец в Лондоне, Эйфелева башня в Париже, «Рабочий и колхозница» на ВДНХ — эти памятники создавались в разные годы специально для Всемирных выставок.

А вот российский павильон, построенный в Шанхае для ЭКСПО-2010, после закрытия выставки пришлось подарить Китаю. На его демонтаж и транспортировку в Россию надо было найти, по разным оценкам, от 80 до 150 млн рублей, но этих денег у организаторов выставки — ГАО ВВЦ — уже не было. Бюджет проекта и так раздулся с 224 млн до 1,5 млрд рублей. Как же так вышло?

Российскую экспозицию в Шанхае сначала хотели сделать очень скромной. Павильон не строить, а арендовать. Но в 2009 году сменился заказчик выставки — вместо Минэкономразвития «музыку заказывал» Минпромторг. Оргкомитет решил строить собственный павильон площадью 6000 кв. м. Конкурс выиграло архитектурное бюро TOTEMENT/PAPER с проектом «Буян-Град» — это 12 башен, нечто среднее между славянским поселением и высотками Москва-Сити. «Все боролись за экспозицию как за лакомый кусок», — вспоминает архитектор Валерия Преображенская. Сценографом экспозиции выбрали Бориса Краснова. «Никто нам Бориса не навязывал, мы с ним давно знакомы, проводили на ВВЦ выставки и концерты, — говорит Николай Бугаев, бывший заместитель генерального директора ОАО «ГАО ВВЦ». — ЭКСПО в Шанхае — это уникальный опыт, и вряд ли кому-то удастся его повторить».

Концепция менялась четыре раза — и новый проект, по оценкам ГАО ВВЦ, потянул уже на 1,5 млрд рублей. Кроме вопроса, где взять деньги, был еще один, не менее важный. Что могла показать Россия на выставке в Шанхае, тема которой — «Лучший город, лучшая жизнь»? «Когда мы проанализировали, что происходит с российскими городами, мы не нашли, чем можно удивить мир», — признается Бугаев. По его словам, организаторы решили показать взгляд детей на будущее города, а «кто-то на одном совещании вспомнил про книжки Носова — про Незнайку и Цветочный город».

«Цветочный город» строил «Краснов-Дизайн» за 385 млн рублей, он занял весь второй этаж российского павильона. Огромные цветы кислотных расцветок, грибы, клубника, детские рисунки, а экскурсовод — Незнайка, которого китайцы прозвали «маленьким невеждой». Креатив Краснова в Кремле не оценили. В представлении чиновников администрации Дмитрия Медведева вся эта театральная клюква не соответствовала политическим темам — Сколково, нанотехнологии, Олимпиада в Сочи. «Мы практически не показали никаких разработок, никаких достижений. Одни детские фантазии и самодеятельность», — замечает Вячеслав Мельник, 40 лет готовивший участие СССР и России во всемирных выставках ЭКСПО. В июле 2010 года в разгар выставки из Москвы поступило указание — экспозицию переделать.

За ЭКСПО взялась Счетная палата. Проверяющие выявили, что средства тратились неэффективно. Например, на разработку первоначальной концепции потратили 6,3 млн рублей, но эти наработки не пригодились и нигде не использовались. Для выставки заказали старое оборудование по космическим ценам. Например, четыре видеомикшера ООО «Формат» передало ВВЦ в аренду по цене 271 000 рублей за штуку. Притом что точно такой же можно купить за 85 000 рублей. И таких примеров десятки. «Для проведения проектно-сметных работ за рубежом ГАО ВВЦ привлекает субподрядчиков — сами такого опыта не имеют. Отсюда дополнительные расходы — 20,8 млн рублей. Данные расходы нельзя признать рациональными», — делают вывод аудиторы.

«Участие в ЭКСПО — это инвестиции в репутацию и никакой не бизнес», — уверяет высокопоставленный источник в Минпромторге, замечая, что прибыль по госконтрактам не предусмотрена. Чем же тогда притягательны госконтракты на проведение международных выставок? «Это весьма коррупционноемкая отрасль. Откаты при организации выставок достигают 30–50%. К тому же организаторы обычно оплачивают визы, перелет и проживание за границей чиновников и их жен», — объясняет бывший сотрудник крупной выставочной компании. Такие расходы никого не смущают. Ведь министерства — самый выгодный клиент, который дает многомиллионные заказы с участием первых лиц государства.

БИТВА ЗА ЭКСПО

Пока Борис Краснов строил в Шанхае свой «Цветочный город», Садофьевы продолжали набирать госзаказы. В 2011 году только что созданная «дочка» «Инконнекта» «ГК Инконнект» выиграла уже десяток государственных конкурсов. Самыми крупными
из них стали экспозиции на ярмарке во Вьетнаме (7,3 млн рублей), ярмарке в Китае (6,9 млн рублей) и проведение ЭКСПО-2012 в Южной Корее (375 млн рублей). Праздник закончился неожиданно.

Пятого июля Андрею Садофьеву позвонил незнакомец. Представился Игорем и предложил поговорить. Встреча состоялась два дня спустя в ресторане «Рис и рыба» на втором этаже кинотеатра «Ударник». Как говорится в материалах дела, Игорь заявил, что представляет интересы людей, заинтересованных в получении южнокорейского контракта и готовых за $50 000 выкупить у Садофьевых 100% долей уставного капитала «ГК Инконнект» — сменить и учредителей, и руководство. В случае отказа Садофьевых ждет уголовное преследование и проблемы в бизнесе. Цена вопроса была понятна: владелец компании получал доступ к бюджетным контрактам на сумму около 390 млн рублей.

Российский павильон на ЭКСПО-2010 в Шанхае посетили 7 млн. человек. Многие по- новому открыли для себя Россию.Российский павильон на ЭКСПО-2010 в Шанхае посетили 7 млн. человек. Многие по- новому открыли для себя Россию.Фото Коммерсантъ.

Предложение, от которого нельзя было отказаться, сделал человек, искушенный в теме слияний и поглощений — главный менеджер инвесткомпании «Магма» Игорь Дунаев. В «Магме» на вопросы Forbes ответили, что их менеджер Игорь Дунаев действовал по своей инициативе, а компания к этой истории отношения не имеет.

Кто же тогда были эти люди, которые, по мнению полицейских, пытались захватить «ГК Инконнект»? Следствие считает организатором рейдерской атаки Олега Литошенко, а его идейным вдохновителем — Бориса Краснова. Как рассказывал на допросе сам Краснов, с Литошенко их познакомил в Париже в июне 2010 года замминистра промышленности и торговли Георгий Коломанов. Официально Литошенко, замдиректора «Спортивное информагентство Олимпийского комитета», устраивал олимпийские фестивали и детские выставки под эгидой ЮНЕСКО. Декоратор вспоминал, что Литошенко часто хвастался своими связями среди силовиков и твердил ему, что нужно наказать «Инконнект». «Он говорил, что «Инконнект» выводит деньги, получаемые из бюджета, на фирмы-однодневки, и из-за этого, по его мнению, мне мало заплатили [за Париж]», — рассказывал потом следователю Борис Краснов.

Еще в 2010 году Литошенко свел Краснова с Филиппом Золотницким, сотрудником столичного Управления экономической безопасности и противодействия коррупции. 22 января 2011 года Краснов, как он позже вспоминал на допросе, на своем дне рождения представил Золотницкого давнему другу — главе столичной полиции Владимиру Колокольцеву. Благодаря Золотницкому Краснов и Литошенко потом были в курсе всего расследования по «Инконнекту» и, по одной из версий, направляли полицейских по нужному следу.

«Краснов по жизни недовольный человек, — негодовал во время одной из бесед с Дунаевым Андрей Садофьев (ее расшифровка есть в материалах дела). — Забрал 50% бюджета за свои деревянные матрешки, мы с ним договорились, по рукам ударили, сгрудили ему там еще десять или сколько-то миллионов, чтоб он заткнулся. Мы с ним рассчитались полностью, и при этом он рассказывает, что все его кинули».

Утром 1 августа 2011 года Садофьев получил sms: «Несмотря на то что у вас тяжелый день, необходимо встретиться». Спустя несколько часов в офис «Инконнекта» на Берсеневской набережной с обыском нагрянула полиция, расследовавшая финансовые связи с «Простор Дизайном». Вслед за полицией в «Инконнект» с проверкой пришла еще и налоговая.

«Мы поняли серьезность [ваших] намерений — заходит УБЭП, обыски всякие. Действуете жестоко, — жаловался Садофьев Дунаеву (эту встречу Садофьев записывал на диктофон, и в уголовном деле имеется распечатка записи). — Если мы отдадим, так сказать, эту долбаную Корею, то от нас отстанут?» «Да», — обещает Дунаев.

Уже после обыска в «Инконнекте» Краснов, как говорится в материалах дела, приехал на встречу к Владимиру Колокольцеву: декоратор только что вернулся из Шанхая и привез генералу китайские лекарства и снадобья. Между делом Краснов просил взять дело «Простор Дизайна» на особый контроль и наказать «группу негодяев, которые перекидали всех». Сам Краснов потом на допросе утверждал, что выполнял лишь рекомендации Литошенко и именно последний был организатором атаки на «Инконнект».

«Цветочный город» от Бориса Краснова должен был скрыть отсутствие прорывных проектов в градостроительстве и урбанистике.«Цветочный город» от Бориса Краснова должен был скрыть отсутствие прорывных проектов в градостроительстве и урбанистике.Фото Коммерсантъ

Однако Дунаев во время одной из бесед с Садофьевым проговорился, что за атакой на «Инконнект» стоит Краснов и якобы в этом деле даже был заинтересован его высокопоставленный приятель — первый вице-премьер Игорь Шувалов. Источник в окружении первого вице-премьера хотя и подтвердил дружбу Шувалова с Красновым, при этом категорически отверг связь первого вице-премьера с делом «Инконнекта». «Это чистой воды вымысел», — подтвердил официальный представитель Шувалова Александр Мачевский. «Не проходит двух-трех месяцев, чтобы имя Шувалова не использовали как прикрытие разные «джентльмены удачи», — продолжает источник. — Аппарат всегда проверяет эту информацию и, если она подтверждается, направляет в правоохранительные органы».

12 августа Дунаев предупредил Садофьевых, что, если они не поторопятся с решением, «следователи начнут работать вплотную», а два замминистра пойдут к главе Минпромторга, чтобы убедить его в неблагонадежности компании «Инконнект». И тогда прощай госконтракт. Следствие считает, что Дунаев, из всех членов группы знакомый только с Литошенко, выполнял функции переговорщика, а чиновники Минпромторга — Шилов и Богданов — должны были оказывать административное давление на Садофьевых, принуждая их быстрее расстаться с компанией. О чем речь? Садофьевы, например, дали показания о том, что одним из инструментов давления являлась задержка с переводом аванса 80 млн рублей от Минпромторга на организацию выставки.

Сергей Шилов, директор Департамента внешнеэкономических отношений, работал в этой должности меньше года. Он бывший вице-президент ВТБ, экс-председатель административного совета банка «ВТБ — Северная Африка». Еще раньше, в 1985–1991 годах, служил в советском посольстве в Великобритании. С Красновым познакомился в 2010-м на совещании по организации «Дня России» на ЭКСПО-2012. Юрий Богданов, замначальника отдела выставок Минпромторга, вел, по словам Краснова, совместный бизнес с Литошенко в сфере выставок и пиара. С Красновым знаком с 2010 года.

«ГК Инконнект» честно выиграла конкурс на проведение ЭКСПО-2012, но, желая сэкономить, предоставила ложное поручительство, — рассказал бывший сотрудник Минпромторга. — Шилов, бывший банкир, подлог обнаружил, но компании дали возможность заменить обеспечение, что она и сделала. Контракт был подписан, началась работа по сметам, но в августе МВД сообщило в Минпромторг, что «Инконнект» подозревается в уклонении от уплаты налогов (дело было закрыто в 2012 году)».

Источник Forbes полагает, что вопросы Шилова и Богданова по поводу полицейской проверки руководство «Инконнекта» восприняло как угрозы. «Тем более Шилов по банкирской привычке хеджировал риски, начал консультации с другими участниками рынка на случай, если уголовное преследование владельцев «Инконнекта» сорвет работу по подготовке ЭКСПО», — утверждает собеседник Forbes. Судя по материалам дела, о ком идет речь — понятно: чиновники Минпромторга вели переговоры с Красновым.

«Если говорить про Краснова с его запросами, так сказать, ему 375 млн только пойти мороженого купить. Поэтому там он поставит потемкинские деревни — остальное все потратит… на красоту — на маникюры и педикюры», — восклицает в беседе с Дунаевым Садофьев (распечатка переговоров имеется в деле).

Все переговоры Садофьевы записывали — эти пленки потом попали в полицию. Владельцы «ГК Инконнект» написали заявление, что у них отбирают компанию и госконтракт. За всей пятеркой было установлено наблюдение — телефоны прослушивались. Седьмого сентября 2011 года все были задержаны, на следующий день — арестованы. Правда, Краснов пробыл за решеткой недолго, его единственного выпустили под залог 5 млн рублей.

БЕЗ ПОБЕДИТЕЛЕЙ

22 сентября 2011 года Борис Краснов принимал в своем офисе на Арбате адвоката Иманали Узалова. Обсуждали линию дальнейшей защиты. «Борис Аркадьевич был в приподнятом настроении, но внезапно ему стало плохо, речь стала тяжелой, он схватился за голову и начал заваливаться, — вспоминает тот день Узалов. — Я позвал на помощь, крикнул, чтобы принесли воды. Прибежали сотрудники, кто-то сказал: «Это инсульт».

На «скорой» Краснова привезли в Первую градскую больницу, а оттуда — в реанимацию Федерального медицинского биофизического центра им. А. И. Бурназяна. «Краснов в коме, фактически одно из полушарий мозга не реагирует на сигналы», — сообщал прессе адвокат Добровинский.

Проведать Краснова приходили полицейские. Следователи не исключали, что сценограф придумал и разыграл новую мизансцену и симулировал болезнь, предполагает Добровинский. Он уверял, что один из оперативников упал в обморок, когда увидел Краснова после операции — «с отверстием в черепе, через которое видно пульсирующий мозг».

Третьего октября дело в отношении Краснова из-за его тяжелой болезни выделили в отдельное производство. Адвокат Узалов написал следствию, что Краснова необходимо отправить лечиться за границу. Следователь не возражал. Краснова отправили спецбортом в Берлин, потом перевели в клинику в Швейцарии.

«Боря реально болен — он говорит, память в порядке, но он передвигается пока в кресле-каталке», — рассказывает финансовый директор и совладелец «Краснов-Дизайна» Татьяна Рябова. Год назад Игорь Крутой рассказал, что созванивался с Красновым и обсуждал их общий проект — церемонию открытия Универсиады в Казани в 2013 году. А вот Рябова говорит, что Краснов отошел от дел, а без него бизнес «заснул». По ее словам, история с «Инконнектом» спутала Краснову все планы — он надеялся принять участие в подготовке саммита АТЭС и Олимпийских игр в Сочи. А самое главное — незадолго до задержания декоратору предложили войти в совет директоров ВВЦ.

«С трудом верится в то, что Краснов, у которого заказы были на сотни миллионов рублей, решил прибрать фирму с незначительным оборотом, — полагает Николай Бугаев. — В этой истории [с «Инконнектом»] много недосказанностей, но ясно одно: в ней нет победителей».

Борис Краснов за границей, другие фигуранты дела — в суде. «Инконнект» по-прежнему получает госзаказы, правда, масштаб бизнеса уже не тот — на 2013 год у компаний Садофьевых оказалось 11 госконтрактов на сумму 46,5 млн рублей. Да и злоключения владельцев «Инконнекта» на этом не закончились. В январе 2012 года в поселке Быковка Подольского района загорелся дом. Выяснилось, что он принадлежит Андрею Садофьеву, а причиной пожара стал поджог.

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ИСТОЧНИК: FORBES

Кому принадлежит «Москва-Сити»

Кому принадлежит «Москва-Сити»

 

«Москва-Сити» — город небоскребов, выросших на месте бывшей каменоломни на Пресненской набережной, — самый амбициозный и дорогостоящий проект конца 1990-х и тучных нулевых. Застройка делового квартала, стартовавшая в 1998 году с «Башни 2000», не обошлась без драм: многими башнями сейчас владеют совсем не те, кто начинал их строить. 

Со скоростью 6 м в секунду лифт уносит главу ВТБ Андрея Костина на 58-й этаж западной башни комплекса «Федерация» — здесь расположен кабинет банкира. «Поднимаешься, звучит «Вставай, страна огромная», — вспоминает посещение офиса Николай Казанский, управляющий партнер Colliers International Russia. ВТБ становится крупнейшим собственником недвижимости в «Москва-Сити»: банку принадлежит почти 500 000 кв. м. Кроме 35 этажей в башне «Федерация» это два этажа в «Башне на набережной» и недостроенная пока башня «IQ-квартал». В 2016 году ВТБ может занять часть помещений в башне «Евразия», которой пока владеют структуры Сулеймана Керимова (75%) и Павла Фукса (25%), рассказали два источника на рынке. Приемку башни ведет «ВБ-Сервис», управляющая компания ВТБ. В УК «Евразии» подтвердили, что идут переговоры с моноклиентом, но отказались сообщать, с кем именно.

«Москва-Сити» — город небоскребов, выросших на месте бывшей каменоломни на Пресненской набережной, — самый амбициозный и дорогостоящий проект конца 1990-х и тучных нулевых. Застройка делового квартала, стартовавшая в 1998 году с «Башни 2000», не обошлась без драм: многими башнями сейчас владеют совсем не те, кто начинал их строить. Самый яркий пример — Сергей Полонский, начавший сразу две стройки. После его банкротства башня «Федерация» досталась AEON Романа Троценко, Mirax Plaza в 2011 году отошла в качестве компенсации долга «Стройгазконсалтингу» (нынешнее название — «Президент плаза»). На участке №15, где планировалось новое здание мэрии, строят небоскреб миллиардеры Год Нисанов и Зарах Илиев. К концу 2015 года из 23 запланированных объектов построено 12, шесть строятся, пять — в стадии проектирования.

«Проект «Москва-Сити» доказал свою значимость для города и стал его визитной карточкой. Все разговоры о том, что башни пустуют, апартаменты не продаются, люди стоят в пробках, давно не актуальны», — говорит Татьяна Вольцингер, директор по развитию ОАО «Сити», управляющей компании ММДЦ «Москва-Сити», принадлежащей группе Solvers Олега Малиса, нового владельца «Связного». Общий показатель вакантных площадей построенных офисов «Москва-Сити» — 26,2%.

По мере заполняемости «Москва-Сити» интерес к недвижимости здесь начали проявлять новые игроки. Например, башню «Эволюция», которую строила компания «Снегири-Девелопмент» Александра Чигиринского, покупает «Транснефть». Сделка еще не закрыта, переезд намечен на конец 2016 года. Новоселье ожидается и в башне ОКО — сюда переедут структуры правительства Москвы. У продавца — Capital Group — остается еще комплекс «Город столиц».

А вот судьба башни «Россия» не складывается. Проект самого высокого в Европе небоскреба девелопер Шалва Чигиринский и миллиардер Виктор Рашников заказывали Норману Фостеру. В сентябре 2007 года мэр Москвы Юрий Лужков заложил в основание капсулу с пергаментом. Но у Чигиринского через год начались финансовые проблемы, только в 2013 году Рашников нашел другого партнера-инвестора — им стала турецкая Renaissance, срок строительства продлили до 2019 года. Но как скажется на строительстве башни, которая теперь называется Renaissance Moscow Towers, обострение отношений между Москвой и Анкарой, пока неизвестно. Турецкая Enka, которой принадлежит «Башня на набережной», рекомендовала сотрудникам не выезжать из России — есть опасения, что могут не пустить обратно. «Если события будут развиваться по жесткому сценарию, турки будут уходить, и у кого-то из российских инвесторов появится возможность приобрести эти объекты на выгодных условиях», — рассуждает один из участников рынка.

Источник: Forbes, фото, видео: High Level 

 

 

Башня Федерация

Владелец: AEON Романа Троценкофедерация

Экс-владельцы: Mirax Сергея Полонского

Высота: 374 м (Башня «Восток») и 243 м (Башня «Запад»)

Количество этажей: 97 (в башне Восток еще не введены с 34 по 97 этажи) и 62

Стройка: 2004–2016

Оценка стоимости объекта: $1,2 млрд

Общая площадь: 443 000 кв. м, из них офисная 287 000 кв. м, жилая — 78 000 кв. м

Число апартаментов (скайлофты): 212

Ставка аренды офисов: $400–650

Вакансия: 8%

Цифра: около 15 000 человек посещают башню ежедневно

Крупные собственники:

Запад:

Банк ВТБ — 77 000 кв. м (–1–34-й этажи)

Восток:

White Rabbit Family — 1500 кв. м (89-й этаж) — будет ресторан «Сахалин»

Mercury — 4800 кв. м (27–28-й этажи)

Сбербанк — около 3000 кв. м (85–86-й этажи)

Конаково Ривер Клаб этаж в Востоке, 2 400 кв.м., 37 этаж

IRU – Tirsa World, 3 этажа в «Востоке», 40,41,60 этажи

М-Автоматика – владеют этажом в «Востоке», 2 400, 13 этаж

Нефтехимпроект – владеют этажом в «Востоке», 2 200 кв.м., 10 этаж

Эвалар – владеют частью этажа  в «Востоке», сидят сами на 23 этаже, 750 кв.м.

Крупнейшие арендаторы:

АО «Курорты Северного Кавказа»

Энерголаб

Фармасинтез

Transcontinental Medical Management

итальянская Banco Popolare societa cooperativa.  

Деталь: на 62-м этаже расположен самый высокий в Европе ресторан Sixty, который посещают глава ВТБ Андрей Костин и премьер Дмитрий Медведев.

Деталь: на 61-этаже “Федерации “ (башня Запад)  находится Wellness Spa  Nebo, где находится самый высокий бассейн и тренажерный зал в Европе, бани. Среди членов клуба, например,  генеральный директор «Центральной энергетической компании» Юрий Сусликов, телеведущий Антон Привольнов, Иосиф Пригожин.

ОКО

Владелец: Capital Group Владислава Доронина, Павла Те и Эдуарда Берманаоко

Высота: 355 м

Количество этажей: 85 (жилой небоскреб), 49 (офисный)

Стройка: 2011–2015

Стоимость объекта (оценка): $0,7 млрд

Общая площадь: 250 000 кв. м, из них офисная — 115 000 кв. м, жилая — 134 700 кв. м.

Число апартаментов: 588

Ставка аренды: $540–560

Вакансия (офисы): 70%

Цифра: от 360 000 руб. за кв. м стоят апартаменты с отделкой

Крупнейшие арендаторы:

CBRE —1250 кв. м (29-й этаж) Самый первый арендатор в офисной башне. 

ГСР Эненрджи (400 кв. м). 39 этаж

Сеть фитнес-клубов премиум-класса Encore Fitness (аренда 3 825 кв. м на 2 и 3 этажах  инфраструктурного «кристалла» ОКО. Договор заключен сроком на 7 лет. Открытие клуба ожидается в середине 2016 года.

Деталь: мэрия Москвы покупает 30 000 кв. м в офисной башне (договор заключен с ГУП «Московское имущество»). На приобретение площадей была выделена субсидия.

Меркурий-Сити

Владелец: Mercury Development Игоря Кесаевамеркурий

Высота: 339 м

Количество этажей: 75

Стройка: 2006–2013

Стоимость объекта: $650–1300 млн

Общая площадь: 173 960 кв. м, из них офисная — 89 000 кв. м, жилая — 22 000 кв. м.

Число апартаментов: 137

Вакансия (офисы): 55%

Ставка аренды (офисы): $400–430

Цифра: более $80 млн, по оценкам риелторов, составила сумма сделки с JTI

Крупные собственники:

JTI — 10 000 кв. м (28–32-й этажи)

Крупнейшие арендаторы:

«Норильский никель» — 14 000 кв. м (19–26-й этажи)

Деталь: апартаменты на 60–65-м этажах не продаются на открытом рынке. Риелторы считают, что это жилье предназначено для особой категории жильцов. Среди владельцев апартаментов называют самого Кесаева.

Деталь: Меркурий Сити Тауэр не раскрывает информацию о собственниках. По рынку ходит информация, что среди владельцев апартаментов на этой башне, замечены члены Правительства РФ, владельцы и высший менеджмент крупнейших российских и иностранных компаний, известные ведущие Первого канала.  По сообщению СМИ, в 2013 году, например, известный российский телеведущий Иван Ургант приобрёл себе апартаменты в «Меркурий Сити Тауэр».

Деталь: В конце ноября на Меркурий Сити Тауэре прошла крупная пакетная сделка.  Подробности сделки менеджментом башни не раскрываются, но, по мнению брокеров,  общая сумма сделки могла составить $ 20-25 млн, а  цены продаж  ориентировочно могли составить: на офисы — около  8 000 евро/м2, на апартаменты —  около 13 500 евро/м2.

Деталь: Летом 2015 года появилась информация, что башня «Меркурий» Игоря Кесаева в ММДЦ «Москва-Сити» из-за долгов может перейти к кредитору проекта — Сбербанку. Эта информация не подтвердилась. В конце ноября 2015 года состоялся  пресс-завтрак с Генеральным Управляющим Андреем Шаповалом, где он сказал, что перед Сбербанком нет просроченной задолженности, все платежи идут по графику. 

Башня “Евразия”

images_277_25_mnogofunkcionalnyj-ofisnyj-kompleks-evraziya-mmdc-moskva-siti

Владельцы: Летом башня была передана ВТБ от прежних хозяев — структуры Сулеймана Керимова (Декмос\«Нафта-Москва»75% проекта), MosCityGroup Павла Фукса.Сейчас идет приемка башни управляющей компанией ВТБ “ВБ-Сервис”. Переезд ВТБ и части Банка Москвы (структурное подразделение ВТБ)  запланирован на 2016 год.

Высота: 309 метров

Количество этажей: 75

Сроки строительства: 2005-2014

Общая площадь:193 405 кв м

Офисы: 82 817 кв м

Крупнейшие арендаторы:  Нет. Ведутся переговоры с моноклиентом.

Ставка (аренда офисов за кв метр без НДС и эксплуатационных расходов): нд

Вакансия (офисы): 100%

Апартаменты: 144 шт 26 907 кв м

Цифра: 5 млрд рублей задолжала Сбербанку компания Фукса, право требования долга выкупил Керимов, получив в качестве уплаты акции башни

Деталь: на 51 этаже есть открытая терраса с зимним садом и видом на центр города.

Деталь: Единственная металлическая башня в Москва-Сити, вся из металлоконструкций — при сильном ветре на верхних этажах ощущается качание.

История: Застройщик этого небоскрёба – компания MosCityGroup Павла Фукса – задолжала банку порядка 5 млрд рублей. Однако в 2011 году право требования долга у Сберанка выкупил владелец компании «Нафта-Москва» Сулейман Керимов. В качестве уплаты долга Керимов получил 50% проекта, а через два года Керимов увеличил свою долю, выкупив у Павла Фукса еще 25% Eurasia Tower. Оставшимися 25% проекта по-прежнему владеет компания MosCityGroup.

«Город Столиц»

gorod_stolits12241474511

Владельцы: Capital Group Владислава Доронина, Павла Те и Эдуарда Бермана

Высота: 302 м

Количество этажей: 73 (башня «Москва»), 62 (башня «Санкт-Петербург»)

Стройка: 2006–2009

Общая площадь: 288 680 кв. м, офисная — 72 315 кв. м, жилая — 101 440 кв. м

Апартаменты: 470 штук

Ставка аренды (офисы): $650–940

Вакансия (офисы): 7%

Цифра: более 50 апартаментов выкупили на первичном рынке структуры Бориса Минца и практически все реализованы. На первичном рынке — всего 4 предложения, стоимость — от $13 000 за кв. м

Крупнейшие владельцы помещений:

Capital Group — 4700 кв. м (15–17-й этажи)

Крупнейшие арендаторы:

«Ренессанс Кредит» — 3800 кв. м (14-й этаж)

РФПИ — 2300 кв. м (7–8-й этажи)

Amgen — 1350 кв. м (7-й этаж)

Деталь: в кризис 2009 года Сбербанк в рамках реструктуризации кредитной линии купил 60 000 кв. м в жилой башне «Город Столиц», реализацией занималась Capital Group.

Деталь: на 73-м этаже в пентхаусе с самой большой открытой террасой живет Эдуард Берман, Доронин живет в соседней башне — в пентхаусе на 62-м этаже.

Башня на набережной

Владельцы: турецкая компания Enka Шарыка Тара башня на набережной

Высота: 264 м

Количество этажей: 61

Стройка: 2003–2007

Оценка стоимости объекта: $0,8 млрд

Общая площадь: 265 602 кв. м, из них офисная — 163 000 кв. м

Крупнейшие арендаторы:

Блок А:

IBM — 6000 кв. м (2–6-й, 8-й этажи)

Eli Lilly — 2300 кв. м (7-й, 9-й этажи)

General Electric — 6000 кв. м (8-й, 10–12-й, 14-й, 16-й)

Блок В:

IBM — 2600 кв. м (5-й, 6-й, 18-й этажи)

«Норильский никель» — 2000 кв. м (17-й, 24-й, 25-й этажи)

Berlin-Chemie/Menarini — 2300 кв. м (3–4-й этажи)

E.ON — 3700 кв. м (19-й, 20-й, 22-й, 23-й этажи)

Блок С:

KPMG — 24 000 кв. м (31–42-й этажи)

General Electric — 8000 кв. м (8–10-й, 12–14-й, 23-й этажи)

Pfizer — 5800 кв. м (22-й, 24-й этажи)

«ВТБ Капитал» — 3900 кв. м (15-й, 17-й этажи)

Ставка аренды: $640–880

Вакансия: 11%

Число апартаментов: нет

Цифра: 45–55 рублей за доллар — на таком уровне весной 2015 года владельцы закрепили для арендаторов валютный курс

Эволюция

Владельцы: «Снегири-девелопмент» Александра Чигиринского Эволюция

Высота: 255 м

Количество этажей: 53

Стройка: 2011–2015

Общая площадь: 153 891 кв. м, из них офисная — 79 053 кв. м

Число апартаментов: нет

Ставка аренды: н/д

Вакансия: —

Крупнейшие собственники:

«Транснефть» выкупает башню полностью, сделка еще не закрыта. Переезд ожидается в 2016 году.

Цифра: $1 млрд — оценка суммы сделки с «Транснефтью»

Деталь: владельцы сначала рассчитывали продать башню недостроенной, без остекления. «Транснефть» тогда рассматривала под офис «Миракс Плазу» (сейчас — «Президент Плаза»). В итоге «Эволюцию» достроили полностью, но цену при этом снизили, по оценкам, вдвое.

Империя

IMG_6256-webВладелец: Solvers Estate, входит в группу Solvers Олега Малиса

Экс-владельцы: MosCityGroup Павла Фукса

Высота: 239 м

Количество этажей: 60

Стройка: 2006–2011

Общая площадь: 203 191 кв. м, из них офисная — 121 497 кв. м

Крупные собственники:

SNS — 13 000 кв. м (владеет пятью этажами в башне)

Aegis — 9500 кв. м (9-й, 11-й, 28-й этажи)

Уралхим — 6000 кв. м (34-й, 35-й этажи)

Крупные арендаторы:

АСТ — 5900 кв. м (14–15-й этажи)

Ставка аренды: $400–870

Вакансия: 13%

Число апартаментов: 194

Цифра: около 300 тысяч человек составляет ежемесячный трафик башни «Империи»

Деталь: в «Империи» расположен офис управляющей компании ММДЦ «Москва-Сити» (ООО «СИТИ»), в ведении которой находится территория между объектами.

Деталь: На 43 этаже делового комплекса «Империи» находится High level hostel – единственный в мире хостел в небоскребе. Вид на город с высоты 170-и метров никого не оставит равнодушным!

Деталь : в подземной галерее башни  Empire Blackyard собираются любители пинг-понга — там расположен Ping Pong Club Moscow.

Деталь: на 56-м этаже башни находится смотровая площадка, где проводятся экскурсии, на которой рассказывают об истории Сити.

Башня-2000

Владельцы: МКапитал Александра Занадворова, «Стройгазконсалтинг» Зияда Манасира

Занадворова  — 1–5, 26–28 этажи; у Манасира — 6–12, 17–20, 22–25 этажи

Высота: 104 м

Количество этажей: 34

Стройка: 1998–2001

Общая площадь: 60 000 кв. м, из них офисная — 46 000 кв. м

Крупные арендаторы:

АКБ «Российский капитал» (1-й этаж), ФК «Открытие» (1-й этаж), Traeunique Group (20-й этаж).

Ставка аренды: $300–430

Вакансия: 4,5%

Цифра: 25 собственников у башни, но доля 23 из них не превышает 1%

Деталь: первый после моста «Багратион» построенный проект ММДЦ «Москва-Сити»

Renaissance  Moscow

Инвестор проекта: Renaissance Development

Высота: 337 м

Количество этажей: 65

Стройка: 2013–2019

Стоимость объекта: $ млрд

Общая площадь: 357 000 кв. м, из них офисная — 137 000 кв. м, жилая — 89 000 кв. м.

Число апартаментов: 704

Ставка аренды: н/д

Вакансия: 100%

Цифра:

Деталь: строится на месте башни «Россия»

IQ-квартал

Владелец: «Галс Девелопмент» (ВТБ владеет 97% компании)

Экс-владельцы: Citer Invest

Высота: 173 м

Количество этажей:

1-я башня — 33 этажа,

2-я башня — 42 этажа,

3-я башня — 21 этаж

Стройка: 2012–2017

Общая площадь: 228 000 кв. м, из них офисная — 130 000 кв. м

Число апартаментов: 207

Вакансия: 100%

Деталь: Citer Invest, которую выкупила «Галс Девелопмент», планировала строить на этом месте многофункциональный комплекс «Транспортный терминал».

Афимолл-Сити

Владельцы: AFI Development Льва Леваева

Высота: 53 м

Количество этажей: 6

Стройка: 2006–2011

Общая площадь: 317 000 кв.м, из них офисная — 107 000 кв. м

Крупные арендаторы: «Перекресток Зеленый», кинотеатр «Формула Кино», фитнес-клуб «Физика», «Детский мир», развлекательный центр «Космик»

Ставка аренды: $150–1500

Вакансия: 15–20%

CityPoint/Novotel

Владельцы: группа «Ташир» Самвела Карапетянановотель

Высота: 55 м

Количество этажей: 10

Стройка: 2006–2013

Общая площадь: 52 000 кв. м, из них офисная — 10 000 кв. м

Крупные арендаторы: «Ташир», «Главстройгрупп»

Ставка аренды: $440–460

Вакансия: 10%

Москва-сити в цифрах

Снимок экрана 2016-02-11 в 11.54.06

Строительство всех объектов «Москва-Сити» должно быть завершено в 2018 году. Всего планировалось построить 23 объекта, из них уже построено 12, 6 — строятся, 5 — в проекте. 

Всего в Сити возведено 2,3 млн кв. м недвижимости: 880 000 кв. м — офисные помещения, 374 000 кв. м — апартаменты, 203 000 кв. м — инфраструктура.

Около 500 объектов инфраструктуры расположено в «Москва-Сити»: кафе, банки, сервисные мастерские, фитнес-клубы и др.

100 000 человек ежедневно посещают деловой центр, из них около 60 000 — сотрудники офисов

4–5 лет — средний срок возведения одного небоскреба

360 000–1,2 млн руб. за кв. м стоят апартаменты в «Москва-Сити», с декабря 2013 года цены в долларовом эквиваленте в среднем упали на 40%, в рублевом — выросли на 5%

Источник: Аналитический центр ОАО «СИТИ», Colliers International, Стройкомплекс Москвы, данные управляющих компаний

ПАВЕЛ СЕДАКОВ

ИСТОЧНИК:  FORBES (авторская версия)

Посторонних нет

Посторонних нет

У «Информзащиты», работающей на спецслужбы и госведомства, много тайн. Одна из них — кто владеет компанией

Корреспондент NBC Ричард Энгель сел за столик в кафе, подключился к Wi-Fi и увидел в своей почте письмо: «Привет! Добро пожаловать в Сочи!» Щелкнул по ссылке, и его смартфон был мгновенно атакован Android-трояном. Пару дней спустя NBC показал сюжет о том, как в Сочи хакеры открыли сезон охоты на гостей Олимпиады. Последствия были бы печальны, если бы им, к примеру, удалось взломать транспортную инфраструктуру: перевод стрелок на железной дороге или сбой в работе светофоров мог вызвать коллапс. Но этого не случилось. Транспортную дирекцию, отвечавшую за доставку грузов для строительства олимпийских объектов, защищала ГК «Информзащита».

«Когда нас приглашали в Сочи, мы не отказывались. Но в первые ряды не лезли», — лаконично комментирует свое участие Петр Ефимов, гендиректор «Информзащиты».  Основной доход группе приносят госзаказчики. За последние пять лет только интегратор «Информзащиты» заключил с ними 440 контрактов на сумму 5 млрд рублей, тогда как с коммерческими структурами — 125 контрактов на 650 млн рублей. Акционеры «Информзащиты» сумели построить эффективную систему продвижения своих продуктов и услуг. Но два ее основателя больше не причастны к делу, а два других в сумме имеют долю менее контрольной. Как создавался бизнес по охране секретов и кому он теперь принадлежит?

Объявление на проходной НТЦ «Атлас» в унылом девятиэтажном здании на ул. Образцова предупреждает: «Проход на территорию с самокатами и скейтами воспрещен». «Атлас» сменил нескольких хозяев — сначала находился в ведении КГБ, потом — Федерального агентства правительственной связи (ФАПСИ) и ФСБ и наконец оказался у Минсвязи. Но порядки тут до сих пор строгие — в здание, например, не может пройти иностранец.

Три этажа здесь арендует «Информзащита». Долгое время считалось, что за компанией стоит ФАПСИ. «Мы не чекисты, не секретные физики. Мы обычные разработчики, но у нас тоже есть свой профессиональный этикет и свои тайны», — с благодушной улыбкой рассказывает Ефимов. Основатели группы Петр Ефимов, Владимир Гайкович и Дмитрий Ершов познакомились в Киевском высшем инженерном радиотехническом училище ПВО. Спустя несколько лет встретились в Москве, в Генеральном штабе. Ефимов строил здесь первые локальные сети, а Гайкович и Ершов работали в лаборатории одного из региональных военных НИИ.

В 1995 году Ефимов уволился и занялся продажами англо-русских переводчиков PROMT. Торговля шла вяло, и, когда Гайкович предложил ему зарабатывать на защите информации, тот согласился не раздумывая. У Гайковича уже был некоторый опыт и капитал. Вместе с выпускником Высшей школы КГБ Евгением Касперским он удачно выполнил заказ на интеграцию антивируса в офисный пакет на базе MS-DOS. «Получили солидные деньги», — подтвердил Forbes Касперский.

Помимо Гайковича, Ефимова и Ершова соучредителем «Информзащиты» стал Юрий Соколов. Про него известно немного: работал в НИИ «Квант» (институт сейчас разрабатывает системы электронной защиты для госорганов), потом перешел в НТЦ «Атлас». Именно Соколов договорился с руководством НТЦ об аренде помещения, на 100 кв. м которого разместились руководство компании и 10 программистов. Гайкович предложил партнерам выйти на рынок со своей разработкой — системой разграничения доступа в виде карты, устанавливаемой в компьютер. Систему защиты назвали SecretNet. Более чем на 20 лет она стала флагманским продуктом «Информзащиты».

Государственное дело

Председатель правления коммерческого банка радостно потирал руки: «Вы сможете защитить нас от НДС?!» Ефимову пришлось разочаровать банкира, перепутавшего НДС с НСД — несанкционированным доступом. «Мало кто в 1990-х понимал, от чего и как защищаться. Приходилось ходить, убеждать», — говорит гендиректор «Информзащиты». В итоге SecretNet, по его словам, была установлена почти на всех компьютерах, подлежащих защите, в ЦИК, Центробанке, Федеральном казначействе, Таможенной службе.

Брали упорством и деловой хваткой, уверяет бывший директор Учебного центра «Информзащита» Михаил Савельев. Плюс срабатывали связи. Когда ЦИК готовила систему защиты ГАС «Выборы», несколько компаний-разработчиков пригласили на смотрины. Ефимов и Гайкович оказались на встрече благодаря своему знакомому, возглавлявшему в то время управление информационных ресурсов администрации президента России. Ефимов утверждает, что ЦИК выбрала рабочую версию  SecretNet и он с Гайковичем за ночь дописал документацию к ней. Но Савельев пересказывает старую корпоративную легенду: на вопрос ЦИК о доработке предложенных версий все начали говорить про цены и сроки, и только Гайкович на следующее утро принес SecretNet с необходимым функционалом.

Первый контракт с ЦИК принес «Информзащите» $150 000. Появились заказчики в лице ФСБ и Центробанка. Но с деньгами у спецслужбы тогда было туго, и почти три года единственным крупным клиентом компании был Центробанк. Ефимов провел в перелетах 260 дней — ставили SecretNet в региональных отделениях банка. «Он был основным добытчиком компании», — замечает Алексей Лукацкий, бывший глава департамента интернет-решений «Информзащиты» (сейчас бизнес-консультант по безопасности в Cisco Systems). Соколов отвечал за отношения с госструктурами, Гайкович занимался разработками, а Ершов — сначала консалтингом, потом учебным отделом (со временем тот превратился в крупнейший в России центр подготовки специалистов по защите информации — около 3000 слушателей в год, не считая дистанционного обучения).

К началу 2000-х у «Информзащиты» появились еще два базовых продукта. Электронный компьютерный замок «Соболь» был разработан по техзаданию ФАПСИ и в последующие годы продан тиражом более 1 млн. «Информзащита» первой среди коммерческих компаний получила шесть лицензий ФАПСИ на создание средств защиты сетей и шифровки данных и создала криптографический маршрутизатор «Континент». «SecretNet  и «Континент» — это козырные тузы «Информзащиты», — считает гендиректор Digital Security Илья Медведовский. — Госзаказчики берут эти продукты, поскольку они под них правильно заточены».

Жесткие требования ФСБ и Гостехкомиссии (в настоящее время ФСТЭК) по защите конфиденциальной информации и гостайны распространились также на частные компании.

По словам Савельева, наличие у «Информзащиты» сертифицированных решений облегчало вход в коммерческие структуры с госучастием — «Норильский никель», «Транснефть», «Аэрофлот». «Не каждого интегратора пригласят в проект, где присутствует работа с гостайной», — объясняет Ольга Болейко, коммерческий директор Group-IB. По ее словам, у «Информзащиты» есть выданные регуляторами уникальные сертификаты, которых нет у других разработчиков.

Испытание деньгами

Бизнес «Информзащиты» шел в гору. Если в 2002 году ее выручка составила $15 млн, то спустя три года — уже $27,2 млн. Но рост доходов не очень радовал Гайковича, в 2001 году сменившего Ефимова в кресле гендиректора (Ефимов стал президентом), — он считал, что быстрые дивиденды тормозят развитие.

В 2005–2008 годах из «Информзащиты» выделили несколько компаний: разработки сосредоточили в «Коде безопасности», дистрибуцию — в SafeLine, а интеграция осталась у НИП «Информзащита». Чтобы не переплачивать лабораториям,  открыли свой аттестационный центр. Так появилась группа компаний «Информзащита».  «Настало время меняться и дифференцировать бизнес», — оценивает Ефимов ту перестройку. В 2007 году выручка компании составила 1,28 млрд рублей, или $50 млн. Дела шли настолько блестяще, что «Информзащита» замахнулась на амбициозный проект — пересадить госслужащих на операционную систему Linux.

Объем рынка таких систем для органов власти и медучреждений, вспоминает Евгений Соколов — в то время руководитель компании Linux Online, оценивали в Минсвязи минимум в $50 млн.  В 2008 году Евгений Соколов и его партнер Тимофей Королев встретились с Ефимовым и Гайковичем и договорились о создании компании TrustVers. Фактически речь шла о покупке команды Соколова и Королева из 30 человек и их разработок. Под этот проект были наняты новые специалисты, приобретено оборудование. Акционеры «Информзащиты» затрат не раскрывают. «Это были не заоблачные деньги», — лаконично отвечает Ефимов. Разработчики выпустили и сертифицировали пакет программ на Linux, интегрируемых с продуктами «Информзащиты». Но тема не пошла, замечает бывший гендиректор «Информзащиты» Сергей Шерстобитов, — было недостаточно политической воли на уровне государства. «Государственный спрос на открытые решения так и не появился, и даже «Информзащите» не удалось переломить ситуацию», — добавляет Соколов.

Возникла еще одна проблема: несмотря на кризис, компания вдвое увеличила штат под разработку новых продуктов, связанных с 152-ФЗ «О защите персональных данных». «Эта инвестиция не сыграла. Принятие закона перенесли, а в продукты уже вложили много денег», — уверяет бывший сотрудник «Информзащиты». По его словам, возник большой кассовый разрыв, который нужно было срочно закрывать. Выручил стратегический инвестор. Ефимов, впрочем, заявляет, что за всю историю компании не было ситуаций, связанных с нехваткой денег.

Невидимый Генс

Учредителями «Информзащиты», согласно открытым данным ЕГРЮЛ, до сих пор числятся четверо — Ефимов, Гайкович, Ершов и Соколов (у каждого по 25% акций). На самом деле все давно поменялось. Еще в середине 2000-х компанию покинул Юрий Соколов, продав свои акции. «Он уже был на пенсии, хотел стабильности, путешествовать по миру», — говорит его знакомый.

В 2011 году ушел Владимир Гайкович. «Причин моего ухода две: это накопившаяся усталость от управления и наличие разногласий с акционерами по вопросам развития группы компаний», — объяснял он в интервью CNews. «Гайкович получил степень Executive MBA и пытался внедрять западные практики управления, — излагает свою версию Алексей Лукацкий. — Это нравилось не всем акционерам, которые по старинке хотели, чтобы все было сосредоточено в одних руках». Андрей Голов, гендиректор «Кода Безопасности», подтверждает: «Гайкович пытался «отцифровать» бизнес. Из-за этого возникло длительное непонимание с Ефимовым». Сергей Шерстобитов дополняет: Гайкович как программист много времени уделял разработкам, а Ефимов был ориентирован на продажи, и в этом была сила компании, но до определенного момента. Гайкович после ухода возглавил компанию «Андэк», специализирующуюся на информационной безопасности, но в марте 2015 года погиб в автокатастрофе.

Петр Ефимов уверяет, что информация о конфликте сильно преувеличена — просто была взаимная усталость и разные взгляды на развитие бизнеса. «Володя считал, что, если вещь гениальная, она сама себя продает. А мы считаем: нет, не так, кто-то должен рассказать, почему она гениальная», — объясняет предприниматель. Сейчас, по словам Ефимова, у ГК «Информзащита» три акционера — он сам, Ершов и некий стратегический инвестор. По словам источника Forbes в компании, этот инвестор выкупил пакет Соколова, Гайковича, часть акций Ершова и Ефимова и консолидировал как минимум 75% акций компании. Ефимов подтверждает, что у него с Ершовым нет контрольного пакета, и добавляет, что инвестор не участвует в операционной деятельности.

О ком речь?

Четыре источника сообщили Forbes, что о представителе Георгия Генса, основателя группы компаний «Ланит».

Ее основной бизнес — системная интеграция и разработка программных продуктов, годовая выручка, по оценке Forbes, — 82 млрд рублей. «Генс вошел своим капиталом и затем поддерживал «Информзащиту» финансами и управляющими решениями», — говорит один из бывших сотрудников «Информзащиты».  Ефимов это отрицает.

Предположительно, Генс пытался кооперироваться с «Информзащитой» еще в 2008 году, когда обсуждался проект на базе Linux. В 2012 году принадлежащая «Ланиту» компания Treolan приобрела SafeLine — дистрибьютора «Информзащиты» с оборотом около 1 млрд рублей. «После поглощения SafeLine все ждали, что подобное произойдет и с «Информзащитой», — рассуждает один из бывших подчиненных Гайковича.

Владелец «Ланита» в 2010 году в комментариях интернет-изданию CRN нахваливал «Информзащиту»: «Компания предлагает интересные продукты и решения, постоянно растет и развивается, укрепляя позиции на рынке. Защита информации — один из наиболее важных элементов IT, в частности при организации облачных вычислений». По мнению одного из конкурентов «Информзащиты», Генс воспользовался удачными условиями для проведения сделки, которая открывала выходы на новый для «Ланита» рынок информационной безопасности и крупных госзаказчиков.

Сам Георгий Генс в разговоре с Forbes отказался подтвердить, что он владеет акциями «Информзащиты». «Нет, это не так», — ответил Генс. Но после небольшой паузы.

Как в Зазеркалье

После того как Гайкович покинул «Информзащиту», гендиректором был назначен Павел Караулов — основатель розничной сети мобильной электроники Divizion, распавшейся в 2010 году из-за долгов и проблем с франчайзи. Про Караулова в «Информзащите» говорят, что он был направлен от «Ланита» для аудита. Но проработал лишь несколько месяцев. Его сменил Сергей Шерстобитов из коммерческой дирекции «Информзащиты». В конце 2014 года к оперативному управлению вернулся Петр Ефимов. «В своем огороде более добросовестно копаешь, чем на колхозном поле», — образно объясняет он причину. Шерстобитов ушел и основал компанию Angara, игрока на рынке информационной безопасности. В конце 2015 года к нему перешел другой ключевой менеджер «Информзащиты» — бывший директор учебного центра Михаил Савельев.

Как дела у компании Ефимова?

В 2015 году ее выручка составила 5,5 млрд рублей, из них две трети принес интеграторский бизнес, около 20% — продажа собственных разработок, остальное — учебный и аттестационный центры.

Крупные клиенты из госсектора по-прежнему рядом. «За последние два года в совместных проектах с «Информзащитой» мы обеспечили защиту более 1 млн компьютеров в сетях наших клиентов», — говорит Юлия Соколова, руководитель управления по работе с партнерами «Лаборатории Касперского». Среди этих клиентов — Сбербанк, ВГТРК, Росэнергоатом.

Когда Крым вошел в состав России, специалисты «Информзащиты» поехали создавать региональные фрагменты ГАС «Выборы»: ставили криптомаршрутизаторы на каналы связи и SecretNet — на рабочие станции. В 2015 году ЦИК потратила на работу ГАС «Выборы» 1,5 млрд рублей, из них 130 млн — на Крым. Как уверяют, не напрасно: в прошлом году система 35 000 раз подверглась хакерским атакам. «Защита работала так, что ни одна хакерская атака не прошла», — уверяет председатель совета директоров Федерального центра информатизации при ЦИК Геннадий Райков.

Экономический кризис — серьезное испытание и для рынка информационной безопасности: бюджеты сокращаются, рынок сжимается. «Здесь как в сказке «Алиса в Зазеркалье»: чтобы стоять на месте, надо бежать, чтобы двигаться вперед, надо бежать вдвое быстрее», — замечает Шерстобитов. Но «Информзащите» есть чем заняться. У нее новый проект — «Электронный бюджет» для Федерального казначейства, который должен упростить учет и контроль государственных средств. «Доверить выполнение таких проектов можно только компании с большим объемом компетенций», — комментирует Вячеслав Бражко, начальник управления режима секретности и безопасности информации казначейства. В 2007 году «Информзащита» выиграла тендер на установку защиты на 50 000 рабочих станций и серверов казначейства. Теперь требуется защитить рабочие места 1,5 млн пользователей «Электронного бюджета» — федеральных, региональных и муниципальных чиновников. Нужная политическая воля тут присутствует.

Источник: Forbes